Будто не было этой обнаглевшей бабы и ужасающих новостей о ребенке, который никогда не станет моим.
Словно супруг мне не изменил, а…
Черт его знает!
Голова вот-вот взорвется от мыслей.
Может быть, это издевка от него? В ответ на мои выступления и разгромленную комнату? Отместка за сожженные вещи?
Я поведусь на его слова, а он… сделает что-нибудь такое в ответ, от чего у меня волосы дыбом встанут.
Или он просто считает, что если закрыть глаза на проблему, то она исчезнет, я смирюсь… Он отремонтирует детскую, купит новые вещи и все остальное…
Не понимаю!
На что он надеется?!
Еще и на секс намекает.
С ума сошел, видимо? Или настолько уверен в своей неотразимости?
Считает, что прикоснется ко мне с лаской, и я растаю?!
* * *
Закрываюсь в комнате.
Это большая супружеская спальня, оформленная в приятных бежево-зеленых тонах.
Теперь ненавистно смотреть на большую двуспальную кровать. Совсем недавно мы купили с Тимофеем кокон-гнездышко для новорожденного и примеряли его, расположив посередине между нами.
Смотрю на кровать, и в голове звучат наши радостные голоса, смех, шутки.
Мы держались за руки и мечтали. Я была… счастлива.
Почти…
Кокон красуется на нижней полке шкафа. Сердце простреливает болью насквозь…
Я запираюсь в комнате.
Никуда я собираться не буду!
Даже не подумаю? Пусть сам с собой вечер наедине проводит.
Удостоверившись, что дверь заперта, я выдвигаю ящики рабочего стола один за другим.
— Где же ты… — бормочу себе под нос.
Помню же, была визитка!
Самойлов Константин Андреевич, директор клиники.
Тот, с которым обсуждал дела Тимофей.
Я его видела всего один раз, мельком…
Если с кого и требовать объяснений, то именно с него.
Впрочем, я ни на что особо не надеюсь.
Гудки…
— Алло, — разливается в динамике приятный мужской голос.
Глава 7. Она
На миг я опешила, дыхание становится тяжелым и прерывистым.
В голове крутилось множество вопросов, претензий. Но все слова рассыпаются пеплом, стоит мне услышать мужской голос в динамике.
— Алло, — повторяет нетерпеливо.
Густой, сочный голос энергии, той самой силы, которой мне самой сейчас катастрофически не хватает.
Сначала шокирующие новости, потом ссора, яркая вспышка гнева…
Не знаю, кто придумал, что отомстить и что-то сжечь или сломать — это значит, отвлечься.
У меня такое чувство, будто я не комнату разгромила, но что-то сломала внутри себя. Там одни ошметки и пустота, которая засасывает.
С трудом заставляю себя встряхнуться.
— Здравствуйте. Константин Андреевич, это вы?
Отхожу в дальний угол комнаты, потом перехожу из спальни в небольшой санузел. Там у нас душ и унитаз, удобно умыться и освежиться быстро после сна или секса…
Теперь с болезненной раной в груди вспоминаю последние мгновения, когда я смывала со своего тела жаркий пот и следы любовных утех…
Включаю воду, чтобы она шумела.
Так, на всякий случай.
Или нет…
Я подозреваю Тимофея в длительном обмане! Да что говорить… Не просто подозреваю, правда вылезла наружу.
И если он так хорошо, уверенно лгал, если так потрясающе владеет собой, то кто знает, какие еще секреты он может от меня скрывать?
Вполне может оказаться, что под личиной заботливого и влюбленного мужа скрывалось циничное, расчетливое и изобретательное чудовище!
— Да, это я. А вы?
— Меня зовут Сомова Дарья. Я клиентка вашей клиники.
— Очень приятно, Дарья. Но вы произнесли свое имя так, словно я могу наизусть знать тысячи имен пациенток клиники. Уверен, вы обратились к нам не просто из праздного любопытства, и, смею вас заверить, все специалисты нашей клиники работают, не покладая рук, чтобы помочь решить вам возникшие трудности в сфере здоровья.
— Звучит, как рекламный слоган, — говорю я. — А что насчет… подлога и намеренного введения в заблуждение одной из пациенток? Как так вышло, что под громким именем дорогой частной клиники проворачиваются мутные делишки.
— Так! — голос собеседника суровеет. — Дарья, да? Повторите фамилию еще раз, пожалуйста.
— Не буду себя этим утруждать. Увидимся в суде! — произношу я и сбрасываю вызов.
Зачем только позвонила?!
Еще один плевок в лицо, и только…
Яростно бросаю телефон на тумбу и тщательно умываюсь то горячей, то ледяной водой. Пока лицо не приобрело цвет, до этого мгновения кожа была мертвецки бледной!
Телефон неожиданно оживает.
Смотрю на номер, потом перевожу взгляд на визитку и понимаю, что Константин сам решил мне перезвонить. Немного подумав, я решила ответить.
— Чего вы хотите? — спрашиваю я.
Может быть, невежливо!
Конечно…
Но мне плевать!
Это меня обманывали и кормили гормонами. Это мне, а не ему… этому мужчине с красивым, низким голосом в лицо улыбались врачи и лгали, что процедура прошла успешно!
Господи, меня сейчас вырвет от всей этой лжи…
— Я? Если мне не изменяет память, именно вы, Дарья, позвонили мне с угрозами и обвинениями. Уверен, беспочвенными.
— Если бы вы были в этом уверенными, то не стали бы перезванивать неизвестной.
— Хм… — слышится на том конце. — И что из этого следует?
— Или вы знаете, кто я и в чем дело…
— Увы, не знаю. А второй вариант?
В голосе мужчины послышался какой-то интерес, похожий на азарт.
— Второй вариант еще проще. Вы не так уж уверены в непогрешимости своих сотрудников.
— Есть еще и третий вариант. Периодически меня и мое дело пытаются потопить, клевеща и подставляя. Есть и четвертый, и пятый, и так далее варианты… Не буду все перечислять, но было интересно услышать мнение со стороны. Вам есть еще что добавить, Дарья? Или ваши слова — это пустые домыслы без всякого подтверждения?
— Мне есть что сказать, — отвечаю твердо.
— Тогда предлагаю встретиться и обсудить все. Тет-а-тет.
— Хорошо.
— Завтра. Во второй половине дня.
Он назвал время и место. Я медленно кивнула и только через секунду опомнилась.
Вот черт…
Этот мужчина умело перехватил контроль и назначил свои условия. Да, время и место оказались удобными для меня, но все же…
Если я хочу требовать что-то и докопаться до правды, мне следует научиться выставлять свои условия, не идти на поводу у чужих!
— На час позже, пожалуйста.
— Не очень удобно.
— Тогда это ваши проблемы, Константин, — добавила я.
— Полчаса. Не больше. На завтра у меня день буквально по минутам расписан.
Что ж… Компромисс — это неплохо, да?
На том и договорились.
* * *
Едва я успела положить телефон и выйти из санузла, как дверь в спальню отворилась.
Тимофей.
— Ты как? — скользит взглядом по мне. — Еще не начала переодеваться?
Он входит в спальню как ни в чем не бывало