Вологодчина в русском фольклоре - Николай Владимирович Уваров. Страница 44

В. Сергеев. Северная деревня у озера.

От дороги поворотили мы влево к городу. Версты за две до него курган, довольно высокий, покрытый елями, и несколько разрытый, останавливает наше внимание. «Что это у вас за курган?» – спросил я у извозчика Онисима.

– «Здесь, сударь, говорят, лежит царь Синеус. Многие дворяне останавливаются тут и прощаются с ним. Как-то возил я польского священника. Он выходил и плакал: это, говорит, здешний наш первый царь Синеус».

Брат Рюриков, Синеус на Белоозере, дал название этому кургану, который, как видно, слывёт его могилою. Но летопись ли тому причиною, или так было искони в пределах народных – решить трудно. Народ, впрочем, про Синеуса не знает, а знают только грамотные дворяне, по словам извозчика.

Вот те рассказы, которые собрал я здесь на месте.

Мальчик говорил: «Старики рыли и дорылись было до сундука; да выехал из кургана солдат на коне и испужал их: все и разбежались. А гора опять засыпалась, как была». Мужик постарше из соседней деревушки рассказывал так: «Рыли и дорыли до мосту – и вдруг солдат на коне по горе заездил (по здешнему наречию). Все и разбежались. Теперь бы народ не разбежался: тронуть бы его, так бы и рассыпался». Предание слышал мужик от своего отца. Я обращался к 70-лет нему старику, самому старшему в деревне: он приходил ко мне нарочно в Белоозерск. По его варианту, солдат на коне, испугавший всех, выходил не из кургана, а из города, а потом вдруг пропал, куда – не заметили. Прибавил ещё, что видали огонь на этом кургане, видали также рыбью шелуху и брали её до мой; а дома она превращалась в деньги.

Весьма замечательно имя деревушки, лежащей почти насупротив этого кургана: Росляково. Она существует с незапамятных времён, испокон веков, как говорят крестьяне. Другие деревни около ней не носят таких замечательных названий и должны быть уже нового происхождения. Рослеков встречается в грамоте 1551 года, которою царь Иван Васильевич пожаловал сёла, деревни и починки Корнильевой пустыни в Вологодском уезде. Синеусов курган, Белоозеро и старинное имя деревни Росляково напомнили невольно Рослагень (Robslagen). Так назывались гребные общины моряков Норманских. Название Рослагень сохранилось в Швеции для означения берега, который они занимали. Не сохранилось ли оно и здесь, и передалось после в Росляково, по обычаю нашему всё чужое превращать в свои родные звуки?

Народные предания, окружающие этот курган, внушили поэту, моему спутнику, стихотворение. Я помещаю его здесь, как прекрасную память тех взаимных удовольствий, которые доставляло нам дружелюбное сообщество в нашей повозке.