Внезапно, кто-то окликает меня прямо на улице:
– Мисс Вайс, это вы?
Я оборачиваюсь.
Передо мной стоит элегантная женщина в деловом костюме, совершенно незнакомая мне, но все в ее образе продумано до таких мельчайших дателей, что у меня нет никаких сомнений, что она работает в модной индустрии.
– Да? Да, это я.
Она подходит ближе и расплывается в приветливой улыбке.
– Извините, что беспокою вас. Я читаю все последние новости и узнала вас. Я из журнала Vogue Schweiz. Мы готовим материал о восходящих личностях в медиапространстве. Я бы хотела пригласить вас на интервью.
Я колеблюсь, потому что уверена, что мне запрещены подобные мероприятия. Хотя, это был бы интересный опыт. Охранник Дэймоса делает шаг ко мне, но я машу рукой – всё в порядке. Совсем недавно я четко попросила его стоять на расстоянии хотя бы пяти или семи метров от меня, потому что я вечно шугаюсь того, как он следует за мной попятам.
– Давайте я вам дам свою контакты и вы позвоните мне позднее, – вслух произношу я, размышляя о том, что мне нужно уточнить у Дэймоса целесообразность таких мероприятий.
– Это будет большой честью для нашего журнала, – елейно настаивает она, ее голос такой профессиональный и дружелюбный, что я немного расслабляюсь.
Она внезапно достаёт блокнот из сумки и наклоняется, будто что-то роняет.
– Ой, простите…
Нагибается поднять.
И в этот момент выплёскивает содержимое бутылки прямо мне в лицо.
Всё происходит за долю секунды.
Какая-то жидкость летит в воздухе – прозрачная, с резким химическим запахом.
Я замираю в ужасе, но сразу чувствую мощный удар охранника и меня отбрасывает в сторону. Телохранитель кричит и я падаю, ударяясь лбом о брусчатку, ощущая несколько капель жидкости на своей руке. Кожа в этих местах горит огнем, но от шока, я даже не чувствую боли. Лоб содран в кровь, железный запах ударяет мне в ноздри.
Словно сквозь туман, я слышу страшное шипение.
Подняв голову, присматриваюсь: там, где я стояла секунду назад, брусчатка чернеет, дымится. Кислота разъедает камень.
Несколько капель попало на рукав моего пальто и на ладонь. Ткань начинает тлеть на моих глазах, моя кожа краснеет на ладони и покрывается волдырями.
Я истошно кричу, содрогаясь от ужаса и паники – это было настоящее покушение.
Охранник скручивает женщину: она вырывается, но он сильнее, прижимает её лицом к асфальту.
Вторая машина охраны приезжает примерно через три минуты, люди в чёрном окружают нас, но я все еще не могу прийти в себя, прислушиваясь к звукам сирены, который звучит так, словно ее источник расположен внутри моей головы.
Если бы охранник не толкнул меня…
Если бы это попало на лицо…
Руки трясутся. Каждая клеточка моего тела трясётся.
Охранник склоняется надо мной, говорит что-то, но я не слышу сквозь звон в ушах.
Меня пытались изуродовать.
Серной кислотой.
В лицо.
И Дэймос, пообещавший мне защиту, не смог мне этого дать.
— Мисс, вы ранены. Но все будет в порядке. Я вовремя вас толкнул.
– Спасибо, – едва шевелящимися губами, бросаю я.
Меня поднимают с брусчатки, словно безвольную куклу и сажают в машину. Телохранитель приобнимает меня за плечи в защитном жесте, обещая, что скоро я буду в госпитале и со мной все будет хорошо, но я уже ничему не верю.
Последнее, что я вижу перед тем, как машина срывается с места – Эвелину.
Она стоит в стороне, у угла здания, и смотрит на происходящее.
Наши взгляды встречаются.
И она отворачивается. Быстро. Виновато.
И я понимаю.
Она знала.
Она привела меня сюда специально, и абсолютно все, что произошло сейчас – подстроено кем-то и зачем-то.
Моя подруга продала меня или предала.
Или у меня паранойя?
Дэймос
Я узнаю о нападении через семь минут после того, как оно произошло – семь бесконечных минут, когда охранник дозванивался, пока я сидел на совещании с банкирами и совершенно не подозревал, что в этот самый момент здоровью Мии угрожает смертельная опасность.
Телефон вибрирует во внутреннем кармане пиджака. Номер охраны высвечивается на экране.
– Да, – отвечаю я, и что-то в тоне голоса охранника заставляет меня замереть, как только он произносит первые слова.
– Сэр, произошёл инцидент. Мисс Вайс ранена. Везём в госпиталь Clinique La Colline.
Мир останавливается, сжимается до размера одного слова: ранена.
– Что случилось? – голос звучит чужим. Слишком тихим, слишком контролируемым для того урагана, что поднимается внутри. – Как ты допустил это?! – рявкаю я.
– Покушение на ее здоровье и жизнь – посторонняя девушка попыталась облить ее кислотой, она уже задержана. Я назначил ответственных за ведение дела. Я полностью виноват, но моя подопечная попросила держаться от меня на расстоянии семи метров, а нападающая использовала камуфляжную кружку и одежду в процессе нападения. Мия в порядке, господин, но…
– Тебе крышка, если будут последствия, – шиплю я, не в силах совладать со своим гневом. В порыве ярости, даже такой робот, как я, способен на крушение всего вокруг. Чувствую себя спящим вулканом, в котором скопились многовековые ресурсы для извержения.
Я не слышу остального, не хочу слышать, не могу слышать ничего, кроме этого проклятого слова, которое эхом отдаётся в голове: кислота, кислота, кислота.
Сбрасываю вызов, вскакиваю из-за стола так резко, что кресло падает на пол с грохотом, который заставляет всех в переговорной обернуться.
Николь поднимает бровь с лёгким недоумением.
– Дэймос, мы ещё не закончили обсуждение…
– Совещание окончено, – обрываю я, и мой голос звучит как удар хлыста.
Вылетаю из здания, не слушая оклики Николь, бегущей за мной по коридору. Сажусь за руль своего Aston Martin без водителя, потому что не могу ждать ни секунды. Давлю на газ, и Женева проносится мимо размытым пятном огней и теней.
Кислота.
Перед внутренним взором вспыхивают картинки из прошлого: моя мать умирает на полу, а её лицо… её лицо…
Я сжимаю руль так сильно, что кожа на костяшках натягивается до белизны.
Это не может быть случайностью или совпадением. Это все из-за меня, и кто-то очень хорошо осведомлен о моем прошлом и детстве.
Въезжаю на парковку госпиталя с визгом тормозов, оставляю машину где попало, не закрывая дверь. Врываюсь внутрь, и администратор за стойкой вздрагивает от моего вида.
– Мия Вайс. Где она?
Женщина смотрит сначала на меня, потом переводит взор на компьютер:
– Третий этаж, палата 307, но вы…, – но я уже бегу в сторону лифта, не дожидаясь пока она договорит.
Я врываюсь в палату и