— Аренда, коммуналка, еда… У нас же нет сбережений.
У меня в голове пронеслись все наши недавние разговоры о том, как мы экономим, как откладываем на новую мебель, как планируем поездку на море в следующем году. Все эти планы рушились в одночасье.
— Ничего, — я обняла его за плечи, стараясь говорить как можно увереннее, хотя сама была в панике.
— Ничего. Мы справимся. Мы найдем тебе новую работу. Быстро найдем.
— А если не найдем? — он поднял на меня глаза, и в них был настоящий страх.
— Поиски могут занять недели. А деньги за аренду нужно вносить уже через две недели.
— У меня есть работа, — напомнила я.
— В книжном. Это не много, но на еду и на какие-то мелкие расходы хватит. А на аренду… — я закусила губу.
— Мы можем попросить отсрочку у хозяйки. Или… или я попрошу денег у родителей.
— Нет! — он резко встал и отошел к окну.
— Я не позволю тебе просить деньги у твоих родителей из-за моей неудачи. Я не маленький мальчик. Я должен сам решать свои проблемы.
— Это наши общие проблемы! — я встала и подошла к нему.
— Кирилл, мы же партнеры! Мы вместе во всем! И в радости, и в горе. Сейчас трудное время, и мы должны держаться вместе, а не делить все на «твое» и «мое».
— Но это я потерял работу! — он повернулся ко мне, и его лицо исказилось от отчаяния.
— Это моя ответственность! Я должен обеспечивать нас! Я обещал себе, что никогда не подведу тебя!
— Ты меня не подвел! — я взяла его за руки.
— Ты попал в ситуацию, которую не мог контролировать. Так бывает. Случается с каждым. Это не твоя вина.
— Но что теперь делать? — его голос снова дрогнул.
— С чего начать?
— Начнем с ужина, — сказала я твердо.
— А завтра утром сядем вместе и будем искать варианты. Составим резюме. Разошлем его везде, где только можно. В кафе, в бары, в магазины… Куда угодно. Ты умный, ты трудолюбивый. Ты найдешь работу. Я в этом уверена.
Он смотрел на меня, и постепенно паника в его глазах начала отступать, сменяясь усталой решимостью.
— Хорошо, — он кивнул.
— Хорошо. Сначала ужин.
Я пошла на кухню и начала готовить макароны с сыром — нашу простую, но утешительную еду. Кирилл сидел за столом и молча смотрел в окно. Было тяжело видеть его таким разбитым.
За ужином мы почти не разговаривали. Потом мы помыли посуду вместе, как всегда, и сели на диван.
— Знаешь, — сказал Кирилл, глядя на свои руки.
— Сегодня, когда я шел домой, мне в голову лезли самые дурацкие мысли. Что я тебе не пара. Что ты заслуживаешь кого-то… ну, более успешного. Кто может обеспечить.
— Опять начинаешь? — я строго посмотрела на него.
— Мы уже проходили это. Мне не нужен «успешный». Мне нужен ты. Тот, кто не сбежал, когда стало трудно. Кто не спрятался за папины деньги. Кто честно работает и старается. Это гораздо больше, чем любые деньги.
— Просто… страшно, — признался он.
— Очень страшно.
— Я знаю, — я прижалась к нему.
— Мне тоже страшно. Но мы будем бояться вместе. Так легче.
На следующее утро мы, как и договорились, сели за ноутбук. Составили резюме Кирилла, распечатали его в соседнем копицентре и пошли по всем ближайшим кафе и магазинам.
Везде был один и тот же ответ: «Ваше резюме мы рассмотрим», «Свободных вакансий пока нет», «Перезвоним».
К вечеру мы вернулись домой уставшие и подавленные.
— Ничего, — сказала я, хотя сама была на грани отчаяния.
— Это только первый день. Завтра пошлем резюме в другие районы. Может, там повезет.
— А если нет? — устало спросил Кирилл.
— Тогда будем искать еще, — я не сдавалась.
— Ты же не сдался, когда у тебя не было ничего, кроме общаги и учебы. А сейчас у тебя есть я. Мы вдвоем. Мы сильнее.
Он посмотрел на меня, и в его глазах появилась искорка надежды.
— Да. Ты права. Мы сильнее.
Прошла неделя. Работы все не было. Деньги таяли на глазах. Мы перешли на самую простую еду — каши, макароны, супы. Перестали даже думать о каких-то развлечениях.
Как-то раз я принесла из книжного немного подпорченных фруктов, которые должны были выбросить. Мы ели их, сидя на полу, и это казалось нам самым большим деликатесом.
— Знаешь, что я думаю? — сказал Кирилл, откусывая мягкое яблоко.
— Раньше я думал, что счастье — это когда у тебя есть деньги. Когда ты можешь купить все, что захочешь. А сейчас… сейчас я понимаю, что счастье — это когда тебе есть, с кем делить последнее яблоко.
Я улыбнулась, и у меня навернулись слезы.
— Глупый, — прошептала я.
— Зато твой, — он улыбнулся в ответ.
На десятый день поисков Кириллу позвонили из небольшого кофе-шопа в центре города. Пригласили на собеседование.
Он ушел утром, бледный и напряженный. Я осталась ждать, не в силах ни о чем думать.
Он вернулся через три часа. Я открыла дверь и сразу поняла по его лицу — все хорошо.
— Берут? — прошептала я.
— Берут, — он кивнул, и его лицо расплылось в широкой, счастливой улыбке.
— С понедельника. Зарплата даже немного выше, чем на предыдущем месте. И график удобный.
Мы бросились друг к другу в объятия, смеясь и плача одновременно. Это было чувство огромного облегчения, как будто тяжелый камень свалился с плеч.
Вечером мы купили немного хорошего сыра и колбасы, чтобы отпраздновать. Сидели на нашем диване и строили планы.
— Первым делом — оплачиваем аренду, — сказал Кирилл.
— Потом немного откладываем. А потом… потом, может, купим тебе ту самую книжную полку, на которую ты смотришь в магазине.
— Не торопись, — я взяла его руку.
— Главное, что мы справились. Мы пережили это. Вместе.
— Да, — он обнял меня.
— Вместе мы можем все. Даже самое страшное не так страшно, когда мы вдвоем.
Я смотрела на него и думала, что, возможно, этот тяжелый период был нам нужен. Чтобы понять, что наша любовь — не просто красивые слова и прогулки под луной. Она прошла проверку на прочность. И выдержала ее.
У нас не было денег, не было уверенности в завтрашнем дне. Но у нас было друг друга. И это было сильнее любой бедности. Сильнее любых страхов. Потому что вместе мы были командой. И ничто не могло нас сломить.
Глава 27
Начало осени принесло с собой прохладу, золотые листья и новый ритм жизни. Кирилл устроился в кофе-шоп и втянулся в работу.