* * *
— А нам за это ничего не будет? — опасливо поинтересовалась я, ковыляя босиком. Туфельку я, как настоящая Золушка, умудрилась потерять еще во время поединка. Пришлось снять вторую и нести ее в руках. Выбросить жалко. Хотя в глубине души я лелеяла мечту запустить ею в одного "принца"!
— Я у тебя сейчас диплом юриста отберу, — с усмешкой заметил Феникс.
— Тебе — то понятно, а мне? — спросила я, морщась от боли. Какой-то подлый камушек вонзился в пятку. Пришлось остановиться и стряхивать его с грязной подошвы. — Давай вернемся и поищем вторую туфлю?
— Пошли искать! — заметил Феникс, пока я отряхивала ногу. В небо поднимался черный столб дыма, а окрестные дома освещало зарево пожара. — «Извините, это снова мы! Мы тут туфельку потеряли! Никто не видел?» Я никогда не верил в то, что преступники возвращаются на место преступления, но сейчас ты сильно пошатнула мою веру.
— Какие есть предложения? — мрачно спросила я танцуя на одной ноге. Вот! Нашла! Ничего себе, какой острый! — Слушай, а ты кем работаешь?
— Грузчиком, — ответили мне, поднимая меня на руки. — Гружу людей.
— А если честно? — наседала я, понимая, что табу уже нарушено.
— Водителем! — ответил мне Феникс. — Вожу людей за нос. Еще вопросы есть?
— За проезд передавать? — поинтересовалась я, болтая босыми ногами в воздухе.
— Как там пишут на наклейках? Красивым девушкам бесплатно, — заметил мой «носильщик» слегка подбрасывая, чтобы перехватить поудобней.
— То есть ты считаешь меня самой красивой? — осведомилась пассажирка в моем лице, довольно шмыгая носом.
— Нет, — разочаровал меня мой транспорт, наступая на лоскут моей порванной юбки, который волочился по земле.
Самооценка затравленно осмотрелась по сторонам и поползла под плинтус, чтобы взглянуть на мир с высоты птичьего помета. Я промолчала, тяжело вздохнув. Как всегда. А сейчас он скажет, что мне похудеть не мешало бы, а то у него руки отваливаются….
— Рыжик, не надо так недовольно сопеть. Я просто не сравниваю.
Глава пятнадцатая. Давай разде….лимся!
— В округе бродит страшное и кровожадное чудовище!
Нужно что-то делать! Оно уже сожрало половину наших друзей!
— Я знаю, что нужно делать! Давайте разделимся!
Книга «Раздельное питание для чудовищ».
Рецепт первый: «Разделяй и чавкай».
— Рыжик, он глубоко в тебе, — выдохнул Феникс, погладив меня по голове и ободряюще потрепав по щеке. — Потерпи… Собери мужество в кулак!
— Было бы мужество — собрала! Вытащи его из меня! — простонала я, хныча, хватаясь за его плечи и глядя на него с дикой мольбой. — Мне больно! Не надо мной издеваться!
Я перебирала его влажные после купания волосы дрожащими руками, умоляюще заглядывала в глаза.
— Ну, пожалуйста… — просила я, сглатывая и подавляя мучительный стон. — Это же пытка какая-то!
— А почему это Рыжик расхныкалась? Да, большой, а что ты хотела? Какой есть! — заметил Феникс. — Сейчас, еще немного… Надо расширить отверстие, и тогда я его вытащу! Я же стараюсь не больно… Расслабься и получай удовольствие!
Я посмотрела вниз и увидела кровь, от которой мне стало дурно. Сглотнуть не получалось. В горле застрял ком.
— Рыжик, у меня такое чувство, словно я тебе не осколок стекла из ноги вытаскиваю, а невинности лишаю. Принудительно, — Феникс вытер кровь с моей ноги и показал острый осколок битого стекла на окровавленном полотенце. — Все через это проходят. Правда, наступают единицы.
Судя по горящему взгляду, я догадываюсь, кем он мечтал стать в детстве. И вот уже пятнадцать минут у него есть работа мечты. И пока Феникс примерял белый халат, я примеряла белые тапки. Камушек, который на поверку оказался вовсе не камушком, не хотел расставаться с моей вымытой пяткой. Уже в ванной я поняла, что что-то не так. Пока в крови плескалось море адреналина, было не так больно. Всю боль я списывала на остаточный эффект, но уже дома стало понятно, что я наступила на стекло и оно достаточно глубоко вонзилось в мою ногу.
— А теперь будем ждать, — заметил Феникс, вытирая руки и поливая зельем мою пятку. — Вдруг в этом пузырьке был яд, капля которого убивает даже лошадь? Несли лучшему врагу, споткнулись, и… вдребезги? Или сидела компания, травила байки и собеседника. Двух флаконов оказалось мало, поэтому послали за третьим!
— Ты умеешь ухаживать за девушками, — буркнула я, глядя, как бинтуют мою ногу.
— Я вот думаю, за тобой поухаживать, как за девушкой? Или как за девушкой инвалидом? — согласился Феникс, завязывая узелок. — Подождем…
Филиал Царства Снежной Королевы внезапно открылся и заработал на полную катушку в моих застывших от ужаса венах. Брррр! Льдинки складывались в грустное слово «вечность», выбитое на надгробии.
— Давай в нем дырочку просверлим и повесим тебе на шею? — предложил Феникс, с интересом рассматривая осколок.
— Ага, если мужчина впал в экзистенциальную тоску, пьет пиво на диване вместо того, чтобы работать, то есть шанс получить от него в подарок ожерелье из пивных крышечек! — хмыкнула я, глядя на кусок стекла. — Ожерелье из крышечек мне уже дарили, а вот кулон из битого стекла — нет. Ты будешь первым. Только, умоляю, в тоску не впадай. Я этого не переживу. Хватит с меня мужских «временных трудностей». У меня действительно такое чувство, что я приношу мужчинам несчастья. С моим появлением в их жизни у них сразу начинаются «трудности».
— Хм… Тут не поспоришь, — вздохнул Феникс, вспоминая, как легким движением моей руки вместо трона стал протирать скамейку запасных. — У всех людей бывают временные трудности. Если у мужчины не бывает временных трудностей, то он — не человек, а супергерой. А вдруг супергерой после того, как спас планету от очередной напасти, валяется пьяный на диване, сжимая в руке недопитую банку пива?
— Еще скажи, что плачет в уголочке, обнимая подушку. «М-м-мир та-а-акой несправедли-и-и-ивый!», — притворно всхлипнула я. — Временные трудности бывают у всех, согласна. Но я не понимаю мужчин, которые вместо того, чтобы вносить свою лепту в семейный бюджет, выносят чужую. Обещают достать звезду с неба, а сами не могут достать газету и найти приличную работу в разделе «требуются».
— Понятно. Суженый, ряженый, приди ко мне заряженный! С машиной, квартирой и работой! При условии, что у девочки, кроме молодости и красоты, нет ничего. Симпатичный инвестиционный проект ищет щедрого инвестора. Знаешь, инвестиции в красоту и молодость — плохие инвестиции. Они с каждым годом падают в цене. А вот инвестиции в любовь — самые выгодные, — парировал Феникс, глядя на меня таким взглядом, словно