Я не чувствую себя уверенно. И не уверена, что доверилась нужным людям.
В конце концов, они семья Абсалама. Вполне возможно, что они все в сговоре с ним.
С каждой секундой мне становится все холоднее, и я пытаюсь согреться, обнимаю себя за плечи, но это не помогает.
Руслан.
Я могу думать только о нем. И о том, что с ним может случиться, если мы не успеем.
Я закрываю глаза на секунду и представляю его. Как он сидит, связанный, раненый… Один. И от этой мысли внутри становится невыносимо больно.
Нет.
Я резко открываю глаза.
Я не имею права сейчас развалиться. Не имею права бояться настолько, чтобы остановиться.
Я должна его вытащить.
Любой ценой.
— Мы почти на месте, — раздаётся голос рядом.
Я поворачиваю голову. Отец Руслана смотрит вперёд, его лицо жёсткое, сосредоточенное. Он спокоен. Или просто умеет хорошо скрывать свои реальные чувства.
Я киваю, но слова застревают в горле.
Машины начинают замедляться.
За поворотом появляются тёмные силуэты. Похоже, мы приближаемся к складским зданиям. В окнах кое-где горит свет. Именно туда Абсалам меня и позвал.
Машина останавливается, и мое сердце пропускает удар. Такой громкий, что мне кажется, будто его слышит весь картеж.
— Дальше нельзя, — спокойно говорит отец Руслана.
Я поворачиваюсь к нему.
— Если мы подъедем ближе, Абсалам и его люди поймут, что ты не одна, — продолжает он. — Мы зайдём сразу, как только он развяжет Руслана.
Я сглатываю.
— Твоя задача дать нам сигнал, когда он его отпустит. Мы будем всё время на связи. Будем слышать всё, что происходит.
Я медленно киваю.
Каждое его слово звучит чётко. Логично. Правильно.
Но мне всё равно страшно.
Очень.
Ко мне подходит один человек из его охраны и аккуратно закрепляет маленькую петличку под воротником. Холод металла касается кожи, и я вздрагиваю.
— Просто говори, — тихо добавляет он. — Мы услышим.
Я снова киваю, и открываю дверь.
Ноги становятся ватными, когда я выхожу из машины. Ветер тут же обжигает лицо, проникает под одежду. Я морщусь. Но не от холода, скорее от страха.
Несколько секунд я еще стою и смотрю на здание, а потом все-таки делаю первый шаг.
Потом второй.
Кажется, что даже земля под ногами чужая.
Я иду к части склада, где горит свет. Я все еще не уверена, что Руслан действительно там, но интуитивно чувствую, что Абсалам не врал.
Пожалуйста. Пожалуйста. Пусть он будет жив.
Я подхожу к двери.
Рука дрожит, когда я толкаю её. Проходит всего секунда и я оказываюсь внутри.
Первое, что я вижу. Его.
Руслана.
Он сидит на стуле связанный, и в первое мгновение даже кажется, что он находится без сознания. Голова чуть опущена. Лицо разбито, под глазом тёмный синяк, губа рассечена. На одежде кровь.
У меня перехватывает дыхание.
— Руслан… — срывается с губ.
Забыв обо всем, я бросаюсь к нему, но не успеваю даже сделать шаг, как позади меня раздаётся знакомый голос.
— Ой… Кого я вижу.
Я медленно поворачиваю голову. И в то же мгновение вижу Абсалама.
Он стоит в стороне, скрестив руки на груди, и смотрит на меня с улыбкой. Довольной. Радостной.
— Я знал, что ты придёшь, — говорит он. — И что сделаешь правильный выбор.
Его взгляд скользит по мне сверху вниз. Медленно. Оценивающе.
Мне хочется отступить. Спрятаться. Исчезнуть.
Но я стою.
Потому что за моей спиной сидит Руслан, который не может позаботиться ни обо мне. Ни о себе. А значит, я не могу позволить себе сбежать.
— А где ребёнок? — вдруг спрашивает Абсалам.
Внутри всё сжимается.
Вот оно.
То, чего я боялась больше всего.
Я собираю всю волю в кулак и сжимаю пальцы. Делаю вдох.
— Ребёнка ты получишь… Только после того, как отпустишь Руслана.
Голос дрожит, но я не отвожу взгляда. Абсалам прищуривается.
— Мы так не договаривались, — холодно говорит он. — Сначала ребёнок. Потом остальное.
