Всё было не так просто. Невозможно после таких слов просто перестать бояться. Страх только усиливался. К нему добавлялась постоянная нервозность.
Матью закончил свои приготовления и тихо вышел, оставив нас наедине.
— Я не голодна, — произнесла я уверенно.
Аэрон наклонился, его лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от моего.
— Ты будешь есть, — прошептал он почти ласково. — Ради ребенка. Или ты хочешь, чтобы он страдал из-за твоей гордости?
Его слова звучали как угроза, замаскированная под заботу. Я чувствовала, как внутри закипает злость, но усталость брала своё.
— Хорошо, — наконец согласилась я, отводя взгляд. — Но только если вы оставите меня в покое.
Он выпрямился, его губы искривились в подобии улыбки.
— Договорились.
Каша в тарелке источала манящий аромат, но вид еды вызывал лишь тошноту. Я смотрела на неё, а она на меня…
Аэрон наблюдал за этой немой дуэлью, скрестив руки на груди. Его губы кривились в усмешке.
— Долго ещё будешь играть в гляделки? — наконец не выдержал он. — Ребёнок нуждается в питании.
Я лишь крепче сжала руки на коленях, не отводя взгляда от тарелки.
Он вздохнул, как родитель, уставший от капризов ребёнка. Взял ложку, зачерпнул кашу и поднёс её к моим губам.
— Открой рот, — приказал он почти нежно.
— Я сама могу есть, — процедила я, но голос предательски дрогнул.
— Конечно, можешь, — согласился он, но ложку не убрал. — Но я хочу сделать это сам.
Его тон не допускал возражений. Я сжала зубы, но он лишь покачал головой:
— Не упрямься. Я же все равно получу то, что хочу.
Медленно, неохотно я приоткрыла губы. Ложка с кашей коснулась моего рта, и я заставила себя проглотить. Безвкусно, как вата.
— Ты даже не представляешь, как ты меня ночью завела, а расплачиваться пришлось паре служанок, что они сегодня не смогли выполнять свои обязанности.
Я так и застыла с открытым от удивления ртом.
— Как? — ахнула я.
Аэрон продолжал кормить меня, не оставляя выбора.
— Тебе в красках описать или не маленькая, сама поймешь? — Его голос стал низким, почти шёпотом, когда он наклонился ко мне ближе, продолжая кормить с ложки. — Они были так милы и так покорны… Особенно когда поняли, что это их единственный шанс избежать моей немилости.
Я замерла, чувствуя, как кровь отступает от лица.
— Это неправильно.
Он наклонился ещё ближе, его дыхание обжигало мою кожу.
— Это всего лишь служанки, — прошептал он. — Им понравилось. Не переживай.
— Ты чудовище, — прошептала я.
Я закрыла глаза, пытаясь отгородиться от его слов.
Рука Аэрона скользнула по моей щеке, заставляя открыть их.
— Смотри на меня, — приказал он.
Я встретила его взгляд, полный огня.
Его губы растянулись в улыбке.
Мороз пробежал по коже, но я все так же не чувствовала к нему ненависти. Отчего-то мне было его даже жаль.
Если бы Аэрон хотел причинить мне боль или вред, то давно бы сделал это, но пока он держит меня тут как пленницу. И даже в собственной манере пылинки сдувает. Из этого следовало только одно, убивать меня он не собирался.
— Я не сам стал чудовищем, — согласился он. — Меня таким сделали.
37
Аэрон ушёл, громко хлопнув дверью. Его шаги эхом отдавались в коридоре, пока не стихли совсем. Я осталась одна, погруженная в свои мысли.
Несколько часов прошли в тишине. Я пыталась уснуть, но голова шла кругом.
Мне казалось, что под маской жестокости Аэрона скрывался вполне нормальный мужик. Специфический, но в целом нормальный.
Дверь приоткрылась, и в комнату вошёл мужчина в длинной рясе. Как оказалось, это был лекарь. Он не сильно отличался от того, который проживал в нашем с Эйнаром замке.
Седовласый мужчина держал в руках небольшой деревянный поднос с глиняной чашкой, от которой поднимался пар.
— Госпожа, — произнёс он негромко, — Я принёс вам укрепляющее зелье. И мне велено провести осмотр.
Он подошёл ближе и поставил поднос на столик рядом с кроватью.
— Сапфировый дракон приказал проследить за тем, чтобы вы его выпили, — добавил лекарь, внимательно наблюдая за моей реакцией.
Я настороженно посмотрела на напиток.
Воспоминания о той корчащейся на полу девушке не шли из головы.
— Что это? — спросила я, принюхиваясь к запаху трав.
— Это зелье поможет восстановить ваши силы, — пояснил лекарь. — В его составе только натуральные ингредиенты: корень женьшеня, листья мяты и другие целебные травы.
Он взял чашку и протянул её мне.
— Выпейте, это поможет вам быстрее восстановиться и духом, и телом.
Я колебалась. Принимать что-либо от Аэрона было рискованно. Стоило сразу выложить все карты на стол.
— Я беременна.
— Обещаю, в нём нет ничего опасного, — заверил лекарь, словно прочитав мои мысли. — Я лично готовил это зелье и могу поклясться в его безопасности.
Его спокойный тон и уверенный взгляд немного успокоили меня. Я взяла чашку и сделала небольшой глоток. Напиток оказался горьковатым, но приятным. Как будто в медовый чай добавили чуточку имбиря.
Лекарь внимательно наблюдал за мной.
— Пейте медленно, — посоветовал он. — Это поможет вашему организму восстановиться и набраться сил.
Лекарь сел в кресло. Как только я отложила чашку, начал свой расспрос.
— Позвольте задать несколько вопросов о вашем состоянии, — начал он. — Какой у вас срок?
Я задумалась, вспоминая точную дату.
— Примерно три месяца, — ответила я. — Я не сразу заметила задержку.
— Замечали ли вы какие-либо необычные симптомы? Тошноту, головокружение, слабость?
— Да, тошнота по утрам была, но прошла. Иногда головокружение, — призналась я. — В последнее время стало хуже из-за стресса.
Лекарь кивнул, делая пометки в блокноте.
— Боли внизу живота или в спине беспокоят?
— Только небольшая усталость и тяжесть, — ответила я. — Ничего острого.
Он поднялся и приблизился. Аккуратно приподнял край одеяла, осматривая и ощупывая мой живот.
— Позвольте, я послушаю сердцебиение малыша, — попросил он, доставая небольшой инструмент.
Несколько минут он внимательно слушал, затем удовлетворенно кивнул.
— Сердцебиение четкое, ритмичное, — сообщил он. — Это хорошо. Крепкий дракон зреет внутри. Примерно четырнадцать недель. Не более. А теперь позвольте измерить ваш пульс и давление, — сказал он, доставая необходимые инструменты.
Лекарь аккуратно приложил стетоскоп к