Дракон выдохнул облачко розового пара и лизнул щёку Жаннеты. Распахнув глаза, принцесса растерянно выдохнула:
– Гаин? – тут же отрицательно покачала головой и попыталась отползти от дракона подальше: – Нет… Быть не может!
У меня у самой глаза едва на лоб не полезли.
Гаин Людерс?! Отец Дивины? Что с ним случилось?
«Моя магия закончилась, и крыса обратилась драконом, – пришла к единственному выводу. Но тут же озадачилась: – Почему он розовый?»
Должно быть я, подсознательно желая, чтобы дочь перестала бояться отца, покрасила его магией в цвет, который нравился малышке. Почти получилось! Только впечатление немного портили рубиновые проплешины от моей магии.
Вдруг услышала откуда-то сверху звук, похожий на детский плач.
– Дивина?
Мгновенно позабыв о принцессе и её жестоком поклоннике, обратилась кошкой и кинулась к дракону, забираясь по нему, как под дереву к дыре в потолке, пробитой головой дракона. Гаин взревел – должно быть, мои волшебные коготки, впиваясь в розовые чешуйки, причиняли существу не самые приятные ощущения.
– М-р? – я забралась на второй этаж и быстро осмотрелась. – Мяу!
– Ки-са, – Дивина взяла меня на руки и погладила. А потом показала вниз на Гаина и весело сообщила: – Боль-ша-я иг-руш-ка!
Глаза девочки сияли восторгом, и я догадалась, что малышка не плакала, а смеялась. Неужели, моя магия сработала и розовый цвет уничтожил чудовище, которого так отчаянно боялась Дивина? Хотя бы в её сердце. Впрочем, почему «хотя бы»? Это уже невероятная победа!
Я того и добивалась, ранее играя с крысой. Тогда малышка всё равно оставалась настороженной, но сейчас от страха перед отцом не осталось и следа.
«Бабайку победили, попросту перекрасив? – несказанно обрадовалась я. – А сердце ребёнка исцелили смехом?»
Несмотря на то, что отчаянно визжала принцесса, глядя на розовое чудовище, меня накрыло волной невыразимого счастья. И с шерсти во все стороны посыпались рубиновые искорки.
Они заполняли комнату, будто крохотные светлячки, летая в совершеннейшем беспорядке. Дивина отпустила меня и принялась бегать, махать руками, желая поймать хоть одну. оступившись, едва не провалилась в дыру, но искры подхватили девочку и медленно опустили вниз, на кухню.
Я прыгнула следом и попала в руки Райсу. Прищурившись от удовольствия, вдохнула приятный аромат лаванды с терпкими нотками бергамота и дубового мха и мурлыкнула, подставляя голову под ладонь мужа.
– М-р-р-р?
«Что тут произошло?»
Райс почесал за ушком и ответил:
– Цветок, который ты уронила, оказался редким ингредиентом для приворотного зелья.
– Фр-р-р, – шерсть на загривке приподнялась.
«Знала, что с этим веником что-то не так!»
– Я случайно пролил его на крысу, – продолжил муж и задумчиво посмотрел на дракона, который упрямо продолжал ластиться к раздражённой принцессе. – Нет, не так. Похоже, я случайно создал истинную пару.
Кошки не смеются? Ерунда! От хохота я выскользнула из его рук, брякнулась на пол и, конечно, обратилась человеком. Райс помог мне подняться, а я поцеловала мужа в губы и, всё ещё посмеиваясь, призналась:
– Эх, зря я распиналась перед Жаннетой, рассказывая сказки о твоей несчастной любви к ней. Ты и сам всё уладил. Осталось только выдворить счастливую парочку из нашего дома, пока они его окончательно не разрушили…
– Что-что ты сделала? – властно перебил Райс.
Ответить я не успела, так как к нам приблизилась принцесса. Она гневно глянула на моего мужа и зло выпалила:
– Это месть за мой отказ? Женился на толстухе, чтобы я не ревновала? Так это твоё дело… Мне всё равно! Но как ты мог связать меня узами истинной пары с… этим? – Она брезгливо покосилась на розовое драконье пузо, а потом в сердцах топнула: – Ты чудовище, Райс!
Зарыдав, побежала к выходу, а муж посмотрел на меня и вопросительно приподнял брови. Мол, продолжай, дорогая, продолжай. Оправдывайся!
В ответ я подарила мужу самую очаровательную из своих улыбок и вкрадчиво поинтересовалась:
– Может, в качестве извинения сделать тебе массаж?
Но сначала нам пришлось повозиться с драконом.
Деян увёл Дивину, а мы с Райсом пытались убедить Гаина сменить ипостась. Мой муж договаривался с его мордой, а я, обернувшись кошкой, многозначительно постукивала волшебным коготком по розовым чешуйкам его хвоста.
Но лорд Людерс сумел обратиться человеком только к ночи, когда с его чешуи окончательно ушёл розовый оттенок. Сменив ипостась, мужчина глянул на меня с такой яростью, что я выгнула спину и зашипела, намекая, что не так уж беззащитна.
– Не бойся, не стану тебя убивать, – процедил Гаин.
«Кто кого боится, ещё поспорить», – фыркнула я и тоже приняла человеческий вид.
Мне было что сказать этому чудовищу.
– С этого момента не смей приближаться к Дивине, – предупредила лорда. – Иначе снова обращу тебя розовым драконом. Эта девочка теперь не твоя дочь!
– Она никогда и не была моей, – зло выпалил Гаин.
И стремительно направился к выходу.
Я проводила мужчину растерянным взглядом. Что?
Хлопнула дверь, и я услышала спокойный голос Райса:
– А вот теперь ты можешь приступать к извинениям, – муж, неторопливо спускаясь по лестнице, прожигал меня алчным взглядом, – моя дорогая супруга.
Я потёрла ладони и улыбнулась с предвкушением.
Пришло время для массажа!
Глава 42
Райс
Каждый раз, когда Заряна говорила «массаж», её зелёные глаза сверкали особенно ярко, а пухлые губы изгибались в лукавой улыбке. Моё сердце замирало, как никогда. Разумеется, я был согласен на всё, что моя жена предлагала с таким выражением лица. И тогда, возможно, действительно прощу женщине-кошке её проделку.
Вот уж действительно