Я качаю головой.
— Нет.
Он делает шаг ко мне, но я остаюсь на месте.
— Он слишком маленький, — продолжаю я, уже тише. — Ему не место здесь.
Молчание.
Тянущееся.
Тяжёлое.
Я почти перестаю дышать. Абсалам смотрит на меня. Долго. Как будто что-то решает.
А потом вдруг усмехается.
— Ладно, — говорит он. — Хорошо. Но… — добавляет он, и я замираю. — Я должен убедиться, что ребёнок с тобой.
Сердце падает вниз.
— Пошли, — кивает он в сторону выхода. — Покажешь, где он.
Глава 46
Внутри у меня всё сковывает в тот самый момент, когда он говорит: «Пошли».
Ребенка там нет. Лёва дома. В безопасности вместе с Фатимой.
Вот только что будет, если Абсалам поймет это раньше, чем его отец успеет его обезвредить. Всё рухнет. И наш план тоже.
Я медленно натягиваю улыбку и киваю.
Как же я надеюсь, что отец Абсалама и Руслана все это слышит. Как же я хочу, чтобы они были начеку!
Я на секунду поворачиваю голову к Руслану, словно проверяя в порядке ли он.
Наши взгляды встречаются.
И в его глазах застывает тревога. Резкая, жёсткая. Он едва заметно качает головой, будто пытается остановить меня. Сказать без слов, чтобы я этого не делала.
Но я лишь киваю ему в ответ, взглядом пытаясь показать, что у меня все под контролем.
Поймет ли он?
Сейчас эти неважно.
Я смотрю на него чуть дольше, чем нужно, будто пытаюсь запомнить. Его лицо. Его глаза. То, что он жив.
И отворачиваюсь.
— Пошли, — тихо говорю я, и Абсалам довольно следует за мной.
Мы выходим из ангара.
Ночь встречает нас холодом и ветром. Он пробирается под одежду, хлещет по лицу, но я почти ничего не чувствую. Только напряжение и скачки адреналина.
Я иду впереди. Абсалам чуть позади, но я чувствую на своей спине его взгляд. Чувствую, как он следит за каждым моим шагом.
Кажется, что дорога до машин длится вечность.
Сердце бешено бьется. Я слышу его стук в ушах. Считаю шаги. Раз. Два. Три.
Ещё чуть-чуть.
Ещё.
Я останавливаюсь.
— Здесь, — говорю я и поворачиваюсь.
На секунду всё замирает.
Абсалам смотрит мимо меня.
И его лицо меняется.
Сначала в глазах вспыхивает непонимание, а потом я вижу, как он медленно всё осознает.
Видит машины, свет от фар и первые хлопнувшие двери людей Хамидова.
И я вижу, как в глазах Абсалама вспыхивает ярость.
— Ты… — начинает он, но не успевает договорить, потому что, видимо, инстинкты срабатывают быстрее.
Он резко разворачивается и бросается бежать. И в этот момент всё взрывается.
Первый выстрел разрывает тишину так резко, что я вздрагиваю всем телом. Потом ещё один. И ещё.
Начинается то, чего я больше всего боялась. Стрельба.
Я даже не сразу понимаю, кто её начинает. Но сейчас это уже неважно.
Я инстинктивно пригибаюсь, закрываю голову руками, но понимаю, что стоять здесь нельзя.
Руслан.
Мысль о нём пробивает сквозь страх.
Он там.
Один. Связанный. И люди Абсалама уже наверняка поняли, что это засада.
Я срываюсь с места и бегу обратно к ангару.
Пули свистят где-то рядом. Я слышу крики. Чьи-то команды. Шаги.
Я почти не понимаю, что происходит вокруг.
Просто бегу, стараюсь как можно быстрее достичь двери. Спустя пару минут, я забегаю внутрь.
Это место преобразилось всего за несколько мгновений. Из тихого холодного ангара, превратилась в поле боя из настоящих боевиков. Сейчас здесь много людей, и вместо привычного шума ветра за стенами, сейчас здесь слышны только крики и выстрелы.
Я оглядываюсь.
— Руслан!
Голос срывается.
Я не вижу его.
Паника поднимается волной.
Где он⁈
Я пригибаюсь и почти на четвереньках пробираюсь вдоль стены, стараясь стать как можно незаметнее.
Сердце колотится так, что кажется сейчас вырвется.