Обычное дело, так-то, но я все же поручил Толику проверить обоих пацанов. Просто на всякий случай. По опыту прошлой жизни я знал, что детей могут использовать преступники — как наблюдателей или посыльных. Или даже подельников — ребенок ведь может пролезть туда, куда взрослым не пробраться, а потом открыть помещение изнутри.
Не то чтобы я в это верил, тут скорее совпадение было, но не проверить тоже было нельзя.
— И что с ними?
— На первый взгляд, обы чистые, — ответил детектив. — Полные семьи, приводов в полицию нет, в бандах не состоят.
— Но? — это слово в конце фразы Анатолия буквально горело красным.
— Но у Алексея, который второй, очень странный круг знакомств, — пояснил собеседник. Я за ним сегодня полдня ходил, так вот он после школы встречался с несколькими взрослыми мужчинами. Причем, все они находились в разных концах города, то есть ему еще помотаться пришлось. Сами встречи длились недолго, от пяти минут до пятнадцати. В основном, просто разговаривали. Но в одном эпизоде, мужчина передал пацану конверт.
— Интересно!
То есть, все-таки наблюдатель? Пожалуйста, боже, пусть он будет наблюдателем. А не просто мальчишкой, который шарахается по городу и проводит встречи, скажем, со своими родственниками — последнее тоже нельзя исключать.
— Все контакты его здесь, — вслед за листом, Толя двинул по столу пластиковый прямоугольник карты памяти. — Может у Александра получится найти их по базам и установить личности?
— Саша! — уже не скрывая радости прокричал я на весь офис. — Есть работа!
Через десять минут Туров вывел на экран данные о всех мужчинах, с которыми встречался мальчишка Смирнов. И мы всем составом столпились у него за спиной, отчего ломщик страшно бесился.
Он вообще не хотел работать в общем офисе. Буквально, умолял оставить меня остаться дома, мол, на удаленке он даже эффективнее будет. Только вот я настоял на живом присутствии. Хотя бы потому, что разделять силы считал неразумным, иначе пришлось бы с ним оставлять кого-то из охранников, Влада или Игоря. А здесь — хорошо защищенное и полное людей офисное здание. В котором кроме наших бойцов есть еще служба безопасности самого офисного здания.
И потом… Ну не верил я во всю эту удаленку при совместной работе над общим делом. Обязательно кто-то кому-то чего-то не скажет, и от этой малости мы получим не только информационные дыры, но и неверные решения, принимаемые в спешке или на основе неполных данных. Плюс, по офису не расхаживает голограмма Касуми — японской девушки с с неприличным размером груди, наряжающаяся то в крохотную маечку с ультрокороткими шортиками, то в деловой костюм секси секретарши.
А то Саша, как на мою квартиру заехал, так сразу ее начал ее превращать в логово хакера. Развесил по всему дому проекторы для своей бесценной нейросетки, опутал коридоры кабелями и проводами, понаставил датчиков, в результате чего у меня начало появляться ощущение, что я не в мир магии попал, а в мир победившего киберпанка.
А тут — нормально. Компьютер с несколькими мониторами. И очки для визуализации Касуми. Просто, функционально. Рабочая обстановка, а не высокотехнологичный вертеп!
— Не наваливайся на стул! — рявкнул Туров на Орбелиани, и тот, удивительное дело, тут же отступил на полшага. Ломщик успел зашугать даже огненного мага?
— Так, ну что тут у нас, — начал я читать данные по мужчинам. Всего их было четверо, и пока на представителей преступного мира они не тянули. — Игорь Павлов, 27 лет, продавец в магазине бытовой техники. Сергей Налимов, 24 года, торговый представитель. Али Мирджафар-оглы… твою мать, вот же имечко! Алиев, 25 лет, охранник в ночном клубе. Максимилиан Емельянов, 22 года, журналист-стажер в новостной ленте. Саш, а как они связаны с этим пацаном?
— А никак! — почему-то с торжествующим лицом заявил Туров. — Вообще, никаких точек пересечения. Не родня, ни знакомые, ни коллеги родителей. Они даже между собой не знакомы. Но есть кое-что, что объединяет эту четверку между собой.
— Не томи, умник! — чуть подпустил я в голос угрозу.
— Смотри! — несколько нажатых клавиш, и поверх личных дел молодых мужчин выползают хорошо знакомые мне полицейские бланки.
— Драка? Сопротивление сотруднику полиции при задержании? Приставание к девушкам в общественном месте? Неприличное поведение? — я бежал глазами по документам и никак не мог понять, почему наш ломщик так радуется. — Они молодые дебилы, это их объединяет, что ли?
— Наркотическая зависимость, — негромко произнес детектив Гриша за плечом.
— Точно! — хлопнул в ладоши Саша. — Именно так! Честно говоря, Миша, я разочарован! С твоим-то опытом разгульной жизни пропустить подобное стыдно!
Я сморщился, но говорить ничего не стал. Что было, то было. Прошлое Михаила Шувалова до моего попадания в его тело в момент клинической смерти от передоза, действительно было расцвечено яркими и зачастую идиотскими событиями. Но это же не значит, что я теперь бывших нарков, как собачка чуять должен!
— Смотри внимательно сыщик! — продолжал ликовать Туров, одновременно выстраивая на экранах документы в другом порядке. — Во всех этих эпизодах наши мальчики засветились, когда сидели на препаратах. Все на разных, но это детали. Главное, что они закидывались, а потом вдруг взяли и остепенились. Обрати внимание, у всех теперь есть работа, а вот контактов с правоохранительными органами, наоборот, нет.
В самом деле. Пару лет назад все эти люди вели далекий от правильного образ жизни, а затем вдруг внезапно взялись за ум и превратились в достойных членов общества. Такое, конечно, возможно… Если не брать во внимание тот факт, что все они друг с другом не контачат, а связаны только через случайного, если уж совсем честным быть, совершенно левого пацана. Такое может быть только в одном случае…
— Может они из какой-то организации? Что-то вроде «жизнь без наркотиков» или типа того? — предположил Гия Орбелиани.
Для него, к слову, это немного больная тема, из-за его сестры. Там странная история, он мне ее описал и я, по правде сказать, не знал даже, что и думать. Но не об этом сейчас.
— Тогда бы они были знакомы, — возразил Толя.
— Не обязательно, — поправил коллегу Гриша. — Они