И это если забыть про экономику, ей тоже придется плохо. При старении населения промышленникам приходится затягивать пояса и сокращать производство. Лучше стабильный медленный рост. Что до территорий, через пятьдесят лет на планете их будет достаточно. В России уже присматриваются к Китаю, Южной Корее, Южной Африке. Прекрасные благодатные земли. Возможно, уже в этом столетии высвободятся долины Анатолии. В Турции европейские темпы падения рождаемости.
— Очень высокие риски получить постоянную головную боль, — Николай гнул свою линию. — Не думаю, что нам удастся отгородиться стеной от борделя с бедламом. Вся эта гадость полезет к нам, а нам придется вмешиваться, нести расходы и потери, чтоб варево не так смердило, чтоб к нам не летели ракеты и беспилотники.
— Как понимаю, большинство за вариант Николая Аристарховича.
— Не знаю, Павел Антонович. Давайте спросим, — по лицу и интонациям в голосе государя легко читался ответ.
Так и получилось, по стратегии больше вопросов не возникало. Только адмирал Ливнев в короткой речи усилил акцент, уточнил что с точки зрения его спецслужбы порядок у соседей предпочтительнее массовой резни неверных и волны техногенных катастроф.
— Господа, специально если кто надеется на наших муфтиев и имамов, — император решил добавить от себя лично. — Все они в ужасе от европейских и африканских мусульман. Для наших мусульман это все вокруг позапрошлый век, дикость палеолита. Надеюсь, слышали, Саудиты ограничили хадж в Мекку и Медину. Для паломников жесткие ограничения по срокам виз, усилены пограничный и криминальный контроль, апологетов джихада разворачивают без объяснений, «черный список» на сто лет включая всех членов семьи. Союзники считают, что эти мусульмане могут осквернить исламские святыни. Так что сами понимаете.
— Господа, предлагаю сделать акцент на ключевых европейских странах. От успеха с Францией, Германией и Британией зависит результат всей нашей стратегии. Остальные страны рассматриваем по остаточному принципу, — Николай перешел к практически вопросам.
— Мы можем больше, — парировал Гернет. — Есть интересные намеки на Исландию. Впрочем, времени и сил у нас действительно мало.
— С Исландией вопрос решенный, Петр Михайлович. Пока вы плели интриги, МИД решил все в лоб. Ледяная Страна ждет отмашку чтоб перейти в наш лагерь.
— Даже так? Очень рад, ваше величество.
Следующие минут десять главы спецслужб и разведок обсуждали тактику. Все крутилось вокруг методов воздействия на общество и выноса с арены социалистических и леволиберальных движений. Все сошлись во мнении что Польшу лучше не трогать вообще, только в рамках общего воздействия на Европу. Страна с больным прошлым и нереализованными амбициями, фантомными болями. Это лечится, но долго.
— Что у нас с каналами поддержки правых центристов? — в глазах начальника политической разведки сверкнули бесинки. — Хотелось бы отработать аккуратно, чтоб не дискредитировать их.
— А почему бы и нет? — вдруг заявил Николай. — Господа, иногда выгоднее действовать открыто.
— Поясните? — вопрос и просьбу высказал Мамантов, но интерес читался на всех лицах присутствующих. Только Гернет покачал головой, выражая согласие с князем.
— В этом мире для всех адекватных европейцев, христиан именно Российская Империя светоч во тьме и камень в алтаре Небесного Иерусалима. Мы пример и образец справедливого христианского либерального государства. Мы маяк для настоящего созидающего национализма. Простите за пафос, — стеснительно улыбнулся князь Николай. — Нам куда выгоднее не скрывать свои интересы, а прямо открыто поддержать здоровые силы в Западной Европе.
— И тем самым перейти на новый виток противостояния. Мне нравится, — на лице Петра Гернета заиграла улыбка самодовольства
— Тогда надо организовывать встречу, — подвел итог император. — Николай Аристархович, полагаю вы только разворачиваете свои силы. Господа, прошу скоординировать ваши ведомства и все организовать.
— Мы пока не знаем с кем работать в Британии, — политическая разведка имела свое мнение. — Есть интересные подвижки у правительства Стармера. Но при этом он лейборист и в целом выступает с деструктивной программой. Что до адекватной правой или центристской оппозиции, мы действительно не знаем с кем работать.
— Британия, это сложный вопрос, — позиция Ливнева не стала для Николая неожиданностью. — Ни я ни мои аналитики не можем найти в этой стране национально ориентированных дееспособных политиков. Хуже того, не видим такого запроса у национальных элит.
По взглядам и горестным усмешкам собеседников князь понял, что он не одинок в своем мнении.
— Не ищите негра в угольной шахте на Венере, — скаламбурил император. — Я не знаю, как такое получилось. Если у нас в нашем мире британцы хоть и отличались эксцентричностью, но их элиты не отрывались от корней, пусть и сохраняли дистанцию от народа как во времена Плантагенетов. У этих же все куда хуже. Николай Аристархович молод и пока не погрузился в тему, это преходящее. У этих англичан действительно элиты и народ суть разные расы. Думаю, все знают, на Острове четверть населения чужеродные мигранты из Азии и Африки. В стране полным ходом идет исламизация. Лондон не отличить от Могадишо или Дели. Мэры крупнейших городов совершенно чужды Англии и англичанам.
— Скажите прямо, ваше величество, с пальмы слезли, — съязвил генерал Мамантов.
— Я не зоолог, я не знаю откуда они слезли, но если мы завтра накроем атомными зарядами Лондон половина англичан, валлийцев и шотландцев выйдут на улицы с русскими флагами.
— Если положить боеголовки аккуратно, в нужные районы, ни один англичанин не пострадает, — заметил Ливнев.
Совещание оживилось. Шутка пришлась к месту. Плохая шутка, надо сказать.
— Горько, — насупился император. — В этой стране элиты изолировались от людей. По вашим докладам и отчетам Инодел, Виндзорам без разницы каким народом править. Элиты живут в чистых районах с охраной, их дети ходят в закрытые школы, им без разницы, что остров чернеет, мигранты наводят свои порядки, цветет криминал, а полиция покрывает насильников и работорговцев. Для британских элит англичане на одной доске с индусами и неграми.
— Мои специалисты предложили работать с валлийскими и шотландскими сепаратистами, — Николай был готов к такой постановке вопроса. Хотя и он понимал, что так просто проблему Британии не решить. Не с кем работать. Только если напрямую с людьми, но и это не так просто, как кажется. Нужно долго готовить почву.
— Неплохой вариант, — согласился начальник Третьего Отделения.
Император утвердительно кивнул. По