— Готова? — спросил я.
— Да. Давай быстрее, пока я не передумала, — сдавленно произнесла она.
— Всё, набирай воздуха и…
Я нырнул, схватился за верёвку очень быстро заработал руками. Ещё быстрее, чем когда оставался один в своей комнате. Так было гораздо быстрее, чем плыть даже с агадаркой за спиной. Перебирал я руками довольно резво, но всё равно на две трети пути почувствовал, как руки агадарки начинают слишком сильно сдавливать шею. Вскоре её когти уже воткнулись мне в кожу и проткнули. А под конец я, кажется, даже услышал мычание, но…
Мы вынырнули. Тишину непроглядной тьмы разрезал плеск воды и её судорожный вдох. Единственным маяком, куда двигаться, здесь были всё те же грибы, которые, кажется, уже начали терять свой свет. Кое-как добравшись до берега, я выдохнул.
— Всё можешь отпускать меня.
Ноль реакции.
— Ты слышишь? Отпускай меня, мы на месте.
Её руки медленно разжались. В тишине был отчётливо слышен стук её зубов.
Тем временем я быстро раскрыл мешок и вытащил оттуда лампу. Поджёг и сразу огляделся. Не, свет даже не доставал до стен. Видимо, мы в каком-то огромном зале. Правда стук зубов таки отвлёк меня, поэтому следующей я вытащил оставшуюся ветошь, протянув агадарке.
— На, оботрись и одевайся.
— У м-м-меня од-дежд-да т-т-там остал-лась… — произнесла она трясясь.
— Серьёзно?
— Нет-т-т, я к-клоун, теб-бя в-весел-л-ю, идиот-т-т… — недовольно ответила девушка, быстро вытираясь.
— Ну и дура, — бросил я, порылся в мешке и достал крутку, в которой в их краях было слишком жарко. — Держи, оденься, бестолочь.
— С-с-сам так-кой, — буркнула она, но куртку выхватила из рук.
Я же голышом решил немного пройтись с лампой, чтобы оглядеться. Да только едва сделал пару шагов, как меня схватили за локоть.
— Эт-то ты к-куда собрался б-без меня, засран-нец? — прищурилась она.
— Осмотреться.
— Со мной ос-сматриваться б-будешь.
Ладно, я не против, вместе веселее в любом случае. Только вот, кажется, она помимо одежды ещё и оружие не взяла. Учитывая, что мы будем возвращаться тем же путём, одежда-то хрен с ней, но вот оружие требовалось здесь и сейчас на всякий случай.
— Т-ты куд-да⁈ — тут же встрепенулась она, когда я вошёл в воду.
— За оружием, — отозвался я. — К тому же нам может потребоваться верёвка дальше, поэтому её тоже за собой прихвачу.
Да, можно было оставить, но я всё израсходовал, а дальше она реально могла пригодиться. Что касается обратного пути, я же уже знал это проход. Проплыл один раз, проплыву и второй, не проблема.
Путь туда и обратно занял несколько минут. Я даже её одежду прихватил на всякий случай. Потом обтёрся той же ветошью, что агадарка и оделся.
— Мне кажется или тут холоднее? — спросила она, надевая на голый пояс ремень с ножнами. И в отличие от наших неженок всадниц серокожая меня не стеснялась.
— Не знаю, мне одинаково холодно, — ответил я, поднимая лампу над головой. — Идём.
Это был действительно большой зал, как выяснилось, немного овальный из нескольких огромных плит, что как ступени спускались вниз. Где-то у самой стены журчал ручей, выходящий из подземного озера.
Вот тут я поверю, что могла быть битва. Вскоре мы нашли и его стену, а потом и проход дальше, куда более неестественный, чем раньше. В плане, что он был меньше похож на те проходы, что были созданы самой природой, хотя доказать я этого не мог. И вёл он дальше вглубь.
— Просто представь, если эта легенда про вашу воительницу правда…
— Это правда навозная твоя башка, — фыркнула агадарка.
— … то мы первые за тысячи лет, кто видит эти стены, — договорил я, не став обращать внимания на неё. — Последней их видела только она.
Мне показалось, что агадарка с совершенно другим взглядом посмотрела на эти стены. Даже провела по ним ладонью.
Правда здесь уже её знания пещеры не помогали, и что там впереди одному богу известно. Если он не оставил этого места. Пару раз нам встретились перекрёстки и оба раза мы свернули не туда. Один туннель оказался затоплен, другой был завален. Тем не менее тот, что оставался, всё равно уходил всё ниже и ниже, где в первый раз мы услышали гул.
— Ты же слышишь? — спросила негромко агадарка.
— Да, гул, — кивнул я. — Такой от ветра бывает. Возможно, где-то есть выход.
— На такой глубине? — нахмурилась она.
— А что? Ветер везде ветер. Ну или это демоны воют, — пошутил я.
— Ты видимо совсем дурак. Кстати, как тебя звать?
— А тебе обязательно знать? — спросил я.
— Ты должен не спрашивать, а отвечать. Тебя спрашивает небесная всадница.
— Которая боится темноты.
— Которая пожалела твою задницу и не надрала её.
— Потому что сил не хватило.
В шею воткнулись острые коготки.
— Ладно-ладно, я Георги Бингштейн, — отмахнулся я от неё.
— А твоя хозяйка кто? — спросила агадарка.
— Райра Дракерз, — выдумал я на ходу имя и фамилию на их манер. Естественно, агадарка сразу спросила:
— Что за тупое имя и фамилия?
— Ты ей в лицо это скажи, и посмотрим, что будет, — отозвался я.
— И скажу, как выберемся. Скажу, что её раб совсем страх потерял, и пора его высечь. И поверь мне, — она приблизилась к моему уху и прошептала. — Она мне в этом не откажет.
Это нормально, что на её голос у меня привстало?
А мы тем временем спускались всё дальше и дальше. И да, она была права, здесь было как-то слишком холодно. Я бы сказал, чрезмерно, потому что я начал уже подмерзать, пожалев, что отдал ей куртку.
— Не хочешь отдать мне обувь? У меня ноги мёрзнут, — произнесла та так, будто я был обязан это сделать.
— Нет, не хочу. У тебя куртка уже есть. А вообще странно, что так холодно. Обычно должно теплеть при спуске.
— Возможно, мы спускаемся к вратам демонов, — негромко сказала она.
—