Я медленно опустила футболку, села. Комната поплыла перед глазами.
— Но свадьба... через неделю свадьба...
Слова повисли в воздухе, нелепые и страшные.
Я сидела на краю кушетки, комкая в руках одноразовую салфетку, которой вытерла живот от геля. Слова врача доходили до меня словно сквозь вату.
Свадьба через неделю. Я сказала о беременности папе. Назару. Его родителям. Приглашения разосланы. Банкетный зал оплачен, белое платье висит в моем шкафу.
И всё это — из-за несуществующей беременности.
Глава 40
Я шла по улице, не разбирая дороги. Обычный апрельский день для других, а я шла и не понимала, как мне дальше быть.
Не беременна. Никогда не была беременна.
Свадьба через неделю.
Мысли путались, наползали одна на другую, не складывались во что-то цельное. Что я скажу родителям? Папе, который так и не смирился с быстрой свадьбой, но смирился с беременностью? Маме Назара, которая уже купила детские пинетки — желтые и белые, нейтральные, потому что пол мы еще не знали? Вите, который благословил нас со своей суровой братской любовью?
Назару...
Телефон завибрировал в кармане. Я вздрогнула, достала его. На экране высветилось его имя.
Я знала, что если трубку не возьму, он будет волноваться. Позвонит еще раз, потом напишет, потом попросит кого-нибудь проверить, все ли со мной в порядке. Такой он.
Я прочистила горло, провела ладонью по лицу, взяла себя в руки и провела пальцем по экрану, принимая вызов.
— Привет, — выдохнула я, стараясь, чтобы голос звучал нормально.
— Рай! — он был таким радостным, таким живым. — Ну что там? Все хорошо? Что врач сказала?
Я остановилась посреди тротуара. Кто-то недовольно обошел меня стороной.
— Прием отменили, — слова вылетели сами, первое, что пришло в голову. — Какая-то ошибка в системе случилась в клинике, и мою запись не нашли. Я на другой день записалась.
Тишина на том конце провода. Секунда, другая.
— Совсем отменили? — в его голосе прозвучало разочарование.
— Ага. Говорят, у них там сбой какой-то был. — Я шла дальше, говорила, и каждое слово отдавалось ложью где-то в груди. — Ничего, бывает.
— Ну и хорошо, — он вздохнул с облегчением. — В следующий раз как раз я смогу с тобой пойти. А то я тут весь извелся, думал о тебе. Волновался, что в такой момент ты там одна.
Я попыталась сделать голос бодрым, почти беззаботным:
— Конечно. Вместе пойдем.
— Как ты вообще? Не устала?
— Нормально. Все хорошо.
Мы говорили еще минуту, он рассказывал что-то о том, что его родители уже заказали из Италии какую-то навороченную детскую кроватку, о том, как соскучился. А я шла по улице, отвечала на автомате, пыталась не расплакаться.
Когда мы попрощались, я спрятала телефон в кармане и остановилась у светофора.
Первая ложь. Я только что впервые солгала Назару. Не по мелочи, не из-за ерунды, а всерьез, с последствиями.
Потому что я не могла сказать правды. Не могла сказать, что ребенка нет. Что получается, я всех обманула. Не специально, но какая разница? Все равно обманула. Все из-за меня перевернулось вверх дном, все поменяли планы, и все это — из-за несуществующей беременности.
Я не знала, что делать дальше.
Светофор переключился на зеленый, и я пошла, потому что идти было проще, чем стоять и думать.
Телефон снова завибрировал — на этот раз в общем чате с подругами. Сообщения посыпались одно за другим.
Лена: Райка, когда девичник? Уже через неделю свадьба, а мы даже не обсудили ничего!
Катя: Да-да! Надо все организовать! Может, в эту субботу?
Аня: Я свободна. Девочки, давайте что-то придумаем крутое!
Я смотрела на экран, и буквы расплывались.
Пальцы сами набрали ответ:
Я: Девочки, мне немного не до девичника сейчас
Почти сразу пришел ответ от Лены:
Лена: Хорошо, ты же беременна, понимаем. Пить тебе все равно нельзя. Может, просто соберемся сегодня вечером где-нибудь? Посидим, поболтаем, без всей этой клубной суеты
Катя: Поддерживаю!
