– Я вчера посеяла сумку и кошелек, – рассеянно комментирую свое нерациональное поведение
– Деньги нужны?
Я отрицательно покачала головой. На такие форс–мажоры у меня припасены денежные средства.
– Телефон тоже канул в бездну, – нервно усмехаюсь. – Ань, ты настоящий друг. Спасибо огромное, что разбудила.
Аня собирается на работу намного позже, чем я и всё же девушка поставила будильник для того, чтобы растолкать меня в пять утра. Я оперлась о входную дверь, поглядывая на свою соседку, которая вернулась в постель.
– Анюта, вызовешь такси? – насела с просьбой. – На рейсовый автобус я точно не успею.
– Конечно, вызову.
Я с тяжелым вздохом поплелась в общую душевую. Хмуро посмотрела на себя в зеркало. Чужая женщина смотрела на меня немигающим взглядом. Поплывшая тушь растеклась под глазами, в взгляде нездоровый блеск, а волосы местами опалены.
Я покрутила в руках рыжие пряди, которые теперь местами доходят до лопаток, местами до пояса.
– Ещё лучше, – покрутила головой. – Укоротила так укоротила.
Умылась прохладной водой, чтобы прийти в себя. Я подняла правую руку и внутренне напряглась. В пальцах рук заметно потеплело, жжение в кончиках нарастало, но пламя так и не появилось.
Тщетно.
В глазах навернулись слезы. Дар утерян безвозвратно. Горячего пламени, сжигающего плоть и материю, больше нет. Я опустилась на пол и прижалась спиной к холодному кафелю. Пламя в левой руке появилось мгновенно, только я подумала о холодных языках, вырывающихся из моей руки.
Хоть здесь осталось мое уникальное свойство. Оно словно было частью меня, кусочек которого так вероломно забрали.
Смахнула слезы, которые пробежались по щекам, и вернулась в свою комнату. Машинально надела джинсы и чёрный обтягивающий свитер под горло. Сгребла деньги из шкатулки и уставилась на кулон, лежащий на дне. Я подцепила кулон указательным пальцем и повертела на свету.
– Талисманы не стоит держать на дне деревянного ящика. Их нужно носить, Николь, – буркнул внутренний голос.
Я надела кулон и, махнув соседке на прощание рукой, спустилась к входной двери общежития.
Ранее утро было ветреным, и щеки неприятно щипал мороз. Я спрятала нос в свой большой красный шарф и вглядываюсь в дорогу, подсвеченную тусклыми фонарями.
Не стоило менять привычный уклад: «дом–работа–дом».
Нет. Захотелось романтики… Свиданий… Мужского внимания!
Такси остановилось недалеко от входных дверей. Прежде чем присесть на заднее сидение, я огляделась вокруг. Было ощущение, что я под прицелом внимательного взгляда.
– Марсель? – тревожно подумалось мне. – Выследил?
Страх расплылся по нутру. Но вместе со страхом я со злостью чувствую тягостное томление по низу живота.
Ду–ра!
Я даже хлопнула себя по лбу, чтобы выбросить ненужные эмоции, оттенок которых так не понравился мне.
Он просто страшная зверюга. С острым рядом зубов и чешуей вместо кожи, но от этого желание не испарилось, а наоборот, ещё больше разыгралось, как только я вспомнила, как мужчина прошелся ладонью по моему обнаженному телу.
Несмотря на то, что я так долго собиралась, к работе автомобиль привез меня вовремя. Я расплатилась с водителем и, уткнувшись носом в свой любимый шарф, засеменила к служебному входу в столовую. Перед тем, как нырнуть в теплое помещение, обернулась, всматриваясь в очертания темного внутреннего двора завода. От тягостного чувства, что я объект пристального внимания, я так и не отделалась.
Ничего, кроме работников завода, спешащих к месту работы, и служебных машин, въезжающих через главный вход, я не заметила.
Паранойя…
Я влетела в просторный холл, громко хлопнув дверью. Скрутив волосы в пучок на макушке, скрепила его шпильками и надела белый поварской халат.
– Никуля, здравствуй, – нараспев начала Любовь Сергеевна, как только я вошла внутрь помещения.
– Здравствуйте, Любовь Сергеевна, – поприветствовала, стараясь не смотреть на женщину, которая с любопытством заглядывала в лицо. Как чувствовала, что у меня что–то произошло, что стоит её внимания.
– Не выспалась наша Ника. Круги под глазами. Чай, мужчина появился в жизни! – с прибаутками продолжила женщина.
– Заболела! – резко бросила четверым работникам кухни, которые все как один рассматривались в моё лицо.
Я недовольно цокнула и принялась начищать овощи. Я не любитель рассказывать о своей жизни, тем более чужим мне людям. А за два года эти разные по характеру женщины так и не стали ни на гран ближе. Из подробностей биографии только скупые факты: сирота, приют, прилежная учеба в училище. Большим не хотелось делиться, а уж личной жизнью тем более!
И нечем было. Моя скромная персона интересовала только женатых начальников завода, а мне в жизни и так накидали проблем по самое горло.
Представляю глупое лицо Любовь Сергеевны, когда я поделюсь подробностями вчерашнего вечера!
Да ещё приправлю показательными выступлениями с огненными танцами на руках.
На руке…
Я тотчас же вспомнила о Марселе и даже в сердцах топнула ногой.
Сколько проблем разом влетели в мою жизнь. Банковская карта, покупка нового телефона. Надеюсь, Марсель не стянул последние гроши с моего счета. Хотя ему они не нужны… Марсель охотился за совершенно другой ценностью.
Теперь придется брать отпуск за свой счет, чтобы решить вопросы с банком и покупкой новой трубы.
Завтрак молча глотала у окна, привлекая цепкие взгляды коллег.
– Ника, что случилось? У тебя неприятности? – Шеф-повар подошла ко мне шаркающей походкой и встала рядом у окна.
– В автобусе украли сумку, – придумала на ходу. – А там карта и телефон.
–Теперь понятно, почему такая хмурая, – потянув чай из белой кружки, произнесла Людмила Николаевна. – Любочка уже грешным делом отправила тебя в декрет.
Несмотря на тяжкое утро, я прыснула от смеха, а следом за мной расплылась в улыбке тучный шеф-повар.
– Можете заверить Любочку, что не собралась. Но пропажа телефона – не самый приятный момент в жизни.
– Может быть, нужно обратиться в полицию?
– Я сама виновата. Задремала в автобусе вечерним рейсом. Беспечность… – горько вздохнула.
– Возьми отгул на завтра. Думаю, одного дня хватит решить вопросы с банком, – предложила Людмила Николаевна.
– Спасибо. Я отработаю!
– Знаю. Поэтому и отпускаю, – хитро подмигнув, ответила женщина.
Глава 9 Ещё один незнакомец, которому я вдруг понадобилась
Николь
Народу в автобусе было на удивление много. В душном общественном транспорте меня прижало к боковой стене. Отчего дышать стало совершенно