Кивает. Когда Ильи и Вартана нет, мы с ней можем затрагивать эти темы, не боясь вызрыва ни с одной стороны.
— Я была виновата во многом сама. Ева ни в чем не виновата. Девушку нужно спасать. Ситуацию, в которой она оказалась, я бы врагу не пожелала, а я была в схожей.
Стася подходит ко мне, отнимает ладони с моего лица и заставляет посмотреть на неё.
— Выкуп? Чувак взял ее в оплату долга, давай ее выкупим? Но по-умному. Чтобы он не понял, что ты помешан на ней. Потому что тогда он будет торговаться.
Следующие несколько минут прошли в жестком мозговом штурме. Стася давала дельные советы, и я прислушивался к ней. Во-первых, как женщину, которую саму продали, как корову в свое время. Во-вторых, просто как женщину. Сага напортачил с ней в свое время. Я портачить не хочу.
— Просто помоги ей. Она сейчас совсем не в той плоскости, где секс и желание. Поверь мне. Не жди этого от нее. Не до тех пор, пока она не осознает все, что произошло с ней.
Киваю. У меня нет мыслей о том, как поиметь с неё что-то. У меня лишь одна мысль — как спасти мою девочку.
Отправив Стасю с детьми домой, я позвонил Саге и дал отбой. Дальше это мое дело. С ним потом потоговорим. Выпьем. По морде друг другу ввалим. Он мне за положенный на чужое глаз, я ему за то, что не поверил мне. Я не злюсь на него. Слишком хорошо знаю его демонов, чтоб злиться. Но как показала жизнь, наша с Евой ситуация не такая же, как их со Стасей. Стася ушла от одного любящего мужчины к другому после того, как первый, вроде как, погиб. Ева перешла из рук мудака в руки коллекционера.
— Морозов? — звоню, отзвонившись Саге, приятелю из ментовки. — Я, да, прости за ночной звонок. Мне нужна срочная инфа по человечку. Любые услуги и любые деньги. Вань, не вопрос. Сделаю.
Через еще полчаса мне приходит файл с досье. Я поднял своих парней, читаю и думаю, думаю, думаю. За окнами рассвет, а мне начхать. Мне не до сна.
Утром стою напротив дома любовницы Немцова, опираясь на свой Мерседес. Жду, как палача, но при этом сохраняя какой-то странный оптимизм об успехе дела. Потому что мне начхать на все. Я верну эту женщину. Чего бы мне это не стоило. И только когда смогу убедиться, что она в безопасности, я поеду к Карпову и убью его.
— Меня предупредили, что интересуетесь мной, Гурам Данилович.
— Значит, не у меня у одного связи в определенных кругах.
— Чего вы хотите от меня? Видите ли, я тоже составил досье на вас. И не понимаю, с чего такому интересного человеку, как вы, нужно от меня. Вы строите, я созерцаю, кормлю людей, в принципе не вижу точек соприкосновения.
— Это очень красивая точка. Ева Карпова. Слышали о такой? — испепеляю его взглядом.
Его взгляд забегал немного, потом скользнул по мне, появилась ухмылка, которая мне не понравилась.
— Допустим, слышал.
— Тогда вы должны прекрасно понимать, что такому светскому человеку, как вы, скандал с похищением человека не нужен.
— С чего вы взяли, что я её похищал, Гурам Данилович?
У меня на лице заиграли желваки. Мой запас терпения медленно истощается. Я сейчас на волосок близок к провалу дипломатической миссии и переходу к плану, который требует мое тело, подгоняемое злостью и страхом за девчонку — просто ворваться к этому мужику домой и вывести Еву оттуда.
— Вы деловой человек и цените своё время. Я ценю своё. Назовите свою цену за девушку и закончим.
— Даже так, — его глаза вдруг загорелись странным азартом.
И повисло молчание. Каждая минута, из которого, убивала.
— Мне нужно подумать, Гурам Данилович.
— Думайте быстрее, время деньги. Денег у меня много, а времени мало. Я могу и передумать. Я люблю, когда игра стоит свеч.
Разворачиваюсь и сажусь в свою машину. Сейчас главное дать ему понять, что я заинтересован в сделке меньше, чем он. Или он поймет, что она моя слабость. И начнет крутить мной, как цыган солнцем.
Отъезжаю, визгнув шинами для эффекта. Взял самый дорогой и эффектный Мерс из своей коллекции. Для того же эффекта — произвести впечатление. Закончив там, еду в единственное место, где мне не дадут натворить глупостей. В дом Саги.
Федор проводит меня в гостиную, где находится все семейство. Я рухнул на пол, рядом с малышкой, и дал свой палец в ее ищущие ручки.
— Ну и? — смотрит на меня Стася.
— Ты была права. Твоя тактика сработала.
Молча кивает, смотрит на Илью, потом на пацанов, которые уже тащят к нам с Алевтиной машинки.
— Мальчики, организуем дяде кофе с блинчиками?
Пацаны бросают машинки, берут маму за руки и удаляются на кухню, и мы с Сагой остаемся без любопытных маленьких ушек.
— Козлится? — спрашивает Сага и нежно гладит живот дочери, которая радостно реагирует на нас.
— Подумать ему надо, — цежу сквозь зубы, — сука, — выплюнул, опустил взгляд на Алю и тут же прикусил язык. Я мелкой точно буду должен.
— Что недоносок? Проспался или храпит ещё?
— Надеюсь не сдохнет, пока Еву не откупим, — фыркнул Сага.
— Да хоть бы, руки марать не придётся, а после произошедшего Ева, наверное, будет не против стать вдовой. Только вот такие тараканы так просто не сдыхают.
Мое желание покалечить этого членоносца настолько велико, что страшно. Даже младенец не отвлекает и не расслабляет, хотя обычно дети меня уравновешивают.
— Ладно, ждём решения этого ловеласа. Но, Гур, куда дальше даму? Ты же понимаешь, что домой к себе ты её не заберёшь.
— Это ей решать, — говорю, и сам не верю в то, что говорю.
Каждый инстинкт во мне требует сделать то, что сделал Сага в свое время. Привести к себе и охранять лично. И в то же время в голове звучат ещё два голоса. Мой собственный, яростно рычащий, что если я когда-нибудь превращусь хоть в одного из моих друзей, пусть меня тут же пристрелят. И голос Стаси, которая говорит, что девушку нужно оставить в покое и дать прийти в себя.
— Я не могу насильно заставить её делать то, что я думаю для нее правильно. Она не ребёнок, она взрослая женщина. Я просто хочу ей помочь.
— Ага, помочь.