Пока я отвлекся на драку и стрельбу, Джо перехватил контроль над баром и включил свет. Он стоял, высунув из-за стойки бара только голову и руку с нацеленным в мою сторону игольником. Лицо его слегка искривилось от боли.
Он бы меня, наверное, пристрелил, если бы я не успел направить свой игольник на него.
Компания настоящих местных сидела за своим столиком, разинув рты. Видимо, они были достаточно пьяны, если не сообразили, что в этой ситуации лучше всего падать на пол и прикидываться ветошью. А может быть, просто не успели.
— Я так понимаю, что это предвариетльное «нет» на все мои предложения, — констатировал Трехглазый Джо. — Но у тебя еще есть шанс передумать.
Я начал смещаться к двери, не сводя с него прицела. Дуло его игольника неотступно следовало за мной, но я знал, что стрелять он не будет.
Как и я.
Мы оба были стрелками и хорошо знали сильные и слабые стороны друг друга. Не было ни единого шанса, что кто-то из нас успеет пристрелить другого до того, как второй потянет за спусковой крючок. На таком расстоянии это была бы верная смерть для нас обоих, а умирать прямо сейчас он не собирался. Да и я тоже подобным желанием не горел.
— Дурак, — сказал он ровным голосом. — Молокосос. В тот момент, когда ты выйдешь за эту дверь, мое предложение перестанет действовать и учти, что повторять его я уже не буду.
— Может быть, вы и сумели преодолеть Распад, но ты стареешь, Джо, — сказал я. — Рефлексы уже не те.
— Я просто не думал, что ты настолько идиот, — сказал он.
Я уже подобрался к двери.
— Ты в курсе, что вокруг нас космическая станция? — спросил он. — Куда ты собрался бежать?
Дверь не открывалась, словно кто-то из нас не заплатил по счету. Джо теперь контролировал бар, но на что он на самом деле рассчитывал?
Кроме аварийных переборок здесь все пластиковое и очень непрочное.
Я надавил на дверь плечом и просто выломал замок.
— Значит, ты выбрал смерть, — сказал Трехглазый Джо.
* * *
Вице-президент корпорации «Кэмпбелл» либо был слишком самоуверен, либо действовал в условиях жесточайшего цейтнота, потому что его группа поддержки ограничивалась теми двумя неудачниками, с которыми я разобрался в баре. Снаружи его людей не было, никто в меня не стрелял, никто на меня не набрасывался, никто даже не смотрел в мою сторону.
Я быстрым шагом пересек коридор, свернул в боковое ответвление и вызвал Генри.
— Я вырвался на оперативный простор, кэп, — сообщил он. — Диспетчерские запросы игнорирую, иду в сторону «кротовой норы». А как твои дела?
— Я тебя догоню, — сказал я.
Я перешел на бег. План станции сохранился в моей памяти, и я уже решил, в какую сторону мне следует двигаться. Я был слишком далеко от места стоянки «Старого Генри», и даже если бы он до сих пор был там, я все равно не сумел бы опередить людей «Кэмпбелла».
По счастью, тут были и другие пирсы, и один из них, где наверняка найдется подходящая для моих целей посудина, располагался совсем недалеко.
— Это хорошо, но они угрожают поднять перехватчики.
И сделают это минуты через две, а это значит, что мне придется прорываться еще и через них.
— Отбивайся, — разрешил я. — Оружие можешь использовать по своему усмотрению, но постарайся не задеть станцию.
Лишние жертвы среди гражданских мне не нужны. Чем больше таких смертей, тем больше шума поднимется и тем дольше они будут меня искать.
А Трехглазый Джо пусть сам объясняет властям Содружества, какого черта он и его люди делали на пересадочной станции с оружием в руках. Если, конечно, он останется на станции до того времени, когда власти начнут проводить расследование.
— Йо-хо-хо, — сказал Генри.
Волшебник вошел в служебную сеть и отыскал подходящий корабль, стоявший у ближайшего пирса. Это был небольшой грузовой корабль для внутрисистемных перевозок. Прыжкового двигателя на нем не было, но для моих целей он вполне подходил. Согласно данным журнала, он был заправлен, загружен, готов к вылету и застрял на станции на три лишних дня из-за согласования декларации на один из грузов.
Кораблем управлял нейромозг, а из человеческого персонала на нем ходил только один экспедитор, и сейчас его на борту не было. Видимо, он сейчас оббивает пороги администрации, пытаясь выбить из нее необходимое согласование.
Иногда бюрократия может послужить и на пользу дела.
Я был еще на подходе, когда Волшебник послал нейропилоту запрос из служебной сети. Тот, разумеется, ответил, чем открыл доступ в свою систему.
Волшебник ворвался туда огненным вихрем, выжигая нейропилота так, что там и материнский камень должен был оплавиться, и перехватывая контроль над кораблем. К тому времени, когда я выбежал на пирс, он уже открыл для меня шлюз.
Глава 8
Оказавшись на корабле, я первым делом бросился к шкафу со скафандрами. Согласно штатному расписанию, в наличии должен был присутствовать хотя бы один скафандр, но их оказалось даже два. Я выбрал тот, что больше подходил мне по росту, и быстро нацепил поверх одежды. Модель оказалась не самой новой, с отдельным шлемом, и я прихватил его с собой.
Волшебник задраил шлюз.
Корабль был приписан к одному из портов Содружества. Большую часть времени им управлял нейромозг, но, по законам Содружества, у него должна быть возможность подключения пилота-человека. Корпоративные малотоннажные грузовики, как правило, таким похвастаться не могли, и если нейромозг отказывал во время полета (вероятность этого небольшая, но все же не равна нулю), корабль просто ложился в дрейф и дожидался ремонтников с запасным материнским камнем. Вариантов довести его вручную хоть куда-нибудь у человеческого персонала, окажись он на борту, попросту не было.
Впрочем, на борту корпоративных грузовиков, как правило, люди отсутствовали.
Люди — это уменьшение полезной площади, необходимость поддержания атмосферы и ограничение по перегрузкам, которое ведет к существенным затратам энергии при маневрировании. Иными словами, люди — это дополнительные расходы, а корпорация — это всегда про деньги.
В ходовой рубке обнаружилась небольшая несовместимость интерфейсов. У обычного пилота разъем для подключения к кораблю находится строго по центру в основании шеи, а у меня он немного смещен вправо и замаскирован имитацией кожи. Обычно это не доставляет проблем, но не