— Почему?
Алёна отвернулась, разглядывая мечеть, до которой они дошли — величественное здание. От него будто веяло спокойствием и силой. Вот и ей бы так крепко стоять на своих ногах.
— Одно дело находиться в плену, быть привязанной и не иметь возможности сопротивляться насилию. А совсем другое, когда тебя домогаются в собственном доме, ещё и угрожают. А родная мать предпочитает не замечать того, что творится прямо перед носом.
— Но ведь по закону часть квартиры твоя, почему было не бороться?
— Это ты такой умный, мне откуда было знать, что я могу, а что нет. Я даже побоялась хоть кому-то сказать про приставания этого ублюдка. Решила, что никто не поверит. И была права. Даже три года спустя и зная, что я пережила после того, как сбежала, родная мать выбрала его…
— Забей, — улыбнулся Олег и приобнял Алёну за плечи, окутывая её теплом. Ночью сильно похолодало — У меня, кстати, для тебя подарок.
— Ещё один? — она улыбнулась.
— Скетчбук и набор маркеров — это скорее вложение в твоё образование, чем подарок. Держи, — Олег протянул ей телефон. — Документы у адвоката, заберём, когда вернёмся.
— Что это? — Алёна прочла, но ничего не поняла.
— Квартира твоей бабушки теперь твоя.
— Как это? А как же мама?
— Она всё ещё живёт там, но теперь ты имеешь полное право распоряжаться квартирой по собственному желанию.
— И как ты заставил её подписать документы? — хохотнула Алёна, не веря собственным ушам. — Угрожал сдать её хахаля?
— Нет, дал ей то, что она хотела.
— Ты заплатил ей⁈ — возмутилась Алёна.
— Ага. Чуть позже она поняла, чем ей это грозит, если ты надумаешь домой после суда вернуться, но уже поздно, — усмехнулся Олег. — Теперь можешь не бояться, что останешься на улице. У тебя всегда будет дом…
Глава 51
«Можно выдохнуть»
Алёна покраснела и снова спрятала взгляд:
— Это, конечно, здорово, только как я с тобой рассчитаюсь за всё, что ты для меня сделал?
Подул ветер, скидывая с её головы платок.
— Не знаю, — заулыбался Олег, разглядывая растрепавшиеся волосы Алёны. — Я ещё не придумал, как решу, сообщу…
— Ты снова за старое? — скривилась она и поправила головной убор.
— Ага, — он резво направился к какому-то вагончику с едой и поманил Алёну с собой. — Я проголодался. Давай поедим.
— Да как ты всё ещё девяносто, а не сто девяносто весишь, — хмуро буркнула Алёна, осматривая довольного Олега.
— У меня отличная система сброса калорий… — расхохотался он.
Алёна скорчила лицо и сощурилась.
«Система у него отличная… Я с этой системой в кости превращусь. Пожалуй, тоже поем, а то, кто знает, когда ему снова приспичит физическими упражнениями заняться…» — подумала и тоже поспешила к вагончику.
В Стамбуле они пробыли ещё целый месяц, до середины марта. Алёна много гуляла, наслаждаясь прекрасными видами. Узкими улочками, старинными домами и базарами.
Она много рисовала и старалась запомнить эту удивительную архитектуру, цвета и старалась передать в своих зарисовках даже запахи Стамбула.
Оживлённые площади с яркими красками товаров восхищали Алёну. Здесь ей ничто не угрожало. Она старалась запомнить всё великолепие старинного города, чтобы потом возвращаться сюда в мыслях, а не в подвал, что иногда снился ей по ночам.
Напрягала лишь необходимость одеваться в балахоны и даже голову покрывать платком. Олег сказал, что так будет правильно, а может, просто не хотел, чтобы на неё смотрели.
Домой вернулись в марте. И вместе с усиленной учёбой началась подготовка к даче показаний в суде. Алёну стало трясти по-настоящему. Теперь всё было куда реальнее и страшнее. Ведь её все увидят. Заседания, конечно, закрытые, но бояться меньше она от этого не стала.
Олег тоже нервничал, но виду не подавал. Алевтина Вениаминовна устала торчать одна в чужой стране, так что вернулась домой. Алёна была безумно рада этому. Она привязалась к женщине и за целый год плотного с ней общения стала ценить и уважать её куда сильнее.
Алевтина сразу приступила к работе, возмущаясь, что дом запустили. Это точно, они промотались по непонятным квартирам, пока все угрозы не сошли на нет, в особняке никто не появлялся.
Эдуард с Антошенькой, кстати, тоже влипли по самые уши. Олег не шутил, когда говорил, что парни там — частые гости.
Эдик оказался нормальным, он выбирал девушек постарше и тех, кто там добровольно, так что особо и не пострадал. Хотя с работы Олег его всё равно выпер, предлогом был какой-то там проваленный очень важный контракт с зарубежной фирмой. Но Алёну не оставляло ощущение, что это куда более личная вендетта.
А вот Антона увольнять не пришлось. Он отправился в тюрьму. Одна из пленниц опознала в нём того, кто купил её девственность. Удалось доказать, что он был в курсе её возраста — девочке едва четырнадцать исполнилось, да и позже выяснилось — она не единственная. Так что Антону все помахали ручкой.
Почему-то, когда его посадили, Алёна испытала удовлетворение и даже немного испугалась своих чувств. Антон ей казался особенно мерзким, словно таракан, который прячется по углам, а выбегает, только чтобы сделать свои пакостные делишки, и снова в угол.
Даже тогда, на даче. Если Эдуард хотя бы был честен в своих высказываниях и желаниях, то этот мелкий ублюдок предпочёл зажать Алёну, когда она осталась одна, и всеми способами пытался затащить её в постель.
— Ты готова? — Олег вошёл в комнату, где Алёна сидела в строгом брючном костюме и собирала волосы в пучок, предаваясь своим мыслям.
— Почти… — закончила скручивать длинные пряди и заколола их шпильками. — Не хочу ехать.
— Не переживай, я буду рядом, Виктор Александрович и ещё куча адвокатов. Ты под охраной полиции. Ничего не случится.
— Не знаю. Главного так и не поймали, и никто не знает, где он.
— Ты же не в голливудском кино, никто не будет стрелять в тебя перед зданием суда.
— Ну да… наверное, ты прав… хотя напасть на дом им это не сильно помешало…
Алёна взяла свою сумочку, закинула туда телефон и вышла вслед за Олегом.
Они доехали с конвоем, зашли через чёрный ход. И здесь Алёна совсем распереживалась. Теперь, главное, не струсить. Честно ответить. И забыть этот ужас как страшный сон.
Перспектива рассказывать обо всём, что с ней творилось в подвале, толпе в присутствии Олега, её не прельщала, но он и так уже многое знал. Чтобы