Дни получились не из лёгких. Вчера Игорь прикрыл его на последней паре как раз французского языка. Сказал, что фон Ратт убыл на награждение победителей олимпиады.
Впрочем, сказал он почти правду. В это время Алекс ехал на вокзал. По гражданке, конечно. Не хватало ещё неприятностей с комендантским патрулем.
Училищное начальство хоть и запихало их с Доком во французскую группу, но на олимпиаду по немецкому языку неизменно отправляли именно Алекса. Игорь отдувался за честь родного Нахимовского по химии и биологии.
На самом деле в посольстве они с отцом были сегодня утром. Сам посол, разумеется, был ни сном, ни духом. А вот атташе по образованию и культуре с удовольствием сфотографировался с "талантливым представителем российской молодёжи", как он выразился. А потом долго откашливался, наконец прочитав в дипломе полное имя и фамилию победителя.
Отец остался весьма доволен произведённых впечатлением. Атташе был новый и никак не хотел налаживать с Йохеном контакт. А Йохену Ратту этот контакт был нужен как воздух. После награждения они с атташе пошли в ресторан его налаживать.
А Алекс извинившись помчался в Лазертаг. Это ещё хорошо, что доставку цветов и подарка он додумался заказать ещё из Питера. На самом деле он выбирал между ключиком (простовато), сердечком (рановато) и этой самой лемнискатой. Какое впечатление на Тори всё произвело, должен был потом узнать Игорь. Информация о математических успехах Виктории была получена у Сони.
На первый раунд игры он опоздал. Количество гостей стараниями всё того же Игорька было известно. Количество игроков в команде тоже. Но всё же были опасения, что снаряжения ему не достанется. Повезло. Один комплект болтался без дела. Заходящую в игровое пространство Тори с зелёной полоской на голове тоже увидел. Снова повезло. Комплект был нужного цвета.
Тётя Лёля, увидев, как он очень быстро экипируется, сделала большие глаза. Но Алекс приложил палец к губам и шагнул в темноту как раз перед сигналом ко второму раунду. В том, что тётя Лёля никому ничего не скажет, он был уверен.
Как он в темноте нашёл Тори? Это было сложно и просто одновременно. Можно сказать, что чутье подсказало. Удивился очередной раз, как много огня под ледяной поверхностью. Азарт, с которым она играла, невозможно было спрятать.
Стрелял Алекс не просто хорошо. Он стрелял отлично. А эти задохлики-одноклассники, можно было спорить, даже в тире не были ни разу. Расчистить для Тори дорогу к наступлению было несложно. Главное было, чтобы она не догадалась, что это он.
В какой-то момент Тори так на него глянула, что взгляд получился вполне осязаемый. И показалось, что она всё-таки его узнала. Было бы, конечно, обидно спалиться так бездарно. Сердце бухало в висках.
Вся авантюра однозначно стоила того. Восторг в глазах Виктории, когда она нажала кнопку взятия базы "красных". Её открытая улыбка. Можно было бы смотреть на это бесконечно. И разделить с ней её праздник. Но поезда имеют обыкновение ходить по расписанию. Нет времени на своё удовольствие.
Поесть он, естественно, не успел. Уже в поезде взял себе чай и печенье, не домашнее, к сожалению. Переживёт. К ужину он должен быть в училище.
Теперь они с Викторией увидятся только в мае. Все эти месяцы в училище вряд ли будут длинные увольнения. Начинается подготовка к параду на Дворцовой площади. И в самоволку тоже особо не сбежишь.
Ратт отметился у дежурного ровно за минуту до указанного в увольнительной времени. Игорь уже ждал.
- Вот умеете Вы, Барон, мотать нервы, как аксельбанты.
- Док, примите пилюли. Я ж не опоздал.
- А телефон Вам зачем придумали умные люди? Позвонить и доложить, пока ты чучухал из Москвы, нельзя было?
- Разрядился телефон. Прости, Док.
- Прощу после ужина. Пошли. Жрать охота. Тебя, небось, кормили?
- Нет. Пришлось сбежать до раздачи еды. Но я так спалился, что не дай бог!
- Что, узнала тебя Льдинка?
Алекс помотал головой.
- Ёпсель-мопсель,