— То, что должно произойти, произойдет. Вернись назад, в свой мир, и пройди все этапы по правилам. Тебе ведь, если честно, не так много осталось? Всего-то один жалкий осколок огня, и ты соберешь в себе то, что когда-то собрал Хаулл, скитаясь по мирам.
— Так это что, первый Абсолют — это он?
— Второй. Перед ним был его отец.
— А ты?
— Я никогда не была, у меня другая роль.
— Я все равно не понимаю, почему ты мне все это объясняешь.
— Потому что ты должен был это узнать, таковы пути судьбы.
Я поднялся, размялся, но скорее по привычке. Вопреки тому, что твердила мне сестра бога, я не чувствовал никакого прилива знаний, или трепета перед открывшейся мне истиной. Никакого опыта итераций, ничего. Просто. устал, хочу домой и поспать.
— Значит, вернуться, добыть осколок, а дальше? Хаулл твердит о втором и третьем этапе. И что с остальными претендентами? Зачем все это, зачем возня, если все предопределено?
— Знаешь, что такое парадокс всемогущего бога? — Проигнорировала Ария все мои вопросы.
— Нет. — С сожалением ответил я.
— Бог всемогущ. Может ли он создать камень, который никто не в силах будет поднять, даже он? — Задала она вопрос, расставляя интонации в местах, по ее мнению, важных.
— Думаю, нет, ведь какой он тогда всемогущий? Либо он поднимет камень, и тезис о неподнимаемом камне будет лживым, либо он не сможет его поднять, и снова его всемогущество разбивается в пыль.
— Ты прав! Так вот и у Хаулла также. Он не может создать претендента, тот должен стать самим собой, пройдя свой путь.
— Я не вижу смысла продолжать свой путь. — Честно ответил я. — Если все предопределено, то к чему я вообще существовал?
— Глупенький… — Успокаивающе сказала Она. — Ты запутался, я понимаю. Но ты поймешь. И в миг, когда ты станешь тем, кем должен, старый виток закончится, и начнется новый. Там ты и встретишь то, что зовется судьбой, но то, что еще не соткано в ткани мироздания, как твоя история.
— Выходит, никто не знает, как я закончу? — С надеждой спросил я.
— Никто. И даже Хаулл.
— А ты… ты тоже хочешь его смерти?
— Да. Но в большей степени я жажду смерти для себя. Я устала существовать. — Призналась она, и мне стало невыносимо тоскливо от этой мысли.
— Но с той стороны меня ждет контроль. Мои мысли мне больше не принадлежат, и я могу перестать осознавать все то, что ты мне рассказала. Ведь, как я понял, тут я оказался именно из-за него?
— Верно. Но вернешься ты с чистым разумом, свободным от его влияния. Разве ты не заметил, как вы сливаетесь воедино?
— Было что-то такое… мне показалось, что он меня копирует.
— Он уже готовится стать тобой, чтобы продолжить свою вечную жизнь. Никчемная жизнь старика. Паразит.
— Значит, я главный герой своей истории поневоле? И все, что мне уготовано, это противостоять вселенскому злу в его лице? Лечь костьми за желания горстки небожителей, которые настолько устали от самих себя, но все еще горделиво вертят судьбами целых поколений? Хер вам! — Подошел я к железной деве, и с силой захлопнул крышку.
Не верю я ни единому ее слову. В конце-концов, все это может быть лишь моим глюком. Очередной попыткой на меня повлиять. Надо топать ко дну и выбираться отсюда. Меня, наверняка, заждались друзья.
Без тени сомнения я бросил Арию позади. Пусть тут и остается. Не для меня это все, весь этот космос, боги, придумали же, черт побери.
Больше голоса меня не тревожили, впрочем, как и мое собственное тело. Я просто шел вниз, не задумываясь ни о чем. Ни об опасностях, ни о естественных потребностях. Все это вмиг стало неважным и несущественным. Коль мне предстоит сгинуть, я хочу как можно больше времени провести с друзьями.
Извиниться, найти силы помочь каждому, кто меня окружает. Для Ильи оставить наследство, чтобы ему хватило сил и средств помочь маме. Юле передать как можно больше сил, чтобы она непременно выжила и стала врачом, как о том мечтала. Как парня того звали, Кирилл, вроде бы? Вот он пускай и грызет локти теперь. Уже и не вспомню, так давно это было. Из меня-то надежного мужика не выйдет теперь.
Сделать так, чтобы Мэй была в безопасности. Избавить ее от снедающих кошмаров, вычистить всю триаду и выпотрошить. Очистить этот мир, вылечить его раны. Помочь Кире примириться с тем, кто она такая, дать ей шанс на спасение сестры, вытащить ее с того света. И не позволить повториться кошмару, который устроил Саин с братом Леона.
Хм… а я ведь этого не знал. Вот, как оно, оказывается. Именно он прервал жизнь Ника. Значит, собрать все силы, что мне доступны, и вернуть брата Леону. Я же дал обещание, что постараюсь сделать все возможное. Все, что в моих силах. А Фесу помочь обрести себя, полюбить и быть любимым, и не оглядываться в прошлое. И главное — не знать.
Сутки спустя я оказался в той же скальной местности, из которой с такой уверенностью совершить задуманное выдвинулся. И что же я вижу? Десятки, сотни, нет, тысячи этих железных гробов. Некоторые были абсолютно новыми, даже пылинки сесть не успели. А некоторые полностью истлели, оставаясь на скалах темным пятном, но узнаваемые.
— Что, никак ты меня не отпустишь теперь, да? — Ответил я скучающе, разглядывая мириады металлических гробов.
— Никак, Майкл. Или называть тебя Аластер?
— Не. Просто Майк. Я же не здесь отрекся от своего имени?
— Верно. Не здесь. Ты вспомнил? — Спрашивала меня Ария так, словно уже знала ответ.
— Да.
— Это же замечательно! Я рада, что в этой итерации мы договорились.
— А были и иные? — Я улыбнулся.
— Конечно, во многих ты был гораздо менее сговорчив. Но всегда все случалось. И случится теперь.
— Да, пожалуй. Ладно, я жду то, что мне полагается, и пора бы выбираться наружу.
— Как пожелаешь! — Ангельски нежно шепчет она, а голос ее отражается в моей черепной коробке миллионы раз, отдаваясь эхом. Приятным, но чрезмерным, словно ее слишком много. Так ко мне и пришла она. Сила.
— Просто подожди теперь, и я убью тебя. — Сказал я это так обыденно, что сам себе удивился.
— Я буду ждать, Майк! — Благодарно отозвалась она.
Глава 11
Мой интерфейс ко мне вернулся, стоило мне принять это соглашение. Договоренность с дьяволом, или богом, или хрен знает кем еще. Сейчас, если к автору