― В чем дело, Сана?
Мимолетно странно на меня глянув, та ровно известила:
― Хозяин. Дело в Уне. С ней… С ней что-то не так.
У Драко, да и у меня брови полезли к волосам.
― Что с ней не так?
― Она вдруг резко упала и не пробуждается. Хуго отнес Уну в комнату.
Очередной косой взгляд на меня.
― Что ещё?
― Нам показалось, у Уны забилось сердце.
Теперь уже и Драко с каким-то подозрением глянул на меня. А я только потрясенно хлопала глазами.
― Веди.
Ринулись за Саной. Я успела пройти два шага, как меня придержали за руку, вопросив строго:
― А ты куда? Иди к себе, Катастрофа.
― Но…
― Иди к себе. Отдыхай. Позже пришлю к тебе Сану. Из комнаты не выходи, до обратного приказа. Я всё сказал.
Некоторое время таращилась в удаляющуюся спину дракона, а затем, развернувшись, поплелась к себе.
Глава 49
Драко
Уна лежала на узкой постели. И если бы не грудная мерно вздымающая клетка, сходу привлекающая внимание, он бы и не подумал, что с ней что-то не так, ведь выглядела некогда человечка совершенно обыденно. Для умертвия.
Белая с сеточкой черных вен кожа, синюшные круги под глазами, бледные губы, и на уровне энергии от неё по-прежнему веяло смертью, далеко не так сильно, как от Саны, но вместе с тем.
Вот только по непреложному закону – нежить не может дышать.
Да, умертвие вполне себе сможет сымитировать дыхание, но он не представлял, зачем это Уне, которая трудилась у него без малого восемь десятков человеческих лет. У него имелась на этот счет только одна логичная догадка, но, если так, как он подозревает, кое-кому несдобровать.
Драко хмуро покосился на невозмутимую Сану.
― Если это ваша очередная шутка над Ариной…
― Что вы, хозяин. На этот раз никто из нас ни при чём, уверяю.
Сталлед бросил на Сану недоверчивый взгляд, мимолетно отметил появление замершего с серьезным лицом Калипсо на пороге и подошел к койке, склонился над девушкой.
Прислушался к дыханию: глубокое и лишь немного прерывистое, как у спящего человека, находящегося на стадии излечения от болезни, а вот сердце… Сердце действительно билось, тут даже он потрясенно заморгал, прислушиваясь к ритму ещё, и ещё, и ещё.
Нет, оно в самом деле билось, никакой имитации. Быстро-быстро, как у пойманной птички, зрачки по-прежнему подернуты пеленой смерти, но далеко не так, как ранее. Всё не так, как ранее. Всё.
Драко не знал, что и думать.
― Ну? ― подобрался к нему оракул. ― Есть новости? Впрочем, можешь и не отвечать, сам всё вижу. Твоя чердачная девочка оживает. Как это возможно? ― последнее — с откровенной иронией в тоне.
Сталлед покосился на невольную слушательницу.
― Сана, ступай к Арине. Постой. Прежде приготовь на кухне особый чай, с усыпляющим эффектом, ты меня поняла? Нельзя, чтобы Катастрофа этой ночью даже в свой коридор высунула нос.
― Поняла, господин. Оракул, ― коротко поклонившись, девушка удалилась.
Только она скрылась в проеме, Драко невербально набросил на спальню Уны экранирующие чары.
Драконы переглянулись. Калипсо прыснул смешком.
― Катастрофа. Как мило.
― Не начинай. Считаешь, это музыка иномирянки отменила проклятие?
― Ты видишь всё сам.
― Хорошо, спрошу по-другому, ― с раздражением, ― Арина может быть той самой душой, о которой шла речь в твоём предсказании? Светлой, естественно. Если уж она подобное сотворила, ― кивнул на Уну.
― Рано пока судить. Черноты я действительно не вижу вообще никакой. Так что, всё возможно. Ты позволишь прикоснуться к несчастной?
Драко вскинул брови и мотнул головой:
― Пожалуйста.
Оракул склонился над Уной, его красные волосы коснулись бледного лица, кончики пальцев слабо ткнулись в центр лба. Через какое-то время Калипсо отступил, по его невозмутимому лицу ничего нельзя было понять.
― Что скажешь?
Лунгар повел плечами.
― Пока вообще сложно что-либо сказать. Её судьба совсем не связана с возрождением мира и процветания. Да, она обращается в человека, причём стремительно, возможно, захочет уехать.
― Так. Ясно. Захочет, уедет. Ладно, идем. Здесь больше нечего делать, ― Драко подтолкнул оракула к выходу.
― Не хочешь всех слуг через свою Катастрофу пропустить? ― очень ехидно. ― По твоей роже вижу: не хочешь, и то правда, кто же будет на тебя бесплатно работать, ха…
Сталлед закатил глаза. Насчет умертвий он пока и не думал, не до них сейчас, однако когда всё закончится с этими душами и миром в целом, то, конечно, он попросит Арину, чтобы она сыграла умертвиям свою целебную музыку.
…Сам Драко почти не сомневался: именно его Катастрофа — та самая душа.
Глава 50
Арина
Я не могла найти себе места. Тревога маленько сжирала изнутри, заставляя наматывать круги по комнате в томительном ожидании некро-подруги.
В первую очередь волновалась за Уну: она девчонка пусть и вредная, но адекватная, хотя, я думаю, вредность из неё перла только лишь по причине мертвости, я бы на её месте ещё и не такой занозой в попе была, всем бы не поздоровилось, ха.
А вот во вторую, тревожил вопросик: да кто там, блин, к нам летит?! В груди свербело от дурного предчувствия. И почему я уверена, что эта летная птичка — та красноволосая шлюпка, дракониха из Огнедар, к нам скоро пожалует?
К Драко, точнее. Ещё точнее — к нему в постель, в попытке ту самую популяцию возродить.
В дверь вдруг стукнули, из-за чего я запнулась о собственную ногу и чуть не пропахала носом паркет, вовремя край постели под руку подвернулся, так что носом я ткнулась в неё.
― Какие виды, ― за спиной насмешливый голос Саны. ― А ничего такой всё-таки твой кардан. Небось, господина ждала.
― Иди ты, ― буркнула, переворачиваясь на спину. ― Ну? Какие новости?
Сана невозмутимо бесшумно проскользила до меня и сунула в руки поднос с чашкой и вазочкой, доверху набитой печеньем.
― Угощайся.
Поблагодарив нежить, равнодушно взяла в руки чай, просто чтобы их погреть, ни пить, ни есть в нынешней ситуации сосем не хотелось.
― Новости есть. Наша Уна всё-таки на стадии исцеления от убийственных чар господина.
― Это ведь хорошо?
― Не могу оценить. Я бы, наверное, получить жизнь