Михаил смотрел на экран, чувствуя, как что-то внутри умирает. Что если ребёнок не его? Что если он разрушил свою жизнь, потерял Дашу, загнал себя в ловушку… ради чужого ребёнка?
Злость волной поднялась из глубин души и он с силой ударил кулаком по рулю. Раз. Второй. Третий. Пока костяшки не заныли от боли.
Телефон зазвонил снова. Это была Ольга.
Сбросил вызов. Нужно подумать. Нужно решить, что делать дальше.
Но в голове был только хаос. И холодный, безжалостный голос Натальи:
“Выводы делай сам”.
Эпилог
Полгода спустя
Я стояла у окна своей квартиры, держа в руках кружку с чаем, и смотрела на летний город. Прошло полгода с того новогоднего корпоратива, где я впервые за десять лет вышла на сцену. Полгода, которые изменили мою жизнь до неузнаваемости.
За окном стоял тёплый летний вечер. Солнце садилось, окрашивая небо в оттенки розового и золотого. Где-то внизу слышались детские голоса, смех, музыка из открытых окон. Город жил своей обычной, суетливой жизнью. А я стояла и улыбалась без особых причин, просто потому что чувствовала себя частью этой жизни.
Квартира изменилась вместе со мной. Я сделала косметический ремонт, перекрасив стены в тёплые песочные тона, повесила лёгкие белые шторы, купила новые яркие подушки на диван, поставила живые цветы в вазы. Избавилась от всего, что напоминало о прошлом. Старые фотографии отправились в коробку на антресоли. Подарки от Михаила раздала или выбросила. Даже мебель кое-какую поменяла. Теперь по общей атмосфере это была моя квартира, не семейное гнездо, а именно моя.
На стене в гостиной висели афиши моих выступлений. После корпоратива мне начали поступать предложения. Сначала робкие, от знакомых и коллег. Потом всё серьёзнее. Меня пригласили выступить на открытии нового ресторана, потом на большой свадьбе, потом на городском фестивале. Я пела джаз, соул, каверы известных песен. Гонорары были небольшими, но это были мои деньги, заработанные любимым делом.
Пение вернулось в мою жизнь и заполнило пустоту, которую я не осознавала раньше. Каждый раз, выходя на сцену, я чувствовала себя живой, настоящей, цельной. Работа тоже спорилась, Регина сдержала обещание и в апреле меня повысили, теперь я была старшим финансовым аналитиком, руководила небольшой командой из трёх человек. Зарплата выросла ощутимо, я стала лучше одеваться, чаще посещать салоны красоты и даже уже один раз слетала за границу — в мае я впервые за много лет съездила в отпуск. Одна. Не с мужем или подругами. Одна. В Грецию, на небольшой остров, о котором когда-то мечтала. Провела там неделю, загорая на пляже, купаясь в море, гуляя по узким улочкам, ела свежую рыбу и пила местное вино. Читала книги, спала до обеда, никому не отчитывалась, ни под кого не подстраивалась. Это было невероятно освобождающе!
Телефон завибрировал на столе, вырывая меня из размышлений. Сообщение от Кости.
«Я выехал, буду через двадцать минут. Соскучился невыносимо».
Я улыбнулась, набирая ответ: «Жду. Я тоже».
Костя. Константин Громов. Мы встречались уже три месяца. Он ухаживал за мной аккуратно, деликатно, не торопясь. Приглашал на кофе, в театр, в кино, на прогулки. Дарил цветы, но не каждый день, чтобы не давить. Интересовался моей жизнью, моими чувствами, моими планами. Слушал, когда я рассказывала о прошлом, о Михаиле, о боли, которую пережила, не судил, не давал советов, просто был рядом. Костя был терпелив, он понимал, что мне нужно время, чтобы снова научиться доверять. Не требовал от меня больше, чем я могла дать, в общем, Громов с самого начала уважал мои границы.
Именно поэтому я постепенно открылась ему. Позволяла себе быть уязвимой. Делилась сомнениями и страхами. И сама не заметила, как влюбилась. Но это была другая любовь, не та слепая, всепоглощающая зависимость от Михаила, а что-то намного взвешеннее, глубже. Это было зрелое взрослое чувство, основанное на уважении, доверии, взаимной поддержке.
С Костей я была собой. Могла петь, когда хотела, носить яркие платья, высказывать своё мнение, даже если оно расходилось с его. Заниматься своими делами, не спрашивая разрешения, то есть быть самостоятельной.
И он любил меня именно такой: сильной, независимой, яркой.
Я допила чай, поставила стакан на стол, прошла в прихожую и посмотрела на себя в зеркало. Лёгкий летний сарафан с цветочным принтом, распущенные волосы, минимум косметики. Остатки загара, благодаря которому кожа сияла здоровьем. Я похорошела за эти месяцы, перестала выглядеть измученной и потерянной, глаза снова блестели, щёки порозовели, в уголках губ таилась загадочная полуулыбка… На последнем сеансе Варвара сказала мне: “Ты прошла все стадии горя и вышла к принятию, теперь тебе нужно просто жить дальше, не оглядываясь назад. Строить новое, не боясь снова потерять”.
Я согласилась с ней. Я действительно приняла прошлое, в котором Михаил был частью моей жизни, важной частью, но он остался в прошлом. Я больше не злилась на него, не ненавидела, не жалела о потраченных годах.
Просто отпустила.
В дверь позвонили и я пошла открывать. Костя стоял на пороге с букетом полевых цветов и широкой улыбкой. На нём были джинсы и белая рубашка с закатанными рукавами. Волосы слегка растрёпаны, на лице лёгкая щетина. Он выглядел расслабленным, счастливым.
— Привет, красавица, — сказал он, протягивая цветы и притягивая меня к себе для поцелуя.
Я ответила на поцелуй, чувствуя, как внутри разливается тепло.
— Привет. Проходи, я уже приготовила ужин.
Мы прошли на кухню. Стол был накрыт: салат с креветками, запечённая рыба, свежие овощи, охлаждённое вино. Я научилась снова получать удовольствие от готовки. Раньше, с Михаилом, это было обязанностью, сейчас творческим процессом. Мы сели, разлили вино по бокалам. Костя рассказал о своём дне, о совещании, о новом проекте, который ему поручили. Я слушала, задавала вопросы, делилась своими новостями.
— Кстати, — сказала я, когда мы доели основное блюдо, — мне поступило интересное предложение. Помнишь тот джазовый клуб на Арбате?
— «Синяя нота»? — уточнил Костя.
— Да. Мне предложили постоянное место. Два выступления в неделю, по пятницам и субботам. Хороший гонорар, плюс процент с продаж напитков.
Глаза собеседника гордо блеснули:
— Даш, это же потрясающе! Ты же согласилась?
— Пока думаю, ведь это серьёзное обязательство. Плюс основная работа. Боюсь, что не потяну физически.
Он накрыл мою ладонь своей, слегка сжал:
— Ты справишься, потому что таков твой характер. Если хочешь, непременно соглашайся. А я поддержу тебя.
— Спасибо. Я очень хочу попробовать… По сути, это же моя мечта.
— Тогда прими предложение, мечты нужно воплощать, пока есть силы и