— Мясо, — отвечаю я автоматически.
А вот когда он уточняет какое именно мясо, я пытаюсь возмутиться:
— Послушайте, Миха…
Но он меня даже не слушает, выбирая курицу.
— Я не буду есть то, что вы заказали, — говорю я как можно спокойнее, когда официантка отходит.
Хоть на самом деле мне хочется кричать и бить посуду.
В ответ Михаил неожиданно усмехается.
— Моё дело заказать и отправить фотоотчёт боссу. А там — как хотите.
Даже так?
Я удивлённо приподнимаю бровь.
Что ж.
Это всё упрощает. Потому что в таком случае и мне есть всё это совсем не обязательно.
Но когда приносят блюда, то они пахнут так вкусно, особенно, мясо, что у меня просто текут слюнки. И я решаю хотя бы попробовать. Совсем чуть-чуть. А в итоге съедаю весь суп и большую часть курицы, а вот салат остаётся практически нетронутым.
— Ну вот, — говорит довольно Михаил тоном бабушки, которой, наконец, удалось накормить внука-малоежку. — А вы говорили, что не хотите есть.
Затем он достаёт телефон и фотографирует мои тарелки.
Видимо, для отчёта.
Хоть я сомневаюсь, что такой серьёзный дядька, как Вячеслав, вообще будет их смотреть. Да у него просто времени на такую ерунду быть не должно.
Впрочем.
Мне-то какое дело?
Пусть отправляет.
Куда больше меня волнует: удастся ли мне осуществить свой план и сбежать к себе в квартиру? Я надеюсь, что да, но что-то подсказывает мне, что отделаться от Михаила будет ой как не просто. Он, того и гляди, ещё дверь выломает, если потребуется.
И в подъезд.
И в мою квартиру.
И плевать ему будет на соседей.
* * *
Когда же мы подъезжаем к моему дому, у меня даже руки начинают чесаться от нетерпения. Мне так сильно хочется поскорее оказаться у себя в квартире. Одной. Но для этого мне нужно постараться и ничем не выдать свои намерения. Чтобы Михаил ничего не заподозрил и точно не увязался за мной.
Но вот машина останавливается. Щёлкают замки на дверях, открывая их. Я тут же тянусь к дверной ручке, бросив Михаилу:
— Я быстро.
Не давая ему время для ответа, я тут же выскальзываю из машины.
Я быстро шагаю в сторону своего подъезда, а сердце в груди стучит так громко, что заглушает практически все звуки вокруг. Так что я не слышу, что Михаил тоже выходит из машины.
Потому я невольно вздрагиваю, когда он говорит:
— Не спешите так, Анна Сергеевна, мы всё успеем. До пробок ещё далеко.
Мы⁈
Я тут же сбиваюсь с шага, а затем и вовсе останавливаюсь.
Потом я оборачиваюсь и говорю:
— Спасибо, но мне не нужна ваша помощь. Я в состоянии сама собрать нужные вещи.
— Приказ Вячеслава Леонидовича, — поясняет он коротко.
По тому, как Михаил это сказал, я понимаю, что отделаться от него не получится. Потому я лишь тяжело вздыхаю, пытаясь успокоиться, и напоминаю себе, что волноваться в моём положение вредно.
Что ж, кажется, всё будет несколько сложнее, чем я надеялась.
Дальше всё проходит в молчании.
Мы молча заходим в подъезд. А я с трудом сдерживаю порыв заскочить туда первой, захлопнув дверь прямо перед его носом. Потому что если у ничего не получится и он быстро меня догонит, то второго шанса Михаил мне точно не даст.
Поэтому я ничего такого не делаю.
Мы молча поднимаемся на третий этаж по лестнице. Моя квартира находится в старой пятиэтажке. А в таких домах лифты не предусмотрены, к сожалению.
Потом я всё никак не могу попасть ключом в замок и опять думаю о том, стоит ли попытаться заскочить внутрь и быстро закрыть дверь. Но я всё же не решаюсь на это. Уж слишком близко ко мне стоит Михаил.
Но вот замок поддаётся, и я открываю дверь, вхожу первой. А Михаил тут же следует за мной.
Он деловито оглядывается и говорит:
— Берите только самое необходимое. Если хотите взять что-то тяжёлое, то скажите мне. За вещи, что останутся тут, не волнуйтесь: квартиру поставим на сигнализацию. И да, ключи вам нужно будет оставить мне.
Я на мгновение замираю, поражённая наглостью
Не Михаила.
Вячеслава.
Ведь это всё его идеи, которые Михаил лишь исполняет.
Но я просто глубоко вдыхаю и решаю ничего не говорить, изобразив покорность. Я планирую сегодня остаться в своей квартире и навсегда забыть о Вячеславе, как о плохом сне. Но для начала мне нужно сделать как-то так, чтобы Михаил вышел. А потом я просто закрою дверь и не пущу его обратно. Конечно, он явно так просто не сдастся. Но, в крайнем случае, можно попытаться поднять шум.
Я открываю шкаф и начинаю доставать вещи. А так как комната в квартире у меня всего одна, то Михаил находится тут же. Чем очень сильно нервирует меня.
— Может быть, вы всё же подождёте на кухне? — спрашиваю я.
Он молча качает головой.
Некоторое время я честно выбираю и упаковываю вещи, но потом мне это надоедает. И я решаю, что пора бы попробовать его спровадить.
— Михаил, а вы не могли бы сходить в магазин за соком? — прошу я. — Апельсиновым. Жутко хочется пить. И именно его.
Мне кажется, что я выбрала вполне удачный и совсем не подозрительный способ, чтобы он ушёл. Раз уж Вячеслав велел ему так обо мне заботиться. В конце концов, у беременных часто бывают разные прихоти. Но то ли я говорю это с какой-то не той интонацией, то ли ещё что. Только вместо того, чтобы поспешить выполнять мою просьбу, он как-то нехорошо прищуривается и долго, пристально смотрит мне в лицо.
Потом Михаил говорит с явным укором:
— Анна Сергеевна. Ну что же вы?
И осуждающе качает головой.
— А я только успел обрадоваться, что вы ведёте себя вполне адекватно. И тут такое. Вы ведь не хотите сока. Так?
Наверное, нужно было возразить. Сказать, что хочу. Упираться. Настаивать. Но я предпочитаю откровенность. Тем более что меня уже всё равно раскусили.
Потому я киваю.
— Так.
И скрещиваю руки на груди, воинственно задрав подбородок.
— Я никуда отсюда не пойду, — говорю я, как можно увереннее. — И вещи собирать не буду. Это мой дом. Здесь я и останусь.
На это Михаил ничего не отвечает, а как-то уж слишком тяжело вздыхает, достаёт телефон и звонит.
А спустя несколько секунд он говорит:
— Она отказывается.
При этом он смотрит прямо на меня. Потом Михаил некоторое время опять молчит и убирает телефон.
— Ну всё, Анна Сергеевна, ждите.
Он усмехается.
— Вячеслав