А потом решился и поддав немного энергии в фонарик, чтобы осветить больше пространства, рванул вперед. До яйца было шесть шагов, которые я считал про себя. Подбежать, взять…
Получен ингредиент: Яйцо.
… и валить отсюда!
Но как только ингредиент оказался у меня, все изменилось — тьма навалилась с такой силой, что огненный шар начал мерцать, будто бы поглощаемый ей. Я начал вливать в него все больше и больше энергии и было ощущение, что это помогает.
Пока огонек не моргнул пару раз и резко не потух, и энергия Нексуса начала просто уходить впустую, словно в моей руке не было никаких рун.
И я оказался в полной темноте.
Глава 8
Меня спасли только магическое зрение и вовремя активированный амулет скорости. Как только фонарь погас, ко мне метнулись несколько теней — в полной тьме они светились яркими пятнами. Я, не раздумывая начал стрелять, одновременно пытаясь достать новую пластину и зарядить её энергией.
Скорость тварей была огромной: если бы не активация амулета, они бы меня настигли.
Выстрелы звучали глухо, словно я стрелял через перьевую подушку — звук вязкий, приглушённый. Противников оказалось слишком мало, поэтому барабана хватило, чтобы остановить натиск и даже успеть проанализировать происходящее, пока я перезаряжал револьвер.
Эффект патронов оказался интересным: пятна застывали на месте, не в силах сдвинуться. Повторное попадание результата не давало — видимо, «выпаривать» в этих организмах было нечего, жидкостей в них не было вовсе. А вот то, что парализация сработала, говорило об одном — это вполне живые существа, просто выглядят как тени.
Сейчас их было трое, и все они застыло в паре шагов от меня. Но я не рассчитывал, что на этом всё закончится — из щелей могли вывалиться их подружки, поэтому я торопился решить вопрос с освещением. В полной темноте я отсюда не выберусь, а на улице тварей наверняка больше.
А у меня всего двенадцать выстрелов на два револьвера. Сюда бы пулемёт… но мечтать не вредно.
Фонарик не загорался, как я ни пытался влить в руны энергию. Она не рассеивалась — её будто кто-то впитывал. И я понял, кто: окружающая тьма. Она словно губка медленно втягивала любой энергетический всплеск.
Поглощала она, впрочем, достаточно медленно, чтобы я успевал наблюдать сам процесс — видел, как энергия буквально не доходит до рун, растворяясь в чёрном воздухе.
Напряжение росло. Сколько ещё эти твари будут парализованы, я не знал. И так же не знал, как решить вопрос со светом. Оставался единственный вариант — сделать выброс Нексуса, перегрузив тьму количеством энергии, и в этот момент залить максимум силы в фонарик.
Но и тут требовалась осторожность. Переборщишь — и можно выжечь себе интерфейс к чёртовой матери.
— Итак, погнали, — нервно пробормотал я, и собственный голос прозвучал глухо, будто издалека.
Тратить энергию было жалко, но ещё сильнее — умирать. Я закинул раз в десять меньше осколков, чем в прошлый раз, и замер, наблюдая, как волна силы уходит наружу, выжигая черноту. Сначала тьма жадно пыталась проглотить выброс, но энергии было слишком много, и она захлебнулась.
Решение оказалось верным.
Я вогнал в фонарь максимум, и тот вспыхнул — маленькое солнце, вспарывающее мрак. Лучи выжгли остатки тьмы в углах, каждая трещина и щель вспыхнула белым светом.
Твари исчезли мгновенно. Я даже не успел разглядеть их при ярком свете — лишь лёгкий пепел осыпался на кафельный пол.
Вы убили Тень (3)
Получено в награду:
Пять (15) осколков душ.
Пять (15) боливаров.
Я облегчённо выдохнул, вытирая слёзы, хлынувшие из глаз после резкого перехода от полной тьмы к ослепительному свету. Пронесло. Теперь у меня снова был свет — хрупкая защита, за которой нужно следить, поддерживать ровное горение, чтобы тьма не сомкнулась со всех сторон.
Вряд ли она набросилась из-за того, что я забрал яйцо. Скорее всего это было простое совпадение: энергия в фонарике постепенно иссякала, свет становился не таким губительным для мрака, и тот просто дождался момента, чтобы накинуться и погасить его.
Теперь вопрос только в том, куда пристроить фонарик, если придётся работать обеими руками — на всякий случай я решил, что буду в полной боевой готовности и возьму сразу оба револьвера.
Решил я этот вопрос просто — быстро достал из рюкзака бинт, и в несколько слоёв перевязал на голове, словно лампочку. Был бы кто со мной рядом, умер бы от смеха, мне же на тот момент это показалось единственный правильным решением. Свободные руки сейчас важнее.
На скорости, всё время потраченное на эти дополнительные движения заняло буквально несколько секунд, и я практически сразу как закончил, развернулся и вывалился из здания больницы, оказываясь на пустынной улице. Твари метнулись в тени с такой скоростью, что даже на остатках действия амулета я не успел их уловить.
И бегом!
Пока шли последние цифры отчета амулета, пока твари еще не поняли, что произошло, я несся в сторону выхода из города прекрасно отдавая себе отчёт, что не успею.
Область освещения фонариком резко начала сокращаться, и я почувствовал нарастающее давление — тьма снаружи была более плотной, чем в здании. И более сильной — она давила со всех сторон и кажется ей было плевать на максимально яркий свет.
Пластинка раскалилась и обжигала мне лоб, но я терпел и мчал на всех порах вперед.
И конечно же не успел.
Закончившееся действие скорости, и резкий оглушительный вой со всех сторон ничего хорошего для меня не предвещал. А еще свет снова начал мерцать, и следующая попытка сжечь тьму перегрузкой ничего не дала — всю энергию слизало одним махом, лишь крохи добрались до фонарика, который моргнул пару раз и снова погас, оставляя меня во тьме и наедине с тварями.
Поэтому я переключился на магическое зрение и действовал, ориентируясь только на него и на память. Вокруг не было видно абсолютно ничего, но я хорошо запомнил направление и окружение.
Несколько тварей метнулись ко мне, но я встретил их спокойно, всадил по пуле в каждую и тут же дозарядил барабан.
Прямо по аллее пробиться было невозможно — там светящихся в магическом зрении тварей оказалось больше всего. Они будто перекрывали дорогу, стоя стеной. Пришлось сворачивать в ближайшее здание, благо у него были достаточно широкие ворота, чтобы я проскочил даже в полной темноте.
Пару раз споткнулся,