---
Через неделю я объявил отцу свое решение.
— Я выбираю Дагмар, папа. Если она согласна.
Отец удивленно поднял бровь.
— Почему именно она?
— Потому что я знаю ее, — ответил я. — Мы переписывались десять лет. Я читал ее письма, она — мои. Мы не чужие друг другу.
Мать улыбнулась.
— Я так и думала, — сказала она. — Я давно заметила, что ты хранишь ее письма в особом ящике.
— Вы знали?
— Матери все знают, Никса. Все.
Отец крякнул.
— Ну, раз так... Я напишу Кристиану. Пригласим Дагмар в Петербург.
---
Письмо ушло в Копенгаген. И началось томительное ожидание. Я пытался заниматься делами, но мысли все время возвращались к датской принцессе. Какой она стала? Узнаю ли я ее? Почувствует ли она то же, что и я?
В мастерских тем временем кипела работа. Дизельные двигатели пошли в серию — сначала на Путиловском заводе, потом в Москве, потом в Риге. Я подсказал инженерам идею распылителя топлива, и они сделали форсунку, работающую безотказно.
— Ваше высочество, — докладывал Александр Гаврилович. — Мы поставили дизель на небольшой катер. Испытания прошли блестяще! Катер ходит со скоростью восемь узлов, топлива тратит втрое меньше, чем паровая машина.
— На корабли ставьте, — сказал я. — Сначала на малые, потом на большие. Представьте себе броненосец, который может пройти вокруг света без угольных станций.
— Представляю, ваше высочество. Но адмиралы упираются. Говорят, новое — это ненадежное.
— Убедите, — улыбнулся я. — Или я сам поговорю.
---
В мае пришел ответ из Дании. Король Кристиан писал, что принцесса Дагмар согласна приехать в Петербург. Более того — она выразила желание встретиться с наследником, с которым так долго переписывалась.
Я читал письмо и чувствовал, как колотится сердце. Глупо, конечно. Мне двадцать семь, я прошел через покушения, интриги, строительство заводов. А тут — как мальчишка.
— Ваше высочество, — Ольга улыбалась, глядя на меня. — Вы краснеете.
— Не краснею я, — буркнул я. — Просто жарко.
— Май на дворе, какой жар?
— Отстань, Оленька.
Она засмеялась и убежала.
---
Дагмар приехала в середине июня. Я встречал ее на вокзале вместе с отцом и матерью. Поезд подошел ровно в полдень, и я впервые увидел ее вживую.
Она вышла из вагона — невысокая, изящная, с большими серыми глазами и светлыми волосами. Одета просто, но со вкусом. Держалась с достоинством, но без надменности. Я узнал бы ее из тысячи — именно такой я представлял ее по письмам.
— Ваше императорское высочество, — она присела в реверансе передо мной.
— Принцесса, — я поклонился. — Добро пожаловать в Россию.
Она подняла на меня глаза, и я увидел в них что-то странное — смесь любопытства, радости и узнавания.