— То есть, вы утверждаете, что нас используют для того, чтобы поднять в Аталане кровавый бунт? — хрипло спросил Ирвин, когда Путник умолк.
— Именно так, и вы, аристократы, доведшие простонародье до взрыва, послужите всего лишь растопкой в огне этого костра, — подтвердил тот. — Именно ради этого вам внушили идеи превосходства и многое другое. Не буду утверждать, что старые семьи мало знают, но ваши знания не особо интересуют кукловодов, их задача в другом — низвести магию в ничтожество. И уничтожение ваших семей вместе с вашими знаниями прекрасно в эту концепцию укладывается. Вами просто воспользовались, как пользуются, простите уж, половой тряпкой. А затем поступят так же, как поступают с пришедшей в негодность грязной тряпкой. Выбросят.
— А с какой целью вы мне все это говорите? — хмуро спросил граф.
— Чтобы вы понимали, в каком положении оказались, — цинично усмехнулся Вирт. — Вас обложили со всех сторон. Терпение ректората лопнуло, и вскоре за вас возьмутся вплотную. Точнее, если я правильно понял характер господина Тимхока Варгаха, уже взялись. С другой стороны в вас запустили когти радетели «всеобщего блага», а эти свою добычу никогда не упускают. Единственный ваш шанс на выживание — сдать радетелей.
— Да какое до них дело Путнику Перекрестка⁈ — выплюнул Ирвин, у него от гнева темнело в глазах, но аристократ держал себя в руках, умом понимая правоту собеседника. Но чувства бунтовали.
— Вы знаете, кто я, — наклонил голову Путник. — Очень хорошо, я могу говорить более откровенно. Давить радетелей «всеобщего блага» в любой точке мироздания — одна из главных задач таких, как я. Почему? Они погубили, именно погубили бесчисленное множество магических и энергетических цивилизаций, а это недопустимо. Так что я не позволю им уничтожить Аталан, превратив его в недоцивилизацию светлых недоумков. И если ради этого мне потребуется поголовно уничтожить всю местную аристократию вместе с семьями, я это без особых угрызений совести сделаю. Мне нетрудно прямо отсюда открыть под вашими особняками провалы, ведущие в очень неприятные миры. Однако я не хочу лишней крови. И пока только предупреждаю вас. Остановитесь! Освободите закабаленных и выплатите им компенсации! Забудьте о политике закабаления! Даю вам на это месяц. И да, это именно ультиматум. Терпеть не могу тех, кто ради своей мелочной выгоды готов погубить все вокруг!
На графа его монолог подействовал подобно ушату холодной воды. Он и сам был со многим не согласен, но и представить себе не мог, что действия его единомышленников способны привести к гибели Темного Пространства. Они ведь всего лишь хотели перехватить власть у ректората, считая, что тот распоряжается ею нерационально! Информация о том, что представляют собой радетели «всеобщего блага», оказалась очень неожиданной. И правдивой. Это Ирвин понимал сердцем, сущность высшего порядка вряд ли стала бы ему лгать в таком вопросе. А значит их, считавших себя умными интриганами и политиками, обвели вокруг пальца и использовали. Именно как половую тряпку, как ни горько это признавать. Но придется, если хочет выжить.
Первым делом следует передать слова Путника здравомыслящим столичным аристократам, а таковых не слишком много. Слишком убедительным оказался старый, бородатый подонок Халадан. Слишком хорошо его последователи умели капать на мозги. Слишком логичными и близкими казались их аргументы. Вот только все это оказалось ловушкой. Необходимо успеть вытащить из нее хотя бы старых друзей и родственников. Остальные к нему вряд ли прислушаются. Впрочем, их собственный выбор и их собственная ответственность.
Тем временем в кабинет доставили носилки с телом младшего Дельмара. Вирт достал из пространственного кармана медкапсулу и поместил в нее дрожащего, седого парня, не приходящего в себя. Затем активировал ее и запустил стократное ускорение времени внутри. Предварительно, правда, не пожалев один из блоков исцеления душ — таковых у него имелось не слишком много, всего около десяти, но ради того, чтобы вразумить хоть кого-то из аристократов, не жаль. Для их производства требовалась помощь опытного Целителя Душ, а где такового взять? Редкость несусветная!
Не прошло и пяти минут, как здоровый и полностью вменяемый Ремит сел на край капсулы, растерянно оглядываясь вокруг. Куда только подевались его седина и морщины. Неплохо было бы, конечно, показать парня Целителю Душ, но, как уже говорилось, в Аталане их просто не было. Заметив Путника, он дернулся, словно от удара, и съежился, опасливо глядя на разумного, сотворившего с ним такое.
— Здравствуй, сын! — подошел к нему граф. — Ты очень меня разочаровал своим поведением. Но об этом мы поговорим позже, дома. А пока изволь принести свои извинения герцогу Хайратскому за попытку его закабаления. И поблагодари за то, что он, невзирая на вашу дуэль, согласился тебя исцелить. Лучшие целители не справились, а он исцелил за пять минут.
По виду отца Ремит понял, что тот сильно разгневан, но контролирует себя. Это был очень плохой признак, и он нервно сглотнул слюну, пытаясь понять, в чем ошибся. В этот момент до него дошло, что граф назвал наглого выскочку герцогом, и похолодел. Если он пошел против высшего аристократа, то это чревато большими неприятностями для всего рода. Судя по всему, герцог уже устроил что-то нехорошее, иначе отец не был бы настолько зол. Проклятье, почему он не сообщил, кто он такой⁈ Так же не делают! Так не поступают! Это подлость! Ремит никогда бы слова грубого не сказал обладателю герцогского титула, не совсем идиот.
— П-приношу свои извинения, ваша светлость… — с трудом выдавил из себя молодой человек. — И от всей души благодарю за исцеление…
— Надо же, вы способны вести себя нормально, а не как заносчивый наглец, — покачал головой Вирт. — Когда до вас дойдет, что никого нельзя принуждать к вассалитету, станете человеком. Впрочем, это не мое дело, учить вас жизни, оставлю это на вашего уважаемого отца. Только предупреждаю, что пресекать закабаление разумных на нашем факультете буду любыми способами. Вас я пощадил, следующего, попытавшегося сделать что-либо в том же духе, не пощажу и отправлю туда, где вы побывали, навсегда.
— Но почему⁈ — не выдержал Ремит. — Простолюдины должны знать свое место!
— Вам отец объяснит, — криво усмехнулся Путник. — Вам скажу одно — не хочу кровавого бунта, который уничтожит Темное Пространство. На этом считаю наш с вами разговор завершенным.
Он повернулся к Ирвину и добавил:
— Мое предупреждение и информацию вы получили, граф. Надеюсь, это даст хоть какой-то результат. У вас всех есть месяц, прежде чем я начну уничтожать виновных.