Стервятник недовольно посмотрел на приближающихся лошадей и медленно поднялся в небо, но далеко на улетел, остался кружить над пожарищем вместе с воронами.
– Клянусь богами! – воскликнул Тейдо, подъезжая к тому месту, откуда взлетел падальщик.
– Что там... – начал Ронсар, и в этот момент увидел то, о чем говорил Тейдо. – Клянусь Орфеем, нет!
Тейдо уже спрыгнул с седла и отвязывал бурдюк с водой. Ронсар, завороженный невероятным зрелищем, медленно спешился и подошел ближе. Невольно рука его легла на рукоять меча. Тейдо тронул его за руку.
– Меч тут не поможет. По-моему, он уже за гранью боли.
Оба смотрели на сильно обожженное тело человека. Бедняга заметил людей и уставил на них единственный уцелевший глаз. Раздался слабый стон. Тейдо осторожно опустился на колени рядом с телом и протянул мех с водой.
– Мир, друг. Попей. Ты давно не пил. – Тейдо поднес мех к запекшемуся рту страдальца. Несколько капель упали на губы человека. Высунулся черный язык, слизывая капли влаги. Потрескавшиеся веки дрогнули. Вода оказала живительное действие. Глаз прояснился.
– Не понимаю, как он еще жив… – шепнул Ронсар на ухо Тейдо.
– И я не понимаю. – Рыцарь замолчал, чтобы еще немного напоить умирающего.
– Я всё надеюсь, вдруг он расскажет что-нибудь о том, что здесь произошло, прежде чем Хеот заберет его.
– Ты можешь говорить, друг? Мы люди короля, и твои ответы сейчас важнее важного.
Ронсар поморщился от зловония, ударившего ему в нос. Мужчина был ужасно обожжен. Руки и грудь обуглились дочерна, нижняя часть тела была раздавлена упавшим деревом. Он лежал в неглубокой впадине в земле в очень неудобной позе: и не на боку, и не на спине. Волосы обгорели с одной стороны, с другой несколько прядей еще держались на черепе.
Теперь стало понятно, что птицы клевали живую плоть. Они успели содрать значительную часть мяса с плеча и спины. Белые кости блестели из свежих красных ран.
– Отпусти его. Пусть умрет с миром, – сказал Ронсар. Голос его звучал сдавленно.
– Не-е-ет... – Они едва расслышали слабый звук голоса умирающего. Мужчина пытался что-то сказать им.
– Успокойся. Мы тебя слышим. Я наклонюсь, не пытайся говорить громко. – Тейдо приблизил ухо к губам мужчины. Он говорил с таким спокойствием, что Ронсар не мог поверить. Действительно, как тут поверишь, глядя на эти останки человека, жить которому оставалось совсем недолго. – Расскажи нам, что случилось, если сможешь.
Казалось, говорит не умирающий. Слова будто сами собой рождались в воздухе, и от этого в них еще труднее было поверить.
– Я ждал, чтобы кто-то пришел, – прошептал мужчина шелестящим голосом. Это был даже не голос, а некое подобие звука, когда ветер гонит по песку сухой лист. – Я ждал, ждал…
– Ну вот, видишь, мы пришли. Твое ожидание окончено. Что здесь было?
– Всех убили... все уничтожены... сожжены... все…
– Да, мы видим. Кто это сделал? Ты знаешь?
– А-а... – долгий хриплый вздох, в котором трудно было разобрать слова: – бог-разрушитель... он большой, очень большой, огонь изо рта... все сгорели.
– Здесь был только бог?
Слова давались человеку все труднее.
– Н-нет... ах... их много… солдат... они говорят… – Мужчина неожиданно закашлялся, тело сотрясалось от судорог.
– Что говорят?
– Ах…
– Постарайся сказать. Бог заберет тебя и даст покой.
– Берегитесь… Пришел Нин-Разрушитель… Ааа-ааа...
Желтый глаз помутнел и замер. Дыхания на последний вздох не хватило. Ронсару показалось, что он видит, как изувеченное тело покидают остатки жизни. Он понял, что человек держался только благодаря своей воле.
Тейдо встал.
– Надо похоронить этого храбреца.
Птицы негодующе кричали у них над головами, словно понимали, что у них отбирают пищу.
Тело похоронили с почестями, словно воина, павшего в бою. Ронсар и Тейдо отошли в сторону.
– Ну что, ты видел достаточно? – спросил Ронсар, опираясь на меч.
– Вполне. Но еще не мешало бы посмотреть на этого врага, который так лихо нападает на беззащитные деревни и убивает слабых.
– Полагаю, скоро мы его увидим. Но сейчас не время. Надо немедленно возвращаться. Во дворце ждут нашего донесения. В следующий раз с нами будут тысячи воинов.
– Да, я с тобой согласен, хм-м. – Тейдо замолчал, продолжая смотреть поверх долины и холмов.
– Что с тобой, Тейдо? Тебя что-то беспокоит?
Тейдо глубоко вздохнул, повернулся к Ронсару, и рыцарь заметил, что в глазах друга горит странный свет. Некоторое время он смотрел на Ронсара, а потом снова отвернулся к горизонту.
– Я боюсь, Ронсар.
– Ты? Боишься?! Вот уж не ожидал!
– Ты разве сам не чувствуешь? – Взгляд Тейдо стал острым.
– А что я должен чувствовать? Пока мне просто интересно… Объясни, что ты имел в виду. Не хочу, чтобы между нами оставалась какая-то недоговоренность. Я же вижу, у тебя предчувствие. Выкладывай! И не беспокойся. Меня из равновесия не выведешь, уверяю тебя.
– Наверное, ты прав. Просто это нелегко выразить словами. Еще когда мы говорили с этим несчастным, у меня возникло ощущение, что мы едем по узкой тропе, и она обрывается во тьму. Вот и все. Но это меня напугало.
Ронсар внимательно посмотрел на друга и ответил тихим твердым голосом:
– Скажи, а в твоем видении мы были вместе, ты и я? Ну, тогда этого для меня достаточно. Как бы не был темен путь, он не устрашит двух рыцарей. Только давай покинем это злое место. Надо немедленно возвращаться в Аскелон. Боюсь, нас слишком долго не было.
– Возвращаемся! – Тейдо расправил плечи и хлопнул Ронсара по спине. – И все-таки я хотел бы посмотреть на этого таинственного врага и поточнее узнать о его силах. А еще бы лучше посмотреть ему в лицо.
– Согласен. Но для этого у нас еще будет время. Сейчас мы не готовы сражаться. Хотя, возможно, придется еще до того, как увидим Аскелон.
– Не подумай, что рвусь в бой с неизвестным врагом, храбрый сэр. Мне просто хотелось бы узнать побольше о его методах. Слишком мало нам о нем рассказали, да и то такое, во что сложно поверить.
Они вернулись к лошадям. Ронсар крикнул своим рыцарям:
– По коням! Возвращаемся в Аскелон!
Рыцари развернулись и начали подниматься на холм тем же путем, которым