Он идет прямиком к кассе.
— Добрый день.
Я упираюсь руками в прилавок.
— Здравствуйте. Я не знала, что сегодня запланирована встреча с «Портер Девелопмент».
Он одаряет меня неприятной улыбкой и вынимает из кармана строительную рулетку.
— Меня прислали осмотреть объект в рамках подготовки.
— Осмотреть?
— Да, — он постукивает рулеткой по столу, оглядываясь вокруг оценивающим взглядом. — Снять замеры здания и осмотреть конструкции. В конце концов, нужно знать, какого размера разрушительный шар привозить.
— Еще ничего не решено, — процеживаю я сквозь зубы.
Его улыбка полна пренебрежения.
— Это стоит обсуждать с моим боссом или боссом моего босса. Я здесь по приказу, и, насколько известно, мы сносим здание в течение месяца.
— Только через мой труп.
Мужчина смеется, будто я пошутила. Его голос становится приторным.
— Хорошо, милочка.
Милочка? Какая наглость!
— Как ваше имя?
— Макс Блейкфилд.
— Так вот, мистер Блейкфилд, сегодня вы не будете делать замеры внутри магазина, пока не вернетесь сюда с назначенной встречей, согласованной боссом или боссом вашего босса с нами.
Улыбка, которую он мне адресует, — покровительственная.
— Мне нужно замерить здание снаружи, что не требует вашего согласия. Свободная страна, в конце концов, — он меня уделал, и видит это по выражению лица, потому что довольно кивает. — Всего хорошего.
Он выходит из магазина с рулеткой в руках так вальяжно, будто занимается этим постоянно. Пальцы ноют от того, как сильно я вцепилась в край кассы. Если бы это был мультфильм, у меня бы из ушей шел пар, настолько зла. Разрушительный шар, сказал он. Босс его босса.
Значит, вот как они соблюдают соглашения. «Портер Девелопмент», похоже, твердо намерены снести здание. Неужели мы с Карли станем следующими Бенами Симмонсами?
Пальцы яростно летают по экрану, пока я пишу сообщение Коулу.
Скай Холланд: Я скоро закрываю магазин. Можно заехать к тебе после?
Ответ приходит быстро, и, к счастью, тоже в виде сообщения. Я не уверена, что смогла бы скрыть эмоции по телефону, а этот разговор хочу провести лично.
Коул Портер: Да. Я буду дома к семи.
Я стою в лобби «Амены» в шесть пятьдесят восемь. Пальцы подергиваются, я слишком на взводе от адреналина и нервов. В голове крутятся возможные сценарии. Он признает, что интрижка была лишь забавой, что никогда и не планировал соблюдать договор. Кривая усмешка, искаженная сарказмом.
Или, что еще хуже, скажет, что у книжного изначально не было ни единого шанса, а его глаза будут такими же покровительственными, как у того рабочего, которого прислал сегодня. С каждым этажом, что я проезжаю на пути к его пентхаусу, нервозность нарастает.
Двери лифта открываются в пустой коридор. На кухне его тоже нет. Я заглядываю за угол, всматриваясь в сторону гостиной.
— Коул?
— Иду!
Он выходит из домашнего кабинета, одной рукой дергая галстук на шее.
— Ты быстро.
— Еще бы. Что сегодня произошло?
— О чем ты?
— Ты прислал своего человека в магазин.
Его лицо застывает.
— Я ничего такого не делал.
— Некий Макс Блейкфилд, видимо, считал иначе. Он заявился замерять магазин для «правильно подобранного» разрушительного шара. Сказал, что место сравняют с землей в течение месяца — и если я считаю иначе, то лучше поговорить с боссом его босса, — я широко развожу руками. — И вот я здесь.
Коул медленно качает головой.
— Я не знаю никакого Макса Блейкфилда. Должно быть, один из подрядчиков.
— На нем была футболка с вашим логотипом. Выглядел как строитель, — взгляд цепляется за его дорогой костюм, плотно облегающий фигуру. — Я имею в виду настоящего строителя. На нем были ботинки и рабочие брюки.
В его голосе звучит тонкая нить предупреждения.
— Он ошибся. Компания все еще планирует соблюдать соглашение.
— Имеешь в виду — ты планируешь.
— Да, — говорит он, будто это одно и то же. Но все не так.
— Твои сотрудники, похоже, думают иначе, — я тяжело сглатываю, вскидывая подбородок и встречаясь с ним взглядом. — Мы видели вчерашнюю статью. Карли сомневается, что ты вообще соблюдаешь какие-либо договоренности.
— А, — он буквально выплевывает это слово сквозь зубы. — Так вот к чему все это на самом деле, да? И Карли — единственная, кто сомневается?
— У меня тоже есть сомнения, — честно говорю я. Сомнения в нас. В том, что ты делал. И почему это делал.
— Девятьсот слов в газете, и ты уже в панике. Я думал, ты сама писательница, Скай. Знаешь, как все перекручивают, — слова звучат игриво, но тон — совсем нет.
— Так это неправда? То, что он сказал в интервью? — спрашиваю я. Коул просто смотрит на меня, и тишина между нами становится тяжелой так, как никогда раньше. Я в ярости от собственной уязвимости перед ним — от того, что чертовски важен ответ. Что дала ему эту власть над собой.
— Заставлял ли я Бена Симмонса подписывать соглашение о неразглашении? — спрашивает он, и голос дрожит от едва сдерживаемой ярости. — Да. Отстранил ли я его от бизнеса? Да. И сделал бы это снова не раздумывая, Скай.
Кажется, что моя грудная клетка схлопывается, сжимается; гнев и страх перекрывают возможность ответить.
— И теперь ты задаешься вопросом о моем характере, — продолжает он. — О том, на что готов пойти, чтобы получить желаемое.
Я едва заметно киваю, сжимая кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладонь.
— Говорят, ты безжалостен. Что всегда побеждаешь. Может, ты намеренно подослал сегодня своего человека в магазин, чтобы вывести нас из равновесия. Может, и нет, но с тем же успехом мог бы, Коул. Мы заключили сделку.
— Попридержи коней, — предупреждает он.
Но мысли скачут от одного вывода к другому.
— Все это время я думала, что спать со мной для тебя — это просто веселое времяпрепровождение. Хороший секс. Может, даже спортивный интерес. Но теперь... это было для того, чтобы сбить меня с толку? Чтобы получить рычаг давления?
Тень быстро пробегает по его лицу, челюсть каменеет.
— Что?
— Ты не любишь проигрывать. Бен Симмонс это подтвердил. Ты сам только что это подтвердил, сказав, что он не соврал.
Коул принимается расстегивать запонки на рубашке резкими, порывистыми движениями.
— Нет, я не люблю проигрывать. Ты, кстати, тоже. Мы оба азартны.
— И что?
— Я могу быть козлом. Ты сама на это указывала. Но, насколько мне известно, я не аморален.
— Я не это имела в виду.
— Ты только что спросила, трахаю ли я тебя, чтобы получить преимущество в деловой сделке. Не то чтобы я понимал, как именно это поможет. Твой бизнес что, теряет прибыль с каждым оргазмом? — он качает головой