Когда люди немного пришли в себя после продолжительной пляски, Ведамир начал подзывать пары, чтобы благословить их союз огнём. Для этого разожгли костёр поменьше, через который влюблённые должны были прыгнуть, не размыкая рук. Заодно и гадали на судьбу, смотря, как пара прошла испытание. Мы с Лоймерифом тоже встали в очередь.
— Боязно, — прошептала, глядя на довольно высокое пламя.
— Ты ведь драконья жена, — подмигнул супруг. — Огонь тебе не страшен.
Ощутила всем нутром волну его поддержки и уверенности. Улыбнувшись, разогналась, и мы буквально полетели, крепко держась за руки. Чувствовала, как пламя облизало голые ступни, но не обожгло, принимая меня за свою.
— И что же сулят боги княжеской дочери? — громко спросил Ведамир, подходя, чтобы рассмотреть подол моей длинной рубахи. Он специально привлёк внимание толпы, чтобы больше ушей услышало предсказание. И намеренно проигнорировал стоящего рядом Лоймерифа, сделав упор лишь на меня. — Ох, милая матушка, заступница наша, да вам сулят дитятко! — всплеснул руками колдун. Казалось, он сам пребывал в неприятном для себя удивлении. — Только выстрадать вам его придётся. Немалые испытания ждут впереди, много слёз вижу. Неужто дракон повинен в этом? Не может статься так, что дитя вам подарит совсем не он? — Ведамир колко глянул на Лоймерифа.
— К чему эти вопросы? Али, вы придумываете на ходу? — передразнила манеру колдуна выражаться. — Неужто наверняка не видите? Что же вы тогда за ведающий?
Кажется, сейчас перегнула, потому что глаза Ведамира сверкнули недобро. Он поджал губы и сухо усмехнулся.
— Всем известно, что боги никогда не открывают задумки полностью. Мы лишь можем полагаться на знаки в толковании судеб.
— Знаю я одну колдовку, которая до минуты предсказала предначертанное. Так, может, не в богах дело?
Ведамир практически оскалился, став похожим на оборотня.
— Кажется, княжне не нравится моё предсказание. Не верит она словам ведающего! — рявкнул колдун. — Как бы гнев богов на буйную голову не накликала.
С этим Ведамир развернулся и ушёл к удалённому идолу, якобы отмаливать мои грехи.
Глава 26
— Что за мерзкая псина? — прошипела змеёй.
— Тише, Слава. Тише, — Лоймериф успокаивающе погладил меня по спине и увлёк подальше от костра. — Успокойся. Негоже княжне терять самообладание под людскими взорами. Может ваше противостояние обрести нехорошие последствия. Ещё неизвестно, чью сторону народ примет. Колдунов боятся и уважают иногда посильнее правителей. Человек трепещет перед тонким миром. Ты должна это понимать и принимать во внимание.
— Я понимаю, но не могу себя сдержать, когда Ведамир говорит гадости. Буквально внутри всё клокочет.
Мы отошли в сторонку и присели на расстеленное покрывало, наблюдая за гуляниями издали.
— Княжна, — одна из придворных служанок протянула мне кружку с квасом. Видимо, батюшка приставил девку к нам с Лоймерифом. Дракону она лишь поклонилась, передавая питьё, но никак не назвала.
Моего мужа даже придворные княжичем не приняли, но я надеялась, что это временно. Удивительно, но от напитка я быстро захмелела. Кажется, слишком забористый квасок был. Голова начала кружиться, а в теле появилась сначала лёгкость, а потом слабость, да такая, что ноги едва могла переставлять. Лоймериф выглядел лучше, но даже его взгляд осоловел.
— Кажется, нам пора домой, — улыбнулся он, помогая мне встать.
Обратный путь происходил будто в странном сне. Дома вокруг плясали, заведя хоровод, а звёзды с неба сыпались ярким дождём. Я даже думать нормально не могла. Ни разу со мной подобного не происходило, даже после чарки вина. Дорога до терема показалась вечной. Если бы не поддержка Лоймерифа, точно не дошла бы, уснув где-то в подворотне.
— Странный квас, — бормотал дракон, осторожно усаживая меня на кровать. — Впервые так голова кружится.
Дальше наступила темнота. Наверное, я отключилась, а проснувшись посреди ночи, почувствовала нестерпимую жажду. Воды в комнате не оказалось, впрочем, как и Лоймерифа, и я отправилась на поиски. Стоило мне миновать коридор, как я услышала приглушённые голоса: женский смех, разгорячённые вздохи и мужской рык. Слишком знакомый…
Дрожащей рукой отперла дверь и в немом ужасе уставилась на парочку, страстно предававшуюся плотским утехам. В сплетённых телах мгновенно признала ту самую служанку, подносившую квас на празднике и собственного мужа.
— Лоймериф… — прошептала, наблюдая за тем, как жадно дракон прикусывает нежную кожу на шейке девушки. Именно так он любил играть со мной.
Супруг медленно повернулся, блуждая в пространстве хмельным взглядом, а потом шарахнулся от девицы, влетев со всего размаха в стену. Он схватился за голову и крепко зажмурился. Дальше выносить увиденное я не могла, стремглав вылетев из комнаты. Неслась по лестнице подобно обезумевшему вихрю. Вылетев на улицу, бежала, не разбирая дороги. Не знала, куда несли меня ноги. Слёзы застилали глаза, а сердце норовило разбиться на мелкие осколки. Возможно, оно уже треснуло и царапало грудную клетку, доставляя невыносимую боль.
— Выпей, девонька, — слышала, будто через туман. Послушно сделав несколько жадных глотков, отчаянно заморгала. В глаза бил яркий свет, поэтому я не сразу рассмотрела где нахожусь, и кто стоит рядом. — Как себя чувствуешь, пташка болезная?
Теперь я узнала голос.
— Баба Аглая?
— А то, кто ж? — усмехнулась женщина. — Принеслась ко мне посередь ночи, словно белка шальная, перепугала, а потом в обморок рухнула. Я уже послала ко двору, чтобы князю доложили.
И тут в комнату влетел Лоймериф. Выглядел он настолько перепуганным, что на мгновение я замерла, ловя его яркие эмоции. Страх — первое, что окатило липкой волной.
— Уходи, — проговорила холодно, стараясь отрешиться. Не выходило. Дракон будто обезумел.
— Слава! Ты как здесь очутилась? — он кинулся ко мне, пытаясь дотронуться, обнять, прижать к себе. Вот только я вывернулась и шарахнулась в противоположный угол комнаты. Голова тут же закружилась и жутко затошнило. — Что с тобой? — теперь чувства Лоймерифа немного изменились, прорезавшись в голосе искренним недоумением.
— Ты ещё смеешь спрашивать? — выкрикнула в отчаянии и залилась горькими слезами.
— Выйди, выйди, кому сказано, — тут же подскочила к дракону травница и постаралась выпихнуть того из комнаты, но куда сухонькой старушке против настоящей скалы?
— Я не уйду, пока не выясню, что происходит. Слава? — тихонько позвал меня муж и стал осторожно приближаться. — Я проснулся и не нашёл тебя. Знаешь, как испугался? Что же стряслось, милая?
Отчаянно икнув, недоумённо уставилась на Лоймерифа.
— Ты смеешь тут ещё комедию разыгрывать? — прошипела разъярённой кошкой. — Как только совести хватила явиться предо мной.
— Я не понимаю… — прошептал супруг. И в тот же момент я ощутила искреннее недоумение, боль и тревогу. Замерла, задумалась, стараясь отделить каждую эмоцию и осознать её.
— Я ведь застукала тебя