Вспыхнули серебристые щиты лорда Эйшар, становясь незримой преградой между нами и внушаемым ужасом. Повела плечами, сбрасывая с себя этот липкий страх, и с моих рук сорвались изумрудные ленты родовой силы Гэррош, скользнувшие внутрь тоннеля, облегчая нам путь и давая возможность сделать вдох полной грудью.
– Ничего не трогаем, пока я не скажу! Тшерийский, берёшь двоих. Арий, тоже берёте двоих, в противном случае мы там не развернёмся. Остальным быть наготове! Всё, вперёд! – скомандовал лорд Эйшар и первым ступил под своды пещеры.
– Хозяйка Леса, держите, – всунул мне посох в руки Борг, который не вошёл в число воинов, выбранных Арием Беспощадным, – я обязан вам и долиннику жизнью, возможно, мой посох спасёт жизнь вам. Негоже соваться в пасть зверя, да без оружия.
– Благодарю, – мой голос дрогнул. Древогорцы никогда не расстаются со своими посохами! Да и пользоваться я им не умею, как бы своих не задеть, если всё же придётся. Но жест я оценила. Борг молча кивнул. Хорошие всё-таки они мужики, эти древогорцы, немногословные.
А вот взгляд, который мне от лорда Эйшар достался словами трудно описать… ему-то так посоха и не досталось.
Посох Борга ярко вспыхнул в моей руке, и я бесстрашно пошла за мужчинами, чувствуя, как с каждым сделанным шагом, во мне растёт решимость и отвага.
Мы были готовы. Страх отступил, а на его место пришло понимание, что, скорее всего, ради этого мне и был подарен второй шанс на жизнь… не просто спасти род Гэррош, а не дать тьме вырваться на свободу. А какой ценой это будет сделано Великих и Всемогущих Богов вряд ли интересовало.
Глава 43
Воздух в пещере дрожал и потрескивал от магии, каждый вдох давался с трудом и был пропитан страхом. Чем дальше мы шли, тем сложнее было это делать. Тьма давила, заползала под кожу, пытаясь вселить в сердце бесконтрольный ужас, заставляя развернуться и бежать отсюда… то и дело, мне приходилось обращаться к своей силе, очищая наш путь от этого жуткого давления.
Лорд Эйшар быстро вёл нас по тоннелям, не останавливаясь и не задерживаясь, я едва успевала заметить мелькавшие в горной породе самоцветы… теперь понятно, почему даже при возможной угрозе, никто не отказался от разработок – здесь же сокровища буквально сами в руки стремились попасть. Наш путь освещала всего лишь одна световая сфера, и та лордом Эйшар созданная, все остальные покорно за ним в полумраке топали.
Вцепилась в сумку, слыша, как от быстрой ходьбы в ней глухо сталкивались зелья. Не разбить бы…
– Давай их мне, Лия, – тихий голос Виртэна заставил меня вздрогнуть. В тусклом свете его лицо казалось высеченным из камня, предельно собранное и сосредоточенное, но вот взгляд всё равно был мягкий и оберегающий. Он перехватил мою ладонь, ободряющее сжал, делясь своим теплом и уверенностью. – Зелье на мне, у тебя более ответственная роль. Не переживай, мы справимся, всё будет хорошо. Я буду рядом, – прошептал он, забирая зелье и рассовывая их по карманам.
Его прикосновение моментально прогнали тот леденящий ужас, который уже успел прокрасться в сердце. Его спокойная уверенность, его непоколебимая стойкость перед лицом любой опасности, даже смертельной, тёплой волной перетекла ко мне, наполняя силой и отвагой.
Чем ближе мы подходили к своей цели, тем ярче и отчётливее проявлялись линии магических плетений, покрывающие стены. Я ни бездны в них не понимала, но выглядело это впечатляющее, а уж когда лорд Эйшар свернул в очередной проход, и мы все уткнулись в его спину, то у меня и вовсе дыхание прехватило… шахта обрывалась и перед нами мерцающая магией стена выросла, плотная, вибрирующая, искрящая силой – непреодолимая защита, за которой бесновались жуткие призрачные тени… чёрные, осязаемые, они бились о барьер, принимая уродливые очертания… оскаленные пасти, горящие багровым огнём глаза и костлявые, постоянно меняющие свою форму, конечности, тянущиеся к нам… изменчивые твари, ручные шавки дархинов, чувствующие магию, исходили яростью, в безуспешных попытках добраться до нас.
– В прошлый раз их поменьше было, – поделился информацией лорд Эйшар, а потом в один миг стал серьёзным. – Начинаем. По сторонам не глазеть, не зевать, на счету каждая секунда. Если какая-то тварь вырвется, уничтожать на месте, если не получается, выманивайте её на выход, там ей устроят тёплую встречу!
Древогорцы и воины из числа охраны лорда Тшерийского насмешливо фыркнули, мол, ещё не родился тот, кого бы мы уничтожить не смогли, а руки лорда Эйшар уже порхали на магической паутине с точностью и изяществом дирижера. Ему предстояла весьма непростая задача – раздвинуть магические нити так, чтобы не разрушить всю структуру и не разорвать контур больше, чем нам требуется для удара. Едва Эйшар вмешался в основу плетений, как из-за магической защиты тут же донеслось то, от чего кровь застыла в жилах, а волосы так и норовили дыбом стать. Скрежет – противный, металлический, словно тысячи когтей в бешенстве начали крошить горную породу, а следом за этим – вой. И это не был крик человека или зверя, это был звук самой бездны, полный первобытной ярости и голода, копившегося столетиями.
– Началось… – выдохнул Дарвурд, и на его пальцах уже искрилось плетение тщательно выученного заклинания, готовое сорваться в первобытную тьму, клубящуюся за барьером.
Эйшар напряжённо замер, полностью сконцентрировавшись на своей задаче. Медленно, миллиметр за миллиметром, он начал разводить плотные магические кружева в стороны, подцепив требуемые нити.
– Доэран, перехвати справа и держи, – резко бросил светловолосый представитель рода Эйшар, и Тшерийский повиновался в ту же секунду.
Раздался тонкий, едва слышный звон, похожий на стон рвущейся струны, болью отозвавшийся во всём теле… словно что-то внутри сломалось, и я оперлась о посох, так щедро врученный мне Боргом, чтобы справиться с волной этой необъяснимой боли.
– Сейчас! – прозвучала очередная команда от лорда Эйшар, и красноволосый дракон не медлил, заклинание слетело с его пальцев в тот же миг потоком ослепительно-белого пламени, рванувшего в образовавшуюся прореху.
За барьером начался настоящий хаос. Тени метались в агонии, их вой превратился в захлёбывающийся визг, но они и не думали отступать, наоборот, почуяв нарушение магического плетения, почуяв свободу, они с удвоенной силой ломанулись к бреши. Шум стал невыносимым. Я чувствовала, как внутри меня, закипает не просто сила, а первозданный гнев самой природы, а изумрудные молнии начали разрезать пространство вокруг меня.
– Держите