е близость реально дурманит. Не будь этой дурацкой царапины, я бы уже её зажал прямо здесь и показал, как сильно моя крыша улетает в ее присутствии.
Не боится. Уже этому рад. Маленькими шагами к большой победе.
— Что дальше у нас по плану? — спрашиваю, глядя на ее губы.
— Делаем перевязку, а потом спать богатырским сном.
Запахивает на бедрах полотенце и смеётся, стараясь не смотреть на моего нервно восставшего друга.
Я же не отвожу от неё взгляда. Пока она повязывает полотенце, кладу руки на ее талию и вжимаю в себя, чтобы почувствовала, как напряглась каждая мышца на моём теле от её действий. Приподнимаю ее лицо за подбородок, смотрю на губы горящим взглядом, перевожу взгляд в глаза, наклоняюсь к ее лицу и… касаюсь ее лба легким поцелуем.
— Спасибо.
— Ты всегда такой с женщинами, или только с теми, кто сильно нравится? — старается осторожно вырваться и не задеть мою рану, но не сильно и сопротивляется.
— Это все, что интересует эту хорошенькую головку? — усмехаюсь криво, наклоняюсь и целую не в нос.
То, как мне постоянно хочется ее касаться, сводит с ума уже. И вот апогей, одно неловкое движение в моих попытках прижать ее покрепче, и бок засаднил с новой силой, заставив меня рыкнуть от боли.
— Прости.
Опираюсь рукой об умывальник, чтоб опять не подкосило. Блядь.
— Ну вот, результат. Мужчина, а давай-ка ты эти дни просто побудешь не железным суперменом, а обычным человеком. А я о тебе позабочусь. Согласен на такое?
Ева делает шаг в сторону и хватает антисептик, улыбается и указывает взглядом на мою рану.
— Ох, дорогая, знала бы ты всю мою историю попаданий в больницу, ты бы не придала значения этой царапине. Но ради твоей заботы я готов на все.
Протягиваю ей руку, чтоб вела уже в спальню. Если совсем уж честно, я бы прилег. С ней. Усадил бы ее на свои бедра, и пусть бы заботилась всю ночь напролёт. Но приходится тормозить свои порывы. Потерял чуток крови, боюсь, что голова закружится от счастья, навалюсь и придавлю её своим телом.
Ева больше не комментирует, а упрямо делает новую повязку, кривится, но держится молодцом. Моет руки и только потом поддерживает и ведёт в спальню.
— Тебе может кушать хочется?
Я голоден, но не в плане еды, малыш.
— Спасибо, но я, наверное, лучше прилягу. Аппетита пока нет. Но не откажусь, если ты пощебечешь мне сказочку на ночь.
— В другой раз, мужчина, будут тебе сказки Шахрезады.
Улыбается и помогает лечь в постель.
— Полотенце сними, оно влажное.
— Отвернись, не подглядывай, — хохмлю вновь, когда предстоит очередное обнажение перед женщиной, которую мысленно уже во всех позах трахнул.
Забрался в кровать, укрылся и стало чуть полегче. А то отсавшаяся кровь так и стремится прилить, куда не надо.
— А почему без сказки? Я не заслужил? — хмыкаю, глядя на своего ангела и думая о том, как же блядь сильно хочу её.
— Передоз сладкого может быть тебе вреден.
Дразнит и натягивает одеяло повыше, к подбородку.
— Выздоравливай и отоспись, ты неважно сейчас выглядишь. Утро вечера мудренее.
Ева целует меня в щеку, задорно блестит глазами и убегает, плотно прикрыв за собой дверь.
Я самодовольно лыблюсь, как кусок кретина. Поцеловала. Сама. Я ж не просил. Саладкая моя девочка.
Эмоции, которые она у меня вызывает, и чувства, которые я к ней испытываю, трудно обречь в слова. Но я наконец понимаю Сагу. Это больше похоже на магию, чем на что-то здравое или настоящее. Когда один её взгляд, и ты горы свернешь. Такая связь, что лишних слов не надо. И это мне так башню рвет, хотя я ее еще даже не трахал. Как только это случится я, видимо, окончательно стану рабом в ее руках.
Находиться с ней в одном доме сейчас и мучительно и приятно. Мучительно потому что хочется быть героем-любовником и продемонстрировать ей свои лучшие качества, заставив стонать и часто дышать от накрывшего оргазма. Многочисленных оргазмов. Но эта блядская рана мне этого не даст. Вынужденный стоп бесит, слабость бесит, все бесит. И я был бы нереально зол сейчас, если бы она так не радовала. Потому что находиться с ней здесь сейчас — счастье. Шутить и слышать, как она смеется над моими глупыми шутками — счастье. Я готов выбирать с ней цвет десткой и имя для нашей собаки уже сейчас. Я еще искать садик и думать, куда полетим в медовый месяц. Все это одновременно штурмует грудь, и такого никогда, ни разу, ни с кем не было, и это однозначно что-то особенное. Что-то, что может дарить лишь одна женщина за всю жизнь. Что-то, что нельзя упустить.
В этот момент мне стало немного горько за Вартана. Наш последний разговор до сих пор не выходил из головы, и все то, что сейчас штурмует мою грудь, у него было. А потом не стало. И то, что сейчас происходит с другом, укрепляет лишь одну мысль: мне нельзя ее, Еву, просрать. Я сделаю все, чтобы эта женщина была моей. Всё, что от меня потребуется.
Ева
Я сбежала от него подальше, потому что мне нужна была передышка. Что к черту происходит? Зачем сердце так стучится, когда смотрю на него? Глупости. Зачем мне новые отношения, если старые ещё под вопросом? И хотя я для себя серьезно решила, что Влада больше в моей жизни не будет, но всё же оставался открытым вопрос о разводе. Это будет сложно и довольно напряжно.
Гурам ворвался в мою жизнь как глоток свежего ветра. Весь такой позитивный, со сплошными плюсами. И возможно раньше бы я свой ротик открыла от удивления и вдохновилась его поступками. Да вот сейчас глупо довериться всецело кому-то. Зачем? Захотел помочь...интересно. Но ведь преследовал свою цель. И теперь вовлек меня в эту игру. А тело странно реагирует на его близость. Тянется к близости и не даёт голове мыслить здраво. Неужели взять и позволить себе просто жить дальше и делать то, что хочется? Просто провести время нескучно. И не оглядываться на мораль, не думать о том, что скажут или не скажут люди.
Я приняла душ, привела себя в порядок и легла спать. Не смогла уснуть. Перед глазами он, весь в крови. Не думала, что это так меня затронет. Переживаю. Не сплю. Встаю с кровати и иду к нему в комнату. Вроде бы спит. Присаживаюсь