Он обхватил меня руками, пытаясь удержать на месте.
– Дай мне подняться, – прошептала я, затем поймала еще один поцелуй и ощутила, как мое сердце немного замирает.
Мои глаза резко открылись, и я, пошатываясь, высвободилась из объятий Найфейна. Нет, нет, только не замирание сердца! Признаться, что парень тебе нравится, – это одно, но замирание сердца и то, что это может означать, – совсем другое. Найфейн – не тот, к кому у меня могли бы возникнуть глубокие чувства. Я не могла позволить себе потерять голову из-за него так же, как не могла позволить ему заявить на меня права.
Он проследил за мной взглядом, как хищник, и, поморщившись, откинулся на спинку стула.
– У тебя нет сил для… всего этого. Мне не следовало… – Я схватила кувшин и наполнила его водой, а затем подошла к спине Найфейна.
– Не следовало делать мне лучший минет в моей жизни? – беспечно поинтересовался он. По мне пробежала дрожь, и я стиснула зубы, ощутив прилив гордости. – Не следовало показывать мне, что ни один секс-салон ни в одном из королевств не может сравниться с тобой?
– Мне не нужна лесть. Этого больше не повторится.
– Обожаю, когда ты даешь обещания. Еще больше мне нравится помогать тебе их нарушать.
Значит, он все-таки любит позлорадствовать. Черт возьми.
Я полила водой царапины от когтей, и лишь несколько капелек крови потекло по спине Найфейна. Его раны не открылись от перенапряжения. Я добавила еще мази, чтобы убедиться, что они быстро заживут.
– Что касается твоей самки, совершенно очевидно, я чувствую ее лучше, чем ты чувствуешь моего зверя. Однако я могу чувствовать только отголоски твоего… ее настроения. Только тогда, когда ваши эмоции каким-то образом усиливаются. Эта способность, вероятно, была подавлена проклятием.
– Значит, раньше это было обычным делом?
– В какой-то степени, – туманно ответил он.
Я все убрала и принесла ткань для вытирания.
– Что значит «в какой-то степени»? В какой степени? Какое это имеет отношение к нам?
Найфейн стоял, опираясь на спинку стула, пока я вытирала его.
– Сколько вопросов. – В его голосе звучало раздражение. – Разве ты не любишь читать? Об этом есть книги.
– Есть книги по истории оборотней, о видах внутренних зверей и их редкости… все в таком духе. Однако все они были написаны до проклятия. Их авторы предполагали, что люди знают основы того, как быть оборотнем. О самих основах не написано никаких книг.
– Возможно, такие книги есть в моей библиотеке.
– Ясно. Что ж. Кое-кто не разрешил мне входить в его библиотеку.
– Да. Потому что кое-кто сбежал прежде, чем я смог дать ей такое разрешение.
– Отлично. Что ж, когда ты придешь, чтобы сопроводить меня на поля эверласса, не принесешь ли ты книгу, в которой все объясняется, чтобы мне не нужно было беспокоить тебя своими вопросами?
– И как, по-твоему, я ее принесу? У меня нет рюкзака для бескрылого дракона.
– Принеси ее во рту.
– И при этом насквозь промочить ее слюной? Если хочешь прочесть эту книгу, тебе нужно вернуться в замок.
Я раздраженно фыркнула и уперлась рукой в бедро. Вместо того чтобы силой заставить меня вернуться, Найфейн теперь пытался заманить меня. А потом, как только я окажусь там, он снова без зазрения совести начнет твердить мне о том, как хочет полизать мою киску, а в следующую секунду запрет меня в комнате.
Я закатила глаза и направилась к двери.
– Иди в дом. А еще лучше, ползи обратно в замок, как ты планировал сделать раньше. Возможно, урок скромности пойдет тебе на пользу.
– У меня было много таких уроков. И совершенно точно я не нуждаюсь в таком уроке от тебя, принцесса. И если ты не поможешь мне вернуться…
Я захлопнула за собой дверь прежде, чем Найфейн успел произнести угрозу. Он был невыносим. Невыносим! В его теле словно существовали две противоположности: иди сюда, пошла вон. Хотя, возможно, это было естественным результатом того, что он делил свое тело с драконом.
Впрочем, мне хотелось, чтобы Найфейн просто мне все рассказал. Или чтобы попытался объясниться. Не могли же все оборотни так себя вести! Это просто невозможно. Если бы это было так, оргии были бы хуже, чем те, которые устраивали демоны, а я была совершенно уверена, что в те времена такого не было. Я определенно что-то здесь упустила.
Мне стало интересно, рассказал бы мне об этом Адриэль. Или действительно ли существует такая книга.
Конечно, мне пришлось бы вернуться в замок, чтобы получить хоть какое-то подтверждение своим догадкам, но стоит мне вернуться, и это, вероятно, будет конец. Мне не удастся сбежать снова.
