Павел быстрым шагом направился к находившейся в подвале лаборатории, пока кое-что задолжавшая ему Лиславская, согласившаяся взять образцы и провести анализ ДНК, не отправилась на обед. Благо процедура не сложная и много времени не заняла, как и покупка горячего шоколада с булочкой.
Маг с чистой совестью поручил Ингу жаждущей выяснить подробности всего и вся Кюн и отправился искать Андрея, который собирался пообщаться с группой штурмовиков и узнать, осталось ли в кафе что-то интересное или нет.
В кабинете негатора, как всегда безукоризненно чистом, обнаружились сам Лопухов, глубоко погрузившийся в какой-то документ, и Надя со своим ноутбуком. Конечно, пропуск визитера, личное знакомство и все прочее давало немало преимуществ, но все же Павел как-то не ожидал встретить здесь свою жену.
– Д-дорогая, – не без иронии начал он, – а тебе не кажется, что д-дома могут б-быть д-дела?
– Мне кажется, что у меня может быть отдых, который, между прочим, разрушила до основания именно ваша гениальная идея взять меня шофером к Умнику.
– У Демыча есть имя, – откликнулся Андрей.
– Есть, но менее умным это его не делает. Замечу, что от меня не было никакого толка, так что в следующий раз я просто одолжу машину. Особенно если ты, Паша, научишь свою кровь не бежать сломя голову неизвестно куда при первых признаках угрозы.
– П-пусть лучше побежит, чем п-прождет у моря п-погоды и останется б-без головы. И д-давай тише, – поморщился Павел, – жучков здесь нет, но и орать не стоит.
– А ты намерен вечность делать вид, что ничего не происходит?
Маг возвел глаза к потолку. Надя не могла иметь детей, чего не скрывала. Павлу хватило одного фиаско в прошлом – отцом он оказался отвратным, предпочитал дочери работу, работу и еще раз работу, и мать Даши вполне справедливо решила, что лучше никакого папы, чем плохой. Так что Павел считал вопрос детей закрытым навсегда. Но что-то подсказывало, что нынешний шанс обрести родственницу, которую и повоспитывать можно, и по магазинам сводить, Надя упускать не намерена. И это пугало больше, чем перспектива встречаться лицом к лицу с бриттами и их клятой шпионской сетью.
Хозяин кабинета напомнил о себе ненавязчивым покашливанием, и Павел смутился. Надежда одарила мага весьма многозначительным взглядом и повернула к нему ноутбук:
– Это мне хороший знакомый из ГИСА прислал.
Павел окинул жену взглядом, в котором любопытство соседствовало с удивлением. Он знал, что Надя, проработав в полиции не меньше лет, чем он сам в Особом, обзавелась полезными контактами, кратно преумножив доставшиеся «по наследству» от отца и деда. Но все же Павел не представлял, что эти контакты были столь высокого полета.
Главный императорский семейный архив включал не только все данные о рождениях и смертях, но и – что куда ценнее – сведения обо всех известных магиках и магах. К тому же сотрудники некоторых из его отделов отвечали в том числе за каталогизацию предприятий, как существовавших в прошлом и уже закрывшихся, так и действующих сейчас. Это интересовало юристов, занимавшихся бракоразводными делами, налоговиков и тех немногих историков, которые пытались восстановить прошлое того или иного рода. К последним часто обращались «новые аристократы» – обычные предприниматели, основавшие доходный бизнес и рассчитывавшие на выгодные браки детей и место в самом высоком обществе или поблизости него. Некоторые из таких хорошо платили за шанс обнаружить себя дальним потомком каких-нибудь Морозовых или хотя бы Сединых. Само собой, настоящие аристократы ко всем таким новообретенным родственникам относились весьма прохладно, что не мешало «историкам» продолжать весьма и весьма удачно продавать свои услуги.
Павел считал, что упоминания о старых и новых фирмах больше всего интересовали Тайный сыск, но эта часть архива не раз и не два выручала и особистов. Возможно, выручит и теперь.
Маг прочел выписку, сделанную без всякого оформления, один раз, а потом снова, медленнее.
– И что нам это д-дает? – Он не слишком понимал, почему Надя выглядела такой довольной.
– Не знаю… Может быть, вам интересно, что отец жены вашего странного предпринимателя, якшающегося с бриттами, сел за махинации при строительстве? В том числе за использование не соответствующей нормам арматуры. А любовница Савонтяна, этого самого папаши-мошенника, открыла предприятие, тоже занимающееся строительством. Записано оно на ее мужа, но шила в мешке не утаишь. По нашим данным, Савонтян никого не посвящал в свои делишки, но вот Инга в этом усомнилась. Остальное сами додумывайте. Ладно, это все, что я хотела сказать. Как девочка?
– Ничего опасного. – Павел пожал плечами, чуть удивленный вопросом. – П-пьет горячий шоколад и работает вместе с молодежью.
– Вот и отлично! Ладно, счастливо оставаться, джентльмены. Я намерена остаток дня заниматься тем, чем положено в выходной, – отдыхать. Всем удачи!
Надежда подхватила ноутбук, помахала негатору и, поцеловав Павла в щеку под недовольное шипение мага, не любившего нежности при посторонних, отправилась восвояси.
– Я обычно против участия полиции, – проворчал Андрей, – но Надежда – исключение.
– П-потому что она п-помогает нам не в рабочее время, – усмехнулся Павел, – и ворчит из-за этого обычно только на меня. Ты что-то еще накопал, п-пока я выяснял, насколько п-плохо закончилась наша п-паршивая идея оставить младших б-без п-присмотра?
– Накопал. И идея не была паршивой, иначе я бы ее не одобрил.
Павел усмехнулся:
– Может, и не б-была, но, когда д-два магика оказались в одном п-помещении с б-беглым народовольцем и шпионкой, – стала. Ненужный риск. Еще и все разбежались.
– Разбежались. И подтерли вообще все, вплоть до записей камер в радиусе трехсот метров, гады. Зато международники прислали данные по похитительнице Демидовой. Гульяз Афсун, бывшая сотрудница посольства Шаханшахского Ирана, уволена после очередного взаимного сокращения дипломатического корпуса. Ничем серьезным не занималась, работала кем-то вроде горничной. Многие недоумевали, зачем ее вообще взяли в дипмиссию – русский она знала, но не имела никакого образования или каких-то особых талантов. Сыскари ее на въезде проверяли как могли, но ничего не нашли.
– П-протекция. Или д-деньги. Она – магик, самозахватчик… П-полезный кадр.
– Не слишком. Когда наши попросили на выход московское отделение посольства Ирана после очередных высказываний их нынешнего лидера, ей никто не предлагал остаться. Но и на родину Гульяз не стремилась, понимала, что там быстро останется без головы.
Павел запустил руку в волосы, глубоко задумавшись.
– Она пыталась найти работу, – продолжил Андрей, – официально. Но в итоге или ее просили на выход, или компании разорялись. И наша Гульяз решила зарабатывать на жизнь в компании преступников, связанных с бриттами.