У меня есть машина, но она внезапно сломалась, да и не рискнула бы я сесть за руль после вчерашнего загула. Я даже после вечернего шампанского не сажусь, боясь испортить имидж. Поэтому и не пью почти. Редко, но метко, чтоб его!
Вызвав такси, с облегчением отмечаю, что сообщения больше не приходили, а, оказавшись в здании суда, вообще забываю о вчерашнем дне. Судебный процесс – очень напряженное мероприятие, тут нельзя ни о чем думать, кроме дела.
Лишь притупившаяся боль в мышцах иногда напоминает о том, что пусть один день, но у меня была личная жизнь.
– Я пойду возьму кофе и вернусь, – сообщаю своему клиенту тихонько и ухожу по коридору вглубь здания, где притаился автомат с кофе. Сушит, хочется промочить горло.
Покупаю себе капучино и жду, когда наполнится стакан.
Бросаю взгляд на наручные часы. До начала слушания остается минут семь.
Закрываю бумажный стакан пластиковой крышкой и собираюсь идти обратно, но внезапно чьи-то сильные руки буквально заталкивают меня в помещение с надписью “ремонт” на двери.
4. Планы
Успеваю только растерянно ойкнуть, как уже оказываюсь в полутемном захламленном помещении с обвалившейся на пол штукатуркой и сгруженной в углу мебелью.
Секунда – и я прижата спиной к стене, а мои губы накрывает теплая ладонь и жестко фиксирует мою голову.
Испуганно смотрю в темно-синие глаза своего наваждения. Не понимаю, как он тут оказался.
– Привет, беглянка, – шепчет Рафаэль с нотками хищного азарта в голосе. – Неужели, ты думала, что я тебя не найду?
Мычу ему в ладонь, и он убирает ее.
– Ты сдурел? – сердито шепчу в ответ и толкаю его свободной рукой в грудь, но он тут же перехватывает сначала ее, а потом и ту, которой держу стакан, и поднимает их над моей головой. – Что ты творишь?!
– Доказываю тебе, что это я выбираю: разовая у нас акция или нет, – возбужденно шипит он, бросая быстрый взгляд на мои губы и наклоняясь, чтобы поцеловать меня, но я отворачиваюсь и напрягаюсь всем телом, чтобы вывернуться из его объятий.
Не получается: я вжата его мощной грудью в стену будто прессом.
– Рафаэль, – взвизгиваю шепотом, потому что его губы тут же нападают поцелуями и легкими укусами на мою шею за ухом, а я покрываюсь мурашками с головы до ног. – У меня суд! Я тебя сейчас кофе ошпарю!
Он лишь довольно хмыкает между делом, отчего я чувствую легкий холодок его дыхания на влажной коже.
Разжимаю руку со стаканом, но Рафаэль ловко отбивает его, среагировав молниеносно. Правда, это заставляет его немного отстраниться.
Наблюдаем молча, как стакан с кофе падает на пол, разливаясь черной лужей.
– Отпусти меня, – рычу и дергаюсь снова, но нахал даже и не думает разжимать руки на моих запястьях. Однако, и с поцелуями больше не лезет. Просто смотрит с легкой полуулыбкой, как я извиваюсь в плену его тела.
– Почему ты не осталась до утра, а сбежала, когда я заснул? – прищурившись, он медленно скользит от моего лица к груди таким плотоядным взглядом, что у меня непроизвольно сжимается все внутри.
– Потому что мне от тебя ничего не нужно было, кроме секса. – тихо рычу. – Я получила то, что хотела, и ушла. Не люблю спать в чужой постели.
– То есть,.. – пристальный взгляд синих холодных глаз снова поднимается к моему лицу и застывает на моих глазах, – ты мной просто попользовалась. Верно?
– А тебе что, было неприятно? – зло усмехаюсь. – Или ты мной не пользовался в тот вечер?
– Пользовался. – спокойно соглашается Рафаэль и, внезапно перехватив мои запястья в одну руку, плавным движением ладони собирает подол моего платья вверх. – Только есть нюанс: мне… можно. А мной – нельзя. Не делай так больше. Я рассчитывал на интересное продолжение утром, а получил облом. Не люблю обламываться и менять планы, знаешь ли. Придется трахаться здесь.
5. Чудовище
– Ты сдурел?! У меня заседание начинается! – виляю бедрами, пытаясь скинуть с них наглую руку, но вместо этого делаю только хуже: трусь об его ширинку, возбуждая Рафаэля еще сильнее. Понимаю это по бугру, который начинает давить мне на низ живота.
– Можем перенести, – милостиво соглашается мой мучитель, забираясь ладонью мне между ног и поглаживая внутреннюю часть бедер вдоль резинки на чулках. – Но, с одним условием.
– Каким? – выдыхаю сердито.
– Ночь проведешь у меня.
Стону от безысходности, потому что я против, но времени препираться нет.
– Хорошо, – недовольно соглашаюсь, даже и не собираясь выполнять обещанное.
Главное сейчас отвязаться.
– Я тебе не верю, – усмехается Рафаэль, склоняясь к моим губам, и переходит на низкий шепот, от которого все тело непроизвольно вибрирует. – Ты снова обманешь меня.
Горячая ладонь скользит вверх и, поддев резинку моих трусиков, стаскивает их вниз.
Пытаюсь возмутиться, но меня тут же затыкают его губы, накрывая мои жадным, жестким поцелуем. Мычу, но непроизвольно отвечаю – невозможно сопротивляться, меня будто сносит ураганом.
Сжимаю беспомощно кулаки и обессиленно обмякаю – сопротивление не приносит никаких результатов. Но, как только я расслабляюсь, Рафаэль тут же отпускает мои руки и разрывает поцелуй.
Меня ведет, будто я снова пьяная.
Испуганно хватаюсь за стену, чтобы не упасть, а Рафаэль внезапно присаживается передо мной на корточки и окончательно стягивает с меня белье.
Когда я понимаю, что он не держит меня, то резво отскакиваю, забив на трусы, и, одернув подол, бросаюсь прочь.
Толкнув дверь, выбегаю в коридор и быстрым шагом иду в сторону зала заседания. Бросаю взгляд на часы – до начала минута.
Боже, мне показалось, что прошла вечность!
– Девушка, у вас спина белая, – доносится мне вслед голос Рафаэля. Оборачиваюсь: он идет следом, совершенно никуда не торопясь и расслабленно запихнув руки в карманы брюк.
– Да пошел ты, – бубню себе под нос и на ходу поправляю прическу и отряхиваюсь.
Забежав в зал, падаю на стул рядом со своим клиентом и успеваю даже подкрасить губы, с которых почти исчезла стойкая помада.
Сидеть без трусов, мягко говоря, непривычно. А еще у меня теперь влажно между ног, что тоже… отвлекает.
Хлопает входная дверь.
Оборачиваюсь, ожидая увидеть судью, но