Она рассмеялась и прижалась к нам.
— Вы мои придурки. Самые лучшие. Самые любимые.
Мы сидели так, глядя на закат, и я думал о том, что жизнь — удивительная штука. Ещё недавно я был готов убить Алика из-за неё, а теперь мы были одним целым. Она стёрла все границы, все сомнения, всю ревность. Оставила только любовь.
— Навсегда? — спросил я тихо.
— Навсегда, — ответили они хором.
И я знал — это правда.