Глава 18
На следующее утро я проснулась лицом к окну и с удивлением ощутила странный прилив меланхолии. Для этого не было никаких причин. На самом деле мы провели отличный вечер после того, как Хэннон спас Найфейна из купальни.
Найфейн наблюдал за мной, пока я делала эликсир для отца, а затем другой целебный эликсир для нас, так как мои руки и ноги все еще нуждались в исцелении. Потом Хэннон приготовил тушеное мясо на ужин, и мы собрались вокруг маленького столика, чтобы поесть всей семьей, Найфейн совсем не казался встревоженным или расстроенным. На самом деле было чувство, что ему вполне комфортно. После ужина Найфейн и Сейбл выбрали знакомую им обоим песню и гармонично исполнили ее для нас, как два виртуоза.
А когда наступила пора ложиться спать…
Я на мгновение прикрыла глаза и улыбнулась.
Когда наступила пора ложиться спать, мы вели себя совершенно обыденно, и мне это понравилось. Честно говоря, я нуждалась в этом. Никакого сексуального напряжения или нарушения личных границ. Никакой борьбы с внутренним зверем или удержания обороны. Мы вели себя просто… естественно. Обычно.
Мы все посидели перед сном в гостиной, потягивая чай, который Найфейн любезно для нас приготовил в качестве компенсации за то, что не помогал с ужином или уборкой. Я хотела его остановить, но Хэннон сказал, что Найфейну следует немного подвигаться, чтобы сохранить гибкость тела. Приготовление чая не отняло бы у него много сил. Вкус чая получился немного странным, но чего можно ожидать от парня, у которого всю жизнь были слуги?
Чувствуя себя в высшей степени расслабленными, мы все отправились спать. Сейбл легла на кушетке, а я помогла Найфейну устроиться в моей кровати на спине, все еще покрытой повязками. Покончив с этим, я пересекла комнату, чтобы переодеться в свою пижаму.
– Мне закрыть глаза? – спросил он низким и мягким голосом.
Свет свечи мерцал на его острых скулах, отбрасывая тень на его глаза. Я пожала плечами, потому что, честно говоря, меня не беспокоила мысль о том, что Найфейн увидит меня голой, и начала переодеваться так же, как если бы делала это при Сейбл. Хотя я не могла видеть его глаз, я чувствовала, как Найфейн отслеживает каждое движение, наблюдая, как я убираю вещи и направляюсь к кровати Сейбл.
Когда я села на постель, он повернул лицо ко мне.
– Тебе больно? – спросила я в наступившей тишине.
– Вовсе нет, – пробормотал он. – Твои лекарства посрамили мои. Я почти на сто процентов в этом уверен.
– Вряд ли. Ты все еще едва ходишь. Яд сильно подействовал на твой организм. Но, по крайней мере, твоя жизнь вне опасности. Ты вылечишься. Тебе просто нужен отдых.
– Знаю. – Найфейн умолк, пока я забиралась в постель, взбивала подушку и укрывалась одеялом. Я легла на бок, лицом к нему.
– Ты можешь пообещать, что не разозлишься, если я тебе кое-что скажу? – спросил он.
– Скорее всего, нет, – честно ответила я, посмеиваясь.
Найфейн кивнул, но все равно сказал то, что было у него на уме.
– Ты невероятно красива для меня, и я имею в виду не только твое лицо или тело. Ты прекрасна душой. Ты так честна в том, кто ты есть. Так свободна в своих мыслях и чувствах. Когда я рос, все вокруг меня держались настороженно. Все были очень замкнутыми. Но ты… от тебя исходит некий божественный свет. Некая искренняя честность и доброта. Это видно, когда ты ухаживаешь за эверлассом, и это проявляется в твоем даре исцеления. Когда твое лицо приобретает задумчивое выражение, это так прекрасно, потому что я практически вижу, как вращаются колесики в твоей умной голове. Ты такая сообразительная и способная, Финли. Такая жесткая и непреклонная в своей способности выжить. Я в восторге от тебя. Но больше всего я люблю твой огонь и твою страсть. Мне нравится, что ты не позволяешь никому указывать тебе, кто ты есть. Мне нравится, что ты упираешься и отталкиваешь меня, когда я пытаюсь доминировать над тобой, побуждая меня быть лучше, сильнее. Это возбуждает, но также… Это просто… Ты совершенна. Хотел бы я быть поэтом, чтобы подобрать правильные слова. Возможно, другие и видят в тебе лишь внешнюю красоту. Я хотел, чтобы ты знала, что, когда я смотрю на тебя, я вижу красоту твоей души, и я в восторге. Я вижу тебя, Финли. Вот, что я хотел сказать. Я вижу всю тебя, и ты прекрасна.