Демыч взял крайний стакан, чуть не разлив его содержимое на себя и ноутбук. Инга, подумав, взяла соседний. Лотерея так лотерея.
– Что вы там придумали? – Кюн, даже не отхлебнув еще кофе, лучилась энтузиазмом. – Рассказывайте.
Инга кинула взгляд на Демыча – тот поправлял очки. Он вроде как старше, но, кажется, не собирался поднимать голову от ноутбука и печатал с большой скоростью.
– В общем, я подумала, что нам нужен не таксист, а тот, кто использует таксистов, – решилась высказать свои мысли эмпат.
– Вот как… – Кюн, повернув свой стул спинкой вперед, села и принялась раскачиваться, держа в руках кофе. – Думаешь, старшие ошиблись в своих предположениях?
В словах прямо-таки сквозило ощутимое сомнение.
– Мне кажется, что с этой стороны проще что-то найти, – дипломатично отозвалась Инга. – Мы перебрали кучу вариантов, и ни один не подошел. Нужно или опрашивать больше сотни человек, каждый из которых соответствует одному-двум критериям, или искать что-то новое.
Кюн задумалась, отпивая кофе и наклоняясь вперед все больше и больше… Пока ножки стула не поехали и оборотень не полетела на пол. До протертого дерева добрались только кофе и рыжий шпиц, приземлившийся на лапы. Зато стул грохнулся так громко, что слышно было на весь этаж.
– При попадании горячего кофе с сахаром на ноутбук вероятность выхода из строя последнего не меньше восьмидесяти процентов, и еще как минимум тридцать процентов от этого занимает шанс получить не поддающиеся ремонту повреждения, – проинформировал Демыч вернувшуюся в человеческий вид Кюн. – Тряпка в кладовке, вторая дверь налево.
– И без тебя знаю, – бросила Щенок и вышла за дверь.
Демыч перевел взгляд на Ингу и, протерев очки, заметил:
– Судя по обнаруженным мной протоколам шифрования данных, получить доступ к системе распределения заказов и навигации того агрегатора такси, ссылку на который «Ярик» предоставил Владлене Демидовой, возможно только при наличии большого количества времени и хороших хакерских навыках. Но поддерживать канал доступа незаметным в течение года активности Ловчих возможно лишь профессионалу очень, очень высокого класса. Взломщика такого уровня могут позволить себе разве что императорские Ищейки для проникновения в сети недружественных компаний. Но шансы на их вмешательство во внутренние дела страны минимальны – это запрещено и их Уставом, и «Конвенцией о разделении полномочий», принятой тридцатого марта тысяча девятьсот семнадцатого года.
– Но наш клиент может быть не крутым хакером, а техником. – Кюн вернулась с большим рулоном туалетной бумаги в руках. – И тряпок в кладовке нет.
Судя по появившейся глубокой задумчивости на лице Демыча, замечание оказалось весьма уместным. Инга понятия не имела почему и решила уточнить:
– Под техником ты имеешь в виду…
– Техника, – отозвалась Кюн так естественно, словно это все объясняло.
– Ясно. – В голос Инги прокралась ирония. Ирония – и немного обиды. Могла бы и объяснить.
– Боюсь, наша терминология для незнакомого с «Уложением о классификации обладателей Истоков Малых и Полноценных» будет не совсем понятна, – пришел на помощь Демыч. – Это…
– Ой, да что там понимать? – Кюн закончила с уборкой, взгромоздилась на стул и вновь принялась на нем раскачиваться. – Если ты можешь становиться зверем или растением, то ты – оборотень. Умеешь менять лицо и тело, ну или и то и другое – перевертыш, их еще иногда доппельгангерами зовут. Умеешь силой мысли или еще как-то управляться с механизмами – техник. Умеешь узнавать что-то о чувствах и мыслях других – эмпат. Хотя если шире брать, то вообще эмпат – это аналитик, просто берешь информацию не в сети там, в книге или с вещи, а считываешь ее с человека. Умеешь что-то двигать, поджигать и замораживать – значит, боевик. Проклинаешь – проклятийник. Умеешь превращать золото в свинец или делать из металла ключи – алхимик… О, кстати, об алхимии. Я пока за кофе ходила, встретила Марфу, лаборантку из химиков.
Инга при этих словах похолодела, подумав о тесте. Кюн, не заметив, продолжила как ни в чем не бывало:
– Она наши вчерашние отобранные дела просмотрела. Результаты вскрытия и вот это все. Чисто, но на паре трупов, тех, которые быстро нашли, есть какие-то изменения в посмертных анализах. Марфа считает, что эти изменения могли быть вызваны алхимическим препаратом. Но для точного анализа нужно свежее тело.
– И ты об этом не сказала?! – В голосе Демыча Инга чувствовала разом и недовольство, и удивление, и какую-то детскую обиду.
– Я говорю. Сейчас.
– Это ведь все меняет! Предположительно покойная Гульяз, державшая Владлену в котельной, была алхимиком. Теоретически она могла создать то, что побуждало бы пассажира покидать такси в нужном месте. Тогда идея со взломанным навигатором обретает вес, ведь достаточно просто использовать извозчика, чтобы доставить жертву куда надо. Но не каждый таксист слепо доверяет системе…
Демыч застучал по клавишам, припав глазами к монитору.
– Аналитик за работой, – прокомментировала Кюн, – давно бы так. Увы, даже великий и всезнающий Василий Демидов вовсе не всезнающий, и потому мы все утро занимаемся этой ерундой. С такси и остальными. Хотя иногда можно раскрыть дело, не выходя из нашего пыльного закутка.
– Серьезно? – не сдержала удивления Инга.
– Ага. А ты думаешь, наша работа – подставляться, как вчера, или каждый день по следу идти? Если бы… Чаще всего приходит кто-нибудь из черношинельников с жалобой, что, мол, магик магазины грабит, вот вам дело, ищите. Демыч по клавишам постучит, найдет кого надо – и мы идем за предписанием на арест, а потом кто-то из старших едет на задержание. Или выяснится, что виноват обычный ловкий вор, а полицаи просто рады сплавить дело. Или я покручусь, поверчусь на месте и приведу к соседнему дому, где грабитель магазина с водкой – дядя Коля, алкоголик и телепат, – спит у телевизора. И не смейся, это реальное дело. Пока дяде Коле не выдали красную метку и не отправили в санаторий на ПМЖ, он раз в месяц-два буянил стабильно. Рутина, чтоб его.
– И ничего интересного? – Инга не слишком-то верила в то, что работа в Особом отделе может быть скучной. По крайней мере до этого дня.
– Как сказать… Бывают разные случаи. Вон, один раз ездили в Царицыно проклятие снимать. Точнее, ехали искать, кто туристов по вечерам пугает, а в итоге оказалось, что в подвалах центральной усадьбы