— Мои раны, до сих пор периодически дающие о себе знать, перестали болеть и зарубцевались до конца, — улыбнулся оборотень. — Правда, некоторое время я находился во второй ипостаси, а при этом регенерация идет намного быстрее.
— Давайте отнесем туда нашего раненого? — предложила Аня, а потом рассказала, как бредил мужчина, как метался в постели, пока она не выпустила магию, пожелав, чтобы ему стало легче.
— Видимо, девочка моя, ты кастовала или заживление, или обезболивание. Все маги такое могут. Конечно, это не сравнится с целительской магией, но ненадолго обезболить или залечить небольшие раны возможно.
— Не знаю, какую я использовала магию, но после нее он успокоился. Потому и предлагаю его к источнику перенести, — повторила Аня и спохватилась: — Ой, забыла спросить, вы смогли разбудить источник-то?
Мужчины рассмеялись.
— Смогли, — кивнул оборотень. — И это сделал твой отец. Хотя, знаешь, я почувствовал — не он должен был его активировать, а кто-то близкий по крови. Но и так неплохо, — затем замолчал, прищурился и с любопытством и недоверием посмотрел на Анисию. — А не потому ли тебя манило туда? Может, это ты должна была его активировать?
Девушка лишь пожала плечами.
— Придется тебя все же взять к источнику в ближайшее время, — решил Владимир. — Магия, если она ждет именно тебя, в любом случае сделает так, чтобы ты пришла. Лучше пусть это будет твоим решением. Сама придешь и отдашь кровь.
Аня вытаращила глаза.
— Графиня, ты так странно на меня смотришь. Неужели не знаешь — вся магия связана напрямую с нашей кровью? — удивился оборотень.
— Знаю, — засмущалась девушка. — Но иногда мысли заняты другим, поэтому такая реакция, — выкрутилась она.
Владимир посмотрел недоверчиво, но не сказал ни слова.
— Отец, — перевела тему Аня, — подпиташь раненого магией? Уверена, ему станет лучше.
— Пойдем, — согласился Стефан. — Я и сам собирался осмотреть его раны.
Пройдя на свою половину, он внимательно оглядел больного и удовлетворенно хмыкнул. Затем, поменяв повязки, вновь наложил мазь и пустил магию, чтобы раны быстрее затягивались.
— Владимир, как думаешь, может, послушаться совета дочки и перенести его к источнику?
— Если получится, давай сейчас. Я возьму парня, а ты забирай Аню с ребенком, — ответил оборотень и исчез.
— А с Ярикoм от такого перехода ничего не случится? — всполошилась девушка.
— Доченька, насколько мне известно, это еще никому не повредило. Давай, хватайся за мою руку.
Когда они переместились к пещере, то услышали шум борьбы. Стефан тут же кинулся внутрь, Аня же, не входя, осторожно заглянула.
Раненый лежал на полу, находясь в куполе защитного поля, а Володя сидел в двух метрах от него, потирая правый глаз, под которым уже налился багровый синяк.
— Что тут происходит? — нахмурившись, спросил старик.
— Даже не думал, что магия так быстро подействует. Он мгновенно очнулся и, видимо, принял меня за одного из палачей, — усмехнулся Владимир.
— Как вам не стыдно! — укорила вошедшая в пещеру Аня. — Мы специально принесли вас сюда, чтобы быстрее поднять на ноги, а вы бросаетесь на своих же спасителей.
Зло зыркнув на раненого, девушка повернулась к оборотню.
— Как ты? — спросила с сочувствием.
— Жить буду, — ответил тот, и в этот миг вода в источнике взбурлила. И не успокоилась до тех пор, пока Аня не подошла к нему.
Стефан подал ей кинжал.
— Я не смогу, лучше сам, — прошептала она едва слышно.
Старик полоснул по ее запястью, и кровь полилась в углубление, где бушевала вода, выплескиваясь через край. Стоило первым каплям упасть в воду, источник притих и засверкал яркими золотыми искрами. Искры окружили девушку и ребенка, осыпая их разноцветными брызгами. Затем источник успокоился.
— Хозяйка источника, — изумленно выдохнул раненый, глаза которого светились любопытством и искренним недоумением.
— Поздравляю, дочь! — Стефан обнял Аню и поцеловал в лоб. — Не зря ты так стремилась сюда.
Ярик уже давно лежал мокрый, но, как ни странно, при этом выглядел умиротворенным, словно мелочи жизни, вроде испачканных пеленок, его совершенно не беспокоили.
ГЛАВА 24
По возвращении в лагерь Аня принялась готовить ужин, а Стефан осмотрел раненого.
— Мелкие ссадины и порезы зарубцевались, а вот глубокие раны меня беспокоят, — произнес Стефан, внимательно оглядывая тело мужчины. — Местами воспаление еще сильное, даже источник не до конца решил эту проблему. При таких ранах мало кто остается живым. Вам или крупно повезло, или у вас сильная магия.
— Я с Австрона, — ответил тот.
— Теперь понятно. Значит, сильный маг. Как же так получилось, что на острове вы остались без магии? Хотя, не отвечайте. Я сейчас обработаю раны, и вы отдохните до ужина. Еcли появится желание, расскажете сами, нет — допрашивать или интересоваться не будем. Только имя назовите, чтобы знать, как к вам обращаться.
— Арсений, — представился мужчина и уткнулся в подушку, прикусив уголок зубами: Стефан принялся промывать раны и обрабатывать загноившиеся порезы.
Вскоре раненый и сам не заметил, как провалился в восстановительный cон.
Ему снилась белокурая девушка с восхитительной фигурой, которую не скрывала даже мужская одежда. Она смотрела на него серыми бездонными глазами, на свету становящимися голубыми, словно небо в ясную погоду. Тонкий нос и пухлые розовые губки так и манили прикоснуться.
Арсений дернулся и попробовал обнять восхитительную красавицу, но та будто стояла за невидимой преградой.
* * *
Аня готовила бульон из гуся, чтобы накормить раненого, а мужчины обрабатывали недавнюю добычу: один чистил рыбу, а другой разделывал зайца. Зверьков, кстати, теперь не ловили, а брали со свoей «заячьей фермы».
— Он с Австрона, Володя, сам мне сказал. Но я не стал задавать вопросов, захочет — расскажет.
— Меня одно беспокоит, Стефан. Протаскивание под килем — это жуткая кара для моряков или пиратов. Обычных существ или продают в рабство, или за них просят выкуп.
— Но Арсений совершенно не похож на тех, кто бросил его на oстрове, — задумчиво ответил старик, покосившись на Аню. — Он, однозначно, аристократ, да не простой, а из тех, которые служат во дворце. У меня на них особый нюх, и интуиция еще ни разу не подводила.
Через час ужин был готов, и Аня быстро разложила все по тарелкам. Мужчины к этому времени уже закончили дела. Почувствовав аромат еды, подтянулся и проснувшийся Арсений.
Ели в тишине, слышался лишь скулеж щенят, выпрашивающих вкуснятину.
Когда перешли к компоту из манринов, раненый внимательно осмотрел присутствующих.