Аня: +1! Рай, ты же понимаешь, что мы тебя не видели нормально уже сто лет. Приходи, пожалуйста.
Ничего не хотелось. Совсем ничего. Меня все еще трясло от случившегося — внутри был какой-то холодный ком, который не давал нормально дышать. Хотелось забиться куда-нибудь в угол, выключить телефон и не выходить из комнаты до... До чего? До свадьбы? Которая теперь не имеет смысла?
Но мне надо было с кем-то поговорить. Спросить, что делать, как правильно Назару об этом сказать. Мне было безумно страшно, так страшно, что руки дрожали, когда я держала телефон. Все мои проблемы, которые еще полгода назад казались катастрофой ничто в сравнении с этим. Сложно поверить, что полгода назад я убивалась по Жене. Мечтала о нем, плакала от неразделенной любви и злилась из-за ревности. Всего полгода прошло, а моя жизнь изменилась до неузнаваемости...
Я набрала ответ:
Я: Хорошо. Во сколько?
Лена: В семь? Успеешь? Я адрес скину.
Я: Успею
Катя: Ураааа! Соскучились!
Аня: До вечера, солнышко ❤️
Я убрала телефон в карман и пошла дальше. До вечера оставалось несколько часов — надо было как-то дожить до них, сохранив остатки здравомыслия. Не расклееться. Не наделать глупостей. И как можно дольше избегать разговоров с Назаром. Девичник — отличная отговорка, чтобы не созваниваться сегодня вечером.
Глава 41
Я пришла по адресу ровно в семь. Стояла у входа в ресторан, оглядывалась — девочек нигде не было видно. В зале сидели незнакомые люди, официанты сновали между столиками, играла негромкая музыка.
Телефон завибрировал.
Аня: Мы уже здесь! Сейчас выйду и встречу тебя
Через минуту из боковой двери показалась Аня — в ярком платье, с улыбкой до ушей. Она подбежала, обняла меня крепко, пахнуло знакомыми духами.
— Ну наконец-то! — она взяла меня за руку и потянула за собой. — Пошли!
— Куда мы? — я оглянулась на зал. — Девочки где?
— У нас свой зал, — Аня подмигнула, не отпуская моей руки. — Чтобы уединиться и поболтать спокойно.
Она вела меня по коридору, мимо табличек «Приватные комнаты», и с каждым шагом улыбка на ее лице становилась все шире. Я ничего не понимала, просто шла следом, слишком уставшая и опустошенная, чтобы задавать вопросы.
Аня остановилась у одной из дверей, обернулась ко мне, глаза сияли.
— Готова?
Она распахнула дверь.
Взорвалась музыка, хлопушки, конфетти полетело в воздух. Лена и Катя бросились ко мне с визгом.
— СЮРПРИЗ!
— Рая, мы не могли оставить тебя без девичника!
— Мы все организовали!
Катя накинула мне на голову фату — белую, с блестками, смешную и трогательную одновременно. Лена повесила через плечо розовую ленту с надписью «Невеста».
— Ты что думала, мы тебя просто так отпустим? — Аня обняла меня. — Это же твой девичник!
Комната была украшена шариками, на столе стояли торт, закуски, коктейли в красивых бокалах. Играла наша любимая музыка. На стене висел плакат: «Раечка выходит замуж!» с нашими общими фотографиями.
Девочки стояли, улыбались, ждали моей реакции — радости, восторга, благодарности.
А я моргнула раз, второй.
И вдруг не выдержала. Разревелась.
Не тихо, не сдержанно — а навзрыд, всхлипывая, задыхаясь. Слезы полились сами, я даже не пыталась их остановить. Все, что я держала в себе весь этот бесконечный день, вырвалось наружу.
— Рай? — голос Ани испуганно дрогнул. — Рая, что такое?
— Солнышко, что случилось? — Лена обняла меня за плечи.
Музыка все еще играла, конфетти медленно оседало на пол, а я стояла в дурацкой фате и плакала так, будто мир рушился. Наверное, так оно и было.