– Ты всё смотришь, и даже не повёл её в комнату отдыха? – девица стремительно зашла за одну из ширм, - «да ты стоик,» - она захихикала, подошла ближе и крутанулась на каблуках.
Вот теперь узнал, вместо блузки или манишки под бантом бабочки был только воротник, пиджак имел только две пуговицы, может там и была какая-то потайная застёжка, чтобы он не распахнулся, но в вырезе было отчётливо видно, что с бельём мы всё так же не дружим, а обтягивающая юбка сзади имела разрез примерно до того же уровня, на котором был подол утреннего платья, то есть резинку чулок, если сделать чуть более широкий шаг было видно вполне отчётливо. Элизабет была абсолютно узнаваема.
– У тебя приличные костюмы есть? – у меня появилось стойкое убеждение, что платье тоже было её, только непонятно, как оно оказалось у Анны.
– Ринко подарила два кимоно, полевая форма, повседневный и парадный мундиры! – Опять захихикала Элизабет, - «с ними я даже бельё надеваю, не под кимоно, там не положено.»
Может она действительно такая, при переезде в Японию башню потеряла.
– А в этом нельзя, на юбке складочки будут. – она провела ладонями по бёдрам, поднимая полы пиджака.
А ты завидуй дурочка, а я сейчас пойду, с ним, ну ты понимаешь… - она мечтательно прикрыла глаза.
Девчонка в кимоно кажется перелила чай, и он полился из чашки на стол. Куэсу подошла и протянула руку, пошли, твой пакет у меня, от остальных должны быть на ресепшн. Я взял её за руку, призвал контроль чувств, нельзя при ней оступиться. Сделал шаг, другой.
– Потом расскажешь, что нужно изучить для таких подвигов, сейчас разойдёшься. Здесь рядом есть хороший ресторан и даже с верандой, где можно курить. Кстати, еда там тебе должна понравиться.
У «Арагаца» действительно была веранда, на которой мы и сели. Заказали. На удивление Куэсу сегодня вела себя без эксцессов, а если не присматриваться, то выглядела вполне прилично. Правда иногда, она не выдерживала и тянулась через стол, но результаты усилий мог лицезреть только я.
У нас продолжился разговор, который мы вели в машине, она что-то уточняла, переспрашивала. Чувствовалось, что она обдумала то, что говорилось раньше.
– Ты уже проверял, нам нужно идти?
– Письма есть, но обычно, я всё делаю перед самой миссией, ты же знаешь.
– Я очень хочу потренироваться с тобой, мне это нужно, ты сам говорил, но…
Как-то всё на неё не похоже. Хотя, я знаю её всего ничего и похоже, не похоже говорить рано. Но до сих пор, она или просто пыталась добиться своего, или отступала, а сейчас, как будто не может решиться на что-то.
– Но я хотела тебя попросить. Об одолжении.
– Это для тебя? – мне перестал нравиться разговор, и видимо это сразу проявилось в тоне.
– Нет, не для меня, если бы речь шла обо мне, я бы сказала сразу. – она почему-то отвела глаза.
– О чём идёт речь, и кто просит, а самое главное, зачем это мне, ты отлично знаешь, что благотворительность это не моё. – вот и всё, как и ожидалось, «сказка» продлилась недолго.
Я демонстративно достал полученные пакеты, четыре штуки, и надорвал один из них.
– Можешь не проверять, там всё и даже чуть больше, только придётся запомнить несколько длинных цифр, или написать на бумаге органическими чернилами.
Открыв пакет стало понятно, что там действительно больше того, что я просил. Кроме паспорта с моей фотографией, там была карта социального страхования, права и кредитная карта банка с тем же именем, что и в паспорте.
– Тебе восстановят любой из комплектов при обращении в соответствующие государственные органы, нужно только назвать номер страховки или паспорта, во всех конвертах одинаковый комплект, и желательно запомнить все.
Это было не просто больше, а намного больше. Госорганы стран, выдавших пакеты, были почти по всему миру – посольства.
– И тебя ещё раз просили подумать, не хочешь ли ты не только использовать документы, но и…
– Я ответил всем одно и то же – я подумаю.
– Своих не рекомендую, просто передаю предложение.
Будем надеяться, что предыдущий разговор рассосался сам собой. И хорошо, сейчас проверю письма, и, если миссия не соберётся, провожу девушку обратно в посольство и поеду домой, а может потренироваться с Агатом. Надо-таки заняться собой. А Куэсу, даже если ей ещё нужно какое-то время провести там, может и со своими сходить.
Первым открыл письмо Лао Ху. Тот благодарил за неоценимую помощь, которая выразилась не только в самом факте сопровождения соотечественников, но и в тех выводах, которые удалось сделать на основе анализа организации, и так далее и так далее. Красивые фразы ни о чём, настоящий китаец. А что там по сути? Ага, вот – никто от них не пойдёт, все войдут в другие группы. А что с обязательствами, теперь всё кончилось? Нет, они несмотря на изменения пойдут навстречу мне в надежде на будущее сотрудничество.
Может написать товарищу Лао, что-нибудь типа: - «Уважаемый товарищ Лао Ху, наши несомненные совместные достижения послужат прочной базой дальнейшей всё более растущей и расширяющейся дружбы, которая обязательно в будущем достигнет…».
Ответ от Лао Ху пришёл сразу – «Всё понятно, договариваться будем, когда будет о чём. Надеюсь, то, что мы пришлём тебе пригодится.» Проняло.
А что там Кицунэ? Кицунэ просила помочь сестре, она не слишком поняла письмо Куэсу, но уверена, что на полные глупости та неспособна. От них тоже никого не будет, но договорённости они выполнят. Впереди неопределённость и терять возможного союзника они не хотят. Ожидаемо, думаю, что так или иначе, все стороны знают о действиях других. В этом смысле неучастие в обмене информацией не только снизит вероятность дальнейшего сотрудничества, но и позволит другим повлиять. Информацию же можно подавать по-разному.
А не слишком ли я самоуверен? Ослеплён, так сказать, собственными достижениями. Посмотрим, пока мне везло, и в целом я угадывал ход событий. Да и некоторые «оговорки» Куэсу. Посмотрим, ещё чуть больше суток, и я увижу, что мне пришлют.
Дейнерис писала, что они просят сходить ещё. В письме был список и приписка, странная такая приписка, что на этот раз потери не играют никакой роли. Перечитал ещё раз, нет, Дейнерис писала ясно и