— Леди, вам лучше поскорее вернуться к себе. Зелье слишком быстро перестает действовать, — сообщил взволнованный от чего-то оборотень. — Советую горячую ванну, она частично облегчит боль.
— Спасибо, Ричард. Я обязательно воспользуюсь вашим советом. Для меня было честью состязаться с достойнейшим воином Объединенной Федерации Оборотней, — поклонилась я, хотя каждое движение давалось мне уже с трудом.
— Мне тоже, леди, выпала великая честь общаться с невероятной женщиной. И я рад, что боги даровали мне этот шанс. Думаю, мы скоро увидимся.
Оборотень ударил себя кулаком в грудь, поклонился и направился в сторону своей ложи. А я на подгибающихся ногах направилась к своей.
В объятия принца Скай я просто рухнула, тихо подвывая от боли на одной ноте и стуча зубами.
— Кирьяна, Огонек мой беспокойный. Моя упрямая сулуан-эсса, — с надрывом в голосе произнес Скай, сжимая меня в объятиях. — Я попытаюсь забрать у тебя часть боли. Станет легче.
— Не с-смей, — стуча зубами, вяло запротестовала я. — Тебе еще выступать. Мне поможет горячая ванна. Сказали так сделать…
— Не беспокойся, душа моя, я выступлю. Шайран эль Аяр заплатит мне сторицей за все твои страдания, — прорычал Скай. — Обещаю! Слово ледяного демона!
— Скай, не забывай, что эль Аяр хоть и младший сын императора, но рожден от любимой наложницы. Будь осторожен. — В разговор вмешался напряженный Кьен. — Этот турнир и так на грани международного конфликта из-за последних событий.
Скай промолчал, лишь зубами скрипнул. А Кьен повернулся ко мне:
— Кира, если бы я знал, что будет именно так, то не согласился бы на это. Я бы тебя отговорил. Шарх! Да почему все так!
Боль резко усилилась, я согнулась пополам, не удержавшись от крика. Было такое чувство, что меня резали, раздирая по живому плоть на части, и заливали во внутренности раскаленную лаву.
Время потеряло четкость. Вокруг кто-то суетился, отдавал приказы. Меня прижимали к себе сильные руки, а я кричала, обезумев от боли, и рвалась из крепких рук. Рот наполнился жидкостью с металлическим привкусом. В меня вливали какие-то горькие лекарства, но они не помогали. Я то впадала в беспамятство, где меня продолжала терзать боль, то приходила в себя. Находясь словно в дурмане, я слышала разговоры.
— Принц Дамирэш, мои зелья не помогают! — отчаяние в голосе Элизабет.
— Шарх! Что-же делать? — паника в словах Кьена. — Мы уже все перепробовали. Ей только хуже.
Я почувствовала, что лежу в горячей воде. Меня прижимают к мощной груди сильные руки, в попытке обездвижить, а на ухо шепчут слова успокоения. Но понять их смысл не получалось.
И снова я то проваливалась в беспамятство, то выныривала из забытья, приходя в сознание. В одно такое «пробуждение» я и услышала:
— Почему я должен вас пустить к моей невесте?
— Потому, лорд Индарэш, что только я могу спасти вашу невесту. Мой клан, Скользящие в ночи, славится своими врачевателями на всю Федерацию. Я ваше единственное спасение. Сколько в таком состоянии находится леди?
— Больше пятнадцати часов, — с неохотой ответил Селестин.
— Времени почти не осталось. Вы или мне доверяете, лорд, или ваша невеста просто выгорит от боли. И летальный исход при выгорании по-прежнему не исключен, — серьезно заявил Ричард Фаркаш. — Ваше решение, лорд Индарэш.
— Хорошо, — выдохнул Селестин и тут же грозно рыкнул. — Но если что-то пойдет не так, то…
— О! Не стоит мне угрожать, лорд, — фыркнул оборотень, и я услышала его чеканные приближающиеся шаги. — У меня приказ от Совета Старейшин, спасти мисс Кирьяну Астон любой ценой. Помогите мне. Нужно перенести девушку на стол. Лечить будем в два этапа: снадобьем и обменом магией. Мне нужны два огневика-добровольца.
— Я буду! — хором ответили Селестин и Эмиль.
— Прекрасно! Приступим, господа.
А дальше в меня вливали странную жидкость, с привкусом мяты и коры ивы, она горчила и вязала язык. Еще я чувствовала, что через меня по кругу прогоняют огненную энергию, от чего я ощущала себя магическим коллайдером.
От этих странных действий боль отступала, а вскоре и вовсе ушла. Мне стало лучше, и скоро я смогла заснуть по-настоящему.
Но прежде я успела услышать преинтереснейший разговор.
— Это что, очередное покушение на Кирьяну? — мрачный голос герцога.
— Выясню. А потом убью, — зловеще пригрозил Селестин.
— Не поверите, господа, но это несчастный случай, — усталый голос оборотня. — Маги-элементали так давно не появлялись в нашем мире, что все забыли об их способности. Эти маги своей мощью способны в сотни раз ускорять действие не только заклинаний, но и многих зелий. Именно потому лекартсва группы «А» для таких магов под запретом. Зелье «Смруть», что дали леди, относится именно к таким. Оно условно безобидно для людей, но опасно для сильных магов.
— Неужели уважаемый Сельмариэл не знал о таком? — от интонации Селестина становилось не по себе.
— Сельмариэл ученик «Новой школы» целительства, там такому уже не учат. Такие знания хранит лишь наш клан, — не без гордости сказал оборотень.
— Нам несказанно повезло, — с подозрением в голосе произнес Селестин. — Даже странно как-то. Особенно приказ Старейшины Совета.
— О, поверьте лорд, тут нет никакого заговора, — хохотнул оборотень и уже серьезно произнес: — Нам пришло пророчество от девятихвостых лис. Они утверждали, что получили его от Богини Заяны.
— Прядильщица… — пораженно выдохнул герцог. — Но Богиня Судьбы давно не вмешивается в дела смертных.
— Значит, что-то изменилось, — отчего-то мне показалось, что оборотень пожал плечами. — Но когда лисы сообщили нам текст послания от богини, мы долго не могли понять в чем смысл. Пока не получили газету со статьей про «разбушевавшегося» элементаля. Тогда-то все и встало на свои места.
— И что в пророчестве? — спросил напряженный Селестин.
— Все как всегда, — вздохнул оборотень. — Запутано все. Вот слушайте.
'Когда спадут оковы гнева,
И мир проснется ото сна,
По небу пробежит хвостатая лиса,
Свет новой жизни возникнет из преданий,
Спасительный огонь очистит этот мир от гнили,
Зажжет надежду, укрепит сердца'.
— М-да… Ничего не понятно, — спустя минуту резюмировал Селестин.
И я была с ним согласна.
Глава 148
Кира
Проснулась я глубокой ночью в объятиях Селестина. С учетом последних событий чувствовала я себя хорошо. Но главное, у меня ничего не болело. Только очень сильно хотелось пить.
Чтобы не разбудить лорда, я постаралась аккуратно высвободиться из кольца его рук и пробраться к желанному кувшину с водой. Но не вышло. Селестин проснулся.
— Кирьяна, любимая, что случилось? — сонно спросил он и тут же встрепенулся. — Тебе плохо?
— Нет. Хорошо мне. Спи. Я воды попить, — ответила, по-шустрому слезая с кровати.
Шлепая босыми ногами по