– Куда и когда, господин подполковник?
– Да прямо сейчас грузите и везите, а то стемнеет скоро. Пресса тут мёрзнет. Пока везёте они как раз освещение поставят и камеры. Недалеко, на берег реки у яхт-клуба.
– Это где итальянский ресторан?
– Да-да, как раз у него моя машина стоит, я там буду ждать.
– Будет сделано, господин подполковник.
Всю речь мне сам подполковник и писал, объясняя, что и как. Чтобы поверили. Рискнул, могло и не прокатить. Впрочем, я и в машине не буду сидеть, мало ли группа захвата, в стороне подожду. Однако машину действительно у ресторана припарковал, но ушёл к дороге и начал тормозить грузовики. Мне мебельный нужен, их много катается, внимания не привлекают. Первые два гружёные, отпустил, проверив документы, а вот третий порожний, вырубил водителя при осмометре кузова, закинул внутрь, связав, сам за руль и к ресторану. Поставил машину так, чтобы из кабины всё видно было. Ждал всего полчаса, и действительно прибыли. Но не автозак, а армейский тентованный «УРАЛ», в сопровождении полицейской машины, вот насчёт неё да, тут она излишняя. На неё расчёта не было. Пока же быстро пересчитал сколько всего хохлов. Двое в патрульной машине, в кабине офицер и водитель, и из кузова, открыв борт, спрыгнуло два солдата с автоматами. Шестеро, значит? Не думаю, что в кузове кто-то ещё остался, хотя обе машины ко мне боком были. Что ж, пора. Все покинули машины, солдаты у заднего борта, явно контролируют пленных, офицер подошёл к полицейским, что вышли из машины. Водила в кабине ковырялся. Меня поначалу и не видели, как я покидаю кабину грузовика-фургона. Загрохотали выстрелы. Да тут метров сто пятьдесят, для меня пистолетная дистанция. Работал я точно, короткими очередями, первым делом поразив обоих солдат. А они упакованы серьёзно, в броне, поэтому поразвил в головы. Потом короткая очередь по кабине, где движение и фигуру водилы видел, тот выпал из открытой двери наружу. Не с моей стороны, дальше работал по полицейским и офицеру. Благо те на открытой местности. Укрытия только в виде машин, а это очень ненадёжно.
Я успел срезать офицера, тот упал, но оба полицейских грамотно укрылись за своей машиной. Я тут же лёг на асфальт, и поразил их в конечности, те упали, и двумя короткими очередями добил. Дальше рванул к машинам, на ходу сменив магазин. Мне одного хватило сделать всё дело. Водила оказался легко ранен, но я этого ожидал, из всех он один был у меня вне чёткого прицеливания, по сути в фигура в кабине. Однако контроль сделал всем. Дальше к кузову грузовой машины. А там восемь пар радостных глаз, полных надеждой. Вот те увидели меня, и начали уже смотреть в недоумении. Я же был в форме ВСУ. А кого они тут увидеть надеялись? Русского десантника?
– Свои парни. Я Дмитриев, мажор из Москвы.
Чуть разогнавшись, в прыжке извернулся и задом запрыгнул на край кузова, высоко, подтянул ноги, перевалившись встал на них и подойдя, доставая нож, стал срезать пластиковые стёжки. Те не в наручниках были.
– Так парни, вы тут не в теме, поэтому командую я. Потом к своим вернёмся, там уже будете членами мирится у кого звание выше и должность. Сейчас вооружаемся за счёт убитых, и бегом к мебельному фургону. Задняя дверь не закрыта, прикрыта, лезем в кузов и дальше ждём дальнейших приказов. Всё. Выполнять.
Парни попрыгали с кузова, и сняли одного бойца, его нести пришлось. Видимо работа того самого Тараса. Двое понесли, остальные обыскивали всё. Три автомата, солдат и водителя, у офицера пистолет, ещё по два пистолета у полицейских, ещё у них же «АКС-74у» в салоне машины, и вот погрузившись в фургон, я запер сзади двери, сам в кабину, и мы покатили прочь. То, что нас снимают с разных ракурсов на телефоны, уже нечего не поделаешь, информация уже в сети, нужно быстро действовать. Правда я двоим помахал рукой. Ещё картинно встал, принимая геройскую позу, и когда рванул было к фургону, подпрыгнул и ударил ботиками, друг о друга. Красиво вышло. Пиарюсь. Уже темнело, и окончательно стемнело, когда я покинул город. Там высадил парней у посадки, велел ждать меня у берега озера, так что те туда рванули. Я проверил водителя, перенёс его в кабину и усадил на место пассажира. Дальше вернулся в город и бросил машину, припарковав на одной из улиц. Водилу за руль перетащил. Тот кстати уже шевелиться начал. А там, остановив машину, просто частник калымил, и он довёз до посадки, попутно ему было. И знаете, поисковых мероприятия я не заметил. На стрельбу мою вряд ли отреагировали, привыкли что постоянно стреляют, а вот на записи с телефонов отреагируют. Но ночь, какие тут кордоны? Так что скорее всего махнут рукой. Да тут русские под столицей, это опаснее.
***
– Всё проверил? – спросил меня тесть, подходя к прицепу, я как раз завязывал узел на тенте.
Ещё темно, мы готовились выехать. А было сегодня второе марта. Этот чёрт тесть, по хохляцкой своей натуре, пока всё не продал, ни в какую уезжать не желал. Ладно хоть вчера всё, закончил, и вот собравшись, сегодня, ранним утром, было пять утра, готовились покинуть дачный кооператив. Спасённых тут не было, я нашёл их у озера, но те сразу сказали, мы до дому, хо хаты. Пришлось делиться с ними спальниками и тентом. Привёз на «Форде». От палаток они оказались, а вот походную туристическую горелку с баллонами, армейские сухпайки, взяли. Я им ещё три автомата с безопасном привёз, что с «Фордом» взял. Так что пока темно, те бегом прочь, четверо несли товарища на куске тента. Тот прибор ночного виденья им же ушёл. Если каждый час включать и осматриваться, есть шансы далеко уйти, будучи не обнаруженными. А днём в укрытии, выжидать. Кстати, дошли до наших, я отцу сообщил, скинув видео как их освобождал, скачал с интернета, тот армейским передал. А через четыре дня подтвердил, вышли к нашим, вчера было, добрались. Молодцы парни. И травмированного того донесли. А батя Димы, Валерий Игнатович, на удивление любопытным оказался, всё ему интересно было. Вот и описал что и как было. О потере памяти, частичной, мне многое Вика поведала, полную можно не играть, тоже рассказал. И да, записи с камер наблюдения участка,