Какое имеет значение
Название или место, и
Кто во главе?
Кто мы и кто я? -
Мы там, где Возлюбленный.
«Главенствующий там, где Возлюбленный»,– сказал Мевляна; и сеид Шарифуддин спросил: «А где Возлюбленный?» «О слепец, разве ты не видишь!» – ответил Мевляна и прочитал стих:
У тебя нет внутреннего ока, чтобы видеть -
Видеть иначе;
Ты воспринял бы
Всем единством твоего бытия -
От головы и до пят, что
Нет ни частицы, Ему не сопричастной.
Потом, когда Мевляна покинул этот мир и Шарифуддин переехал в Дамаск, он потерял зрение (как и прорицал учитель) и часто рыдал и плакал. Он говорил, что когда Мевляна на него кричал, он чувствовал, что перед глазами у него держат большой черный поднос, вследствие чего он не мог ни различать цвета вещей, ни ясно видеть. Но он надеялся, что Мевляна, чье чувство милосердия было бесконечным, простит ему его заносчивость, и произносил такой стих:
Не теряйте надежды
На прощение.
Для того, кто раскаялся,
Море отпущения безбрежно.
В молитве и созерцании
За грехи свои проси отпущения,
Ибо милосердие Его безмерно.
Рассказывают также, такой случай произошел в доме Джалаледдина Каратая. Завершив строительство своей семинарии, он пригласил множество ученых мужей и знатных людей на празднество по случаю открытия школы-медресе.
В тот день в город только что прибыл Мевляна Шамс Тебриз, и сидя за дастарханом среди других ученых мужей, он спросил Мевляну, какое место в собрании почетно. Мевляна ответил: «Между мужей ученых почетное место за дастарханом – в центре; почетное место "мужей, стремящихся к тайнам мистицизма" – на углу, почетное место суфиев – в конце дастархана, а почетное место того, кто любит, – рядом с любимым». И сказав так, он сошел со своего места и сел рядом с Мевляной Шамсом; и рассказывают, что Мевляна Шамс Тебризский стал лучше известен в Конии после этого.
Повествуют также, что однажды правитель Мойнуддин созвал к себе собрание на тайнодейство с музыкой в честь Мевляны. Присутствовали многие мужи, ищущие святой цели, и мужи мистического круга мысли. Атмосфера шла по восходящей воодушевления до самой полуночи; в результате угощенье простыло и стало несъедобно. Слуга пошептал об этом на ухо своему хозяину, который стал искать удобного случая сообщить об этом деле Мевляне приличным образом. Мевляна уловил смысл и заметил: «Разве может человек, стоя рядом с водяной мельницей, остановить движение мельничного колеса, когда вода льется с неуправляемой силой?»
Услышав аллегорию, хозяин зарыдал от полноты чувств. Снедь роздали бедным и приготовили свежие кушанья.
Чудо лекарств
Рассказывают также, что однажды величайший из всех современных ему (Мевляне) врачей Рума приготовил снадобье и слепил пилюли, которыми излечились бы от укуса змеи семьдесят человек. Сделано это было по велению тогдашнего правителя, который также распорядился сделать семьдесят мензурок очистительного зелья, приуготовясь ко всяким случайностям.
Однако вышло так, что как раз когда это зелье было готово, жилище врача посетил Мевляна. Знаменитый снадобщик, звавшийся Акмалуддином, по обычаю, оказал Мевляне подобающие почести. Мевляна, заметив семьдесят с лишним мензурок питья, опрокинул их в себя одну за другой; и после каждой радикальной дозы он воздавал хвалу Богу за превосходный вкус пития.
Врач настолько остолбенел и почти онемел, что не рискнул оповестить Мевляну о сильном действии этого зелья на обычного человека. Выпив залпом сильнейшее это лекарство, Мевляна, ни о чем не тревожась, вернулся к себе в семинарию; а ученики его были уже оповещены врачом. Они, как и врач, изрядно перепугались, как скажется это лекарство на здоровье наставника, которому, по сути вещей, надлежало весьма радеть о своем здоровье, поскольку он всю свою долгую жизнь, посвященную молитвам и упражнениям, подвергал себя суровому физическому напряжению и мог не выдержать и одной дозы такого лекарства. Врач не знал ни минуты покоя. В полном смятенье ума он отправился в пристанище Мевляны. Мевляну он обнаружил сидящим под аркой, погруженным в книгу сокровенной философии и безмятежно читающим святописание.
После подобающих благопожеланий врач с тонкостью осведомился, каково самочувствие Учителя. Ему было сказано, что Мевляна прохлаждается и наслаждается, будто вдыхает прохладу речной воды. Врач с деликатностью намекнул, что, дескать, неглупо бы воздержаться от прохладительного питья; на что Мевляна тут же спросил себе подать ледяной воды. Притом он и льда в нее положил, чтобы еще остудить, и принялся посасывать льдышки, и по горло напился этой воды. Затем он пошел в бани, после чего заказал играть мистическую музыку; и став слушать, слушал пение три дня без перерыва. Врач громко запротестовал, что такая манифестация пренебрежения к действенности медицинских средств переходит всякие границы человеческого опыта и проделывать этакое могут только святые: а по сему он вместе со всеми своими сыновьями и домочадцами стал учеником Мевляны; и об этом своем опыте он поведал собратьям врачам. Как гласят стихи:
Если Он выпьет яду, яд потеряет силу -
Но «незрелый Искатель» лишь только
пригубит,
От отравы раздуется и
Засияет, как синяк под глазом!
Оттого и не было у яда силы
Над Первым Халифом – Абу Бакром
Великим,
Ибо яд для него имел свойство сахара.
Здесь ссылка на случай, когда Первый Халиф Абу Бакр сопровождал Пророка Мухаммада во время его бегства из Мекки в Медину; они прятались от врагов в пещере, и змея высунула голову из лаза внутри пещеры. Абу Бакр большим пальцем ноги закрыл лазейку, и змея ужалила, но яд не нанес ему никакого вреда.
Чудо крови
Также рассказывают, что в те времена разгорелся среди врачей большой ученый диспут: соединен ли состав человека кровью, текущей по его жилам, или его сохраняет в целости одна только милость Божья. Доктора медицины, естественно, держались мнения, что, поскольку кровь – это живительный сок в человеческом теле, то если его обескровить до полной кровопотери, жизнь, источившись, прервется.
Мыслители эзотерического толка придержались иной точки зрения. Этот вопрос они поставили перед Мевляной. Он сказал, что в медицине, вполне естественно, кровь является основой жизни для тела, и это основное. «Но, по нашему разумению, существование человека связано с Волей Божьей, и кто бы это мог или стал опровергать». Говоря так, он потребовал от одного человека отворить ему кровь. Он