— Ступай, Летий.
Легионер поспешно развернулся. Серебряный свет сорвался с кончика его копья, облетел вокруг Виты, начал медленно дрейфовать на вечернем воздухе.
Неподалёку от входа в купальни собралась группа целителей. Долговязая фигура Авла возвышалась над уставшими коллегами взъерошенной цаплей. Вита сняла маску, потёрла отчаянно чешущийся нос и решительно направилась в их сторону.
Должность опциона валетудинарии — заведующей временным госпиталем — давала Валерии Вите лишь формальную власть. Поспешно завербованных на двойной и полуторный оклад гражданских медиков её назначение устраивало. А вот военные врачи не были особенно впечатлены ни репутацией, ни регалиями, ни высоким магическим рангом. Все они, не исключая экономов и санитаров, не торопились оделять начальницу уважением. Вита насаждать свои порядки пока не лезла, опиралась на военную дисциплину и организаторские таланты Авла.
Сейчас она провела перекличку. Проверила, не получил ли кто травм и не нарушил ли непроницаемость защиты. Коллеги коротко отчитались о прошедшем дне, один за другим ныряя в наполненный ароматами трав проём. Спонтанный мозговой штурм установил, что никто не знает, что же на самом деле произошло в крепости Тир. Врачей за стены не приглашали, но над укреплениями замечены были столбы дыма и вспышки пламени. А ещё опцион второй центурии затребовал несколько дополнительных амфор концентрированной аленды. Зачистка, похоже, велась, и весьма активно. Но что именно чистили? Высказанные предположения, от банальных до самых фееричных, все в той или иной мере танцевали вокруг одного подозрения. От ситуации отчётливо тянуло запахом йода и соли. Но никто так напрямую и не произнёс трижды проклятое: «здесь была Ланка».
Когда очередь в походные бани наконец рассосалась, Авл, застыв на мгновенье на пороге, спросил:
— Ты не идёшь?
Вита потёрла запястье. Плёнка сока кау скользнула над кожей, затем эластично вернулась в прежнее положение. Ещё одно очищение защита выдержит. Наверное.
— Я пока повременю, — отвела взгляд. — Хочу для начала поговорить с командующим.
Пару секунд Авл стоял неподвижно. В мягком свете его профиль казался памятником какому-то древнему нобилю, навеки запечатлённому в камне. Такой характерный имперский нос. И не менее характерное сумрачное выражение на породистом лице.
— Не делай глупостей, — сказал, наконец. И скрылся в проёме.
Вита направилась в центр лагеря.
Преторий, где располагался штаб командующего операцией, был сравнительно невелик. Но при всей военной простоте в обстановке чувствовалась неброская, строго функциональная роскошь, что стоила дороже пышных ковров и золотых блюд. Палатка сшита из самой лучшей кожи. Обставлена самой качественной походной мебелью. На столе лежат самые подробные карты. Инструменты, которые, не кривя душой, можно было назвать произведениями искусства.
— Командующий ждёт вас.
Вита коротко кивнула стражу и нырнула под приоткрытый для неё навес. Полог тяжёлыми складками упал за спиной. Лучистая сфера покрутилась рядом с головой медика, а затем присоединилась к светлякам, что танцевали вокруг причудливой бронзовой подставки.
В просторной палатке ожидали двое. Гай Аврелий, самый молодой из трибунов V Легиона и командующий их экспедицией, сидел за столом. Коротко стриженная голова склонилась над официального вида свитками. Если судить по свежевскрытой печати — только что доставленными от легата. Воздух был тяжёл от невысказанного напряжения. Похоже, указания начальства трибуна не радовали.
Кеол Ингвар, старший маг и несущий сигну когорты, присел в дальнем углу, неподалёку от жаровни. Зеленоглазый полукровка что-то поспешно царапал на восковой табличке. Рядом с ним на расстоянии вытянутой руки покоилось не только обвитое змеями копьё — сигна «медицинской» когорты — но и жезл, увенчанный имперским орлом. Под распахнутыми серебряными крыльями без труда можно было разглядеть цифру V. Вита прищурилась: золотой орёл Пятого Легиона находился в столице провинции, где стояли основные войска. А серебряный… серебряный, вплоть до сегодняшнего дня, пребывал в крепости Тир.
Вот и окончательный ответ на вопрос, заходил ли кто в зачумлённую твердыню. Нельзя исключать, что орёл легендарного легиона вылетел за ворота на металлических крыльях. Но куда вероятней, что из Тира его просто вынесли.
Вита отсалютовала — рука без труда вспомнила выученное в молодости движение. Застыла. Многое зависело от того, спросят ли с неё доклад о проделанной медиками за день работе.
Не спросили.
— Благородная Валерия Минора, у вас что-то срочное? — трибун поднял взгляд от свитка. Глаза его были необычного светло-карего оттенка, золотистая кожа и золотые же волосы отчётливо намекали, что кто-то из прадедов рода Аврелиев взял в жены фею-нелюдя. Ставленник сената, весьма молодой для занимаемой должности, трибун, тем не менее, выглядел скорее не экзотично, но хищно. Суровая выправка, военная стрижка, шрам на левой щеке, жёсткий, несгибаемый взгляд. Нобиль и воин — и не обязательно именно в этом порядке.
— Триубн, я должна знать, что здесь произошло. И да, это срочно.
Вместо нейтральной вежливости на его лице промелькнуло, подобно приближающейся буре, раздражение.
— Всё, что нужно знать, вам сообщат.
— Да, — кивнула Вита. — Но поскольку сообщение запаздывает, а решение нужно принимать прямо сейчас, я взяла на себя смелость поторопить события.
Черты трибуна окаменели, раздражение в золотом взгляде сменилось нешуточным гневом.
— Вы явились сюда, чтобы играть в придворные игры?
— Игры тут совершенно излишни, — поспешила заверить его благородная Валерия. — Достаточно того, что вы в данный момент не пытаетесь вытрясти из медицинской команды всё, что нам удалось понять во время осмотров.
— Прима, вы забываетесь.
— Прошу прощения. — Вита отбросила улыбку. Целительница стояла теперь, облачённая в профессионально отстранённое спокойствие. — Трибун, выказывая уважение, вы обращаетесь ко мне, согласно сословному рангу. Пытаясь же поставить на место, вспоминаете о звании, которое имеет более высокий статус, нежели «младшая дочь младшей ветви рода всадников». И налагает большие обязанности. Придворным играм действительно не место посреди эпидемии. Я — старший медик этого госпиталя. Я должна понимать, что нам на самом деле угрожает.
— Ну а я — ваш командующий. На этом разговор закончен.
На увольнение она уже наговорила. Но теперь на горизонте замаячило неподчинение прямому приказу. Протекция легата могла защитить лишь до определённого предела.
Вита сделала шаг вперёд, склонилась, ладонями упёршись в поверхность стола. Хищные глаза были так близко, что она почти могла разглядеть в них своё отражение: щуплая фигура, обмазанная лазурным кау и в слишком просторной небелёной тунике. Не очень внушительно. Пришлось компенсировать непреклонной линией плеч и закаменевшим выражением лица. Ну и