***************
Пятьдесят метров в диаметре — это почти две тысячи квадратных метров. По тысяче на каждого, можно просто разойтись в разные стороны, на пятьдесят метров друг от друга. Но не дальше, черные чешуйки заполнили холл возле барьера и зависли в воздухе. Внутрь они не пытались проникнуть, значит, между блинчиками существовало что-то вроде коммуникации, один попробовал, и все остальные уже в курсе.
— Сколько мы протянем? — обречённо спросил Зан, мы стояли возле незримой границы между нашими половинами круга, каждый — со своей стороны.
— Ну смотри, — я уселся на пол, сделал приглашающий жест рукой, мол, чего стоять-то. — В каждом из нас — пять литров крови. Пить её то ещё удовольствие, она слишком плотная, значит, придётся разложить её на плазму и осадок, что тоже не идеальный вариант. Но у меня есть внутри наночастицы, которые чинят мой организм. У тебя есть?
— Нет, — Зан помотал головой. — Только офицерам такие вводят, или тем, кто из спецподразделений. У тебя откуда? Ты же, вроде, обычный заключённый?
— Достал по случаю, — я мысленно скривился. Что-то слишком много информации обо мне у всяких посторонних. Хотя Ливси могла и поделиться, хорошая была девушка, только тупая и болтливая. — Мне на день хватит трёхсот граммов жидкости, если войду в экономный режим, и потом ещё месяц протяну, возможно, если будет воздух. Значит, тебя мне хватит на десять дней.
— Почему это на десять? — не понял Зан.
— Ну так плазмы получится примерно две трети, а то и меньше. Остальное придётся отдать этим тварям, вместе с мясом, людей я не ем.
Зан задумался. Я прямо видел, как он выбирает, пристрелить меня сразу или когда я отвлекусь.
— Я тоже не ем, — наконец решил он. — Тем более что тебя меньше.
— Видишь, — я кивнул, — значит, съесть мы должны тебя.
— Но ты людей не ешь?
— Точно.
— Хрень какая-то, — покачал головой сержант. — Выкладывай, какой у тебя план? Все вы мастера зубы заговаривать, а как до дела доходит, сразу прячетесь за такими, как я. Вон, лейтенант тебя скрутила, когда рядом со своим родственничком обнаружила, а она салага ещё.
— Зачем тогда она меня с собой вела? Если я такой бесполезный?
— Ты же заключённый, на поверхности у тебя друзья, мы бы до них добрались, Ливси оттуда связалась с другой базой и со станцией в космосе, они бы её и нас с планеты вывезли, а ваш гадюшник превратили в небольшую радиоактивную пустыню, — честно ответил Зан.
Значит, убивать меня решили не сразу, а немного погодя, когда пользу принесу.
— Это Уцци предложил, — продолжил сержант, — лейтенант, та вроде как хотела тебя пристрелить, когда к космопорту выйдете, но этот гадёныш сказал, что там ты больше пользы живым принесёшь.
— А если бы я не пошёл?
— У тебя не было выхода. Пришлось бы тебя прямо там, в кабинете, убить, а потом в рецилкер засунуть.
— Ну а ты-то сам что думал насчёт этого?
— Тёмное какое-то дело, — Зан вздохнул, включил режим диагностики скафа. — Я слушал то тут, то там. Илли, наш советник, тобой очень интересовалась, даже спорила с полковником, ребята из охраны проговорились. Значит, ты ценный кадр, и тебя убивать нельзя, дороже может выйти. Но слушать бы меня никто не стал, эта Ливси насчёт тебя решительно была настроена. Чем-то ты ей насолил.
Тут мой эмоциональный сканер дал сбой. Мне показалось, что Зан меня чуть побаивается, хотя его вид говорил об обратном. Проверив скаф, он потыкал в сенсорную панель пулемёта, оптимизируя заряды, вывел из строя систему «свой-чужой», уничтожая список нашей группы, теперь он мог свободно палить в кого угодно. Я проделал почти то же самое с наследством убитого, а потом съеденного Уцци, у моего пулемёта блок хоть и был снят, но датчики слежения оставались, я их вырубил.
Мы могли сидеть и беседовать долго, но нужно было решать. Или ждать, когда чёрные чашуйки вернутся в гнездо, или попробовать добраться до мембраны, и открыть её с этой стороны, оказаться между двух огней — ребят с базы, которые наверняка считали нас дезертирами и предателями, и местных тварей.
Или попытаться активировать лифт. Я встал, под недоумённым взглядом Зана прошёлся по периметру, нигде не было видно отпечатка ладони. Внутри.
Пластина с инфракрасным следом нашлась снаружи, на стене холла. Судя по всему, два входа, которые мы видели, предназначались для людей и мелких грузов, а то, что гораздо крупнее, поступало с третьей, полукруглой стены, которая огибала контур лифта. Отпечаток находился прямо посредине, на уровне плеча.
Я остановился прямо напротив пластины, примерился.
Даже если это сработает, мне предстояло выйти за барьер, и медленно добраться до стены. Это секунд десять-пятнадцать. Потом приложить ладонь, без перчатки — отличная мишень для блинчиков. Если всё сработает, то я буду приклеен к стене какое-то время, если вспомнить опыт с гнездом кузнечиков, то на минуту, а то и две. И потом мне предстоит обратный путь. Итого три минуты. Всё это время я проведу среди му-анг-ни, на которых антралиновая пудра действует возбуждающе. А если не сработает, могу вообще не возвращаться.
Я озвучил Зану первые два варианта, и он согласился, что все они самоубийственные. И что если выбирать, он бы предпочёл тварей, а не советника Доушем с разноцветными волосами и богатой фантазией насчёт пыток.
— Могу попробовать активировать лифт.
Судя по взгляду Зана, он пришёл к мысли, что я от опасности и переизбытка адреналина свихнулся. Хотя я ведь говорил ему о наноботах, которые регулируют уровень гормонов. В этом взгляде, кроме недоверия, был ещё нехороший оттенок принятого решения. С сумасшедшими в замкнутом пространстве лучше не находиться, и сержант приготовился остаться один.
— Мне нужно выйти за барьер.
Зан кивнул. Это полностью его устраивало.
— И мне нужен твой защитный скаф.
Помню, в одном старом фильме, ремейке какого-то ещё более старого боевика, главный герой, андроид, говорит парню в баре — «Мне нужна твоя одежда, сапоги и мотоцикл». Обычно ремейки снимают, не отклоняясь от оригинала и не особо заботясь о логике, так что эта фраза из уст чернокожей женщины звучала странно, но тем не менее, я её запомнил. В том фильме парень всё отдал, оставшись голым. У Зана остался комбинезон, пушка, которая интегрировалась с пистолетом и коммом, и даже сапоги. Мне нужен был только защитный кокон, о чём я и сказал, когда он прижал мне кулак с пулемётом к голове.
На все вопросы я отвечал в том духе, что если получится, объясню, а если нет, то