— Мы вчера встретились в таверне. Пили вместе чай по рецепту хозяина, и ты вырубился от усталости и недосыпа. С Изи кое-как дотащили тебя до этого номера и остались сторожить твой сон.
Историю о том, что у нас просто не было денег снять приличный номер, Себастиан решил видоизменить и меня это устраивало. Сейчас было не до финансовых проблем.
Француа будто в одночасье скинул с себя оковы сна, не желающие отпускать его сознание, хоть по красным глазам и багровому мятому лицу этого и не скажешь сразу. Однако голос его стал более официальным, ну или мягким, так сказать.
— Себ… Себ, — и с этими словами он бросился обнимать брата, который вновь ойкнул.
— Ты все же решил доломать мне кости, Франц, признайся уже.
Француа чуть ли не целовал его уже, более походя на собаку, которая наконец-то дождалась хозяина.
— Изи, ты спасла его! Черт возьми, спасла! — меня чуть было не повалил в беспамятство аромат его нечищенных зубов.
— Ну так я думала, что ты итак в курсе. Вас же вовремя выселили из отеля, — напомнила я.
— Да, но демон лишь сказал, что все идет к завершению. Никаких гарантий он не давал. Точнее предложил на ходу заключить сделку за информацию, но я отказался. А вчера вечером, уже пожалел об этом сотню раз. Я ж похоронил вас!
— Похоронил? — удивился Себастиан, вновь разминая шею и грудь.
— А почему ты думаешь я решил употребить? — нашел оправдание своему поведению Француа.
— Ну может потому, что ты часто это делаешь? — вставая, огласил мою мысль мой спутник.
— Да как ты смеешь… — начал было Франсуа, но его брат просто протянул руку вперед, как бы говоря: «Стоп, хватит спорить».
— Давай не будем омрачать нашу трезвую встречу выяснением отношений. Все же мы давненько с тобой не виделись, — заходя в коморку под названием «уборная», заключил Себастиан. — Видишь ли, кое-кто из нас торопится, а ты вчера как бы между делом, и да-да, я имею виду между громкими выкриками, брат, значит, упомянул, что кое-что интересное выяснил для Изи.
Потом послышалось, как Себастиан умывается. Мне это напомнило о том, что мне тоже не помешает привести себя в порядок.
— Итак, — высунув голову из дверного проема, спросил Себастиан. — Чем порадуешь Изи, Франц?
Экс-метрдотель все еще не мог насмотреться на своего братца. И не удивительно, им столько всего надо было бы и обсудить, и вспомнить. Однако Себастиан будто предпочел поторопить время, будто это ему надо было быстрее исчезнуть из этого мира, будто это он хотел отставить меня поскорее в прошлом. Меня немного задело подобное поведение, особенно если учесть, что парой часов назад мы так славно нежились на подушках.
— Франц? Эй, Франц! — будто пробудил из забытья его Себастиан. — Так что ты выяснил?
— Ах да, — взял себя в руки мужчина, потирая слегка заросший подбородок. — К нам в последний момент подселилась одна ясновидящая или медиум, не важно, — отмахнулся Француа.
— Ведьма? — странно, что он не использовал наиболее знакомое слово в лексиконе.
— Нет. Хотя я тоже так ее спросил. Но она сказала, что во Фраумильер таковых не осталось. Однако она праправнучка некой Матильды, известной в их краях ведьмы. Ее в числе последних сожгли. Местные оказывается терпеть не могут магию и прочее. Тебе Себастиан это должно быть знакомо, учитывая, как каждые семь лет на тебя покушались.
Учитывая то, что Себастиан до сих пор находился за тонкой перегородкой под названием дверь, то предположу, что он кивнул в ответ.
— Итак, эта же дамочка, ясновидящая, сказала, что видела по рунам тебя, Из.
— Меня? — удивилась я.
— Да. Правда она просто назвала тебя, как и во всех известных написаниях «ведьмой из иного мира», но речь однозначно шла о тебе.
— И что она увидела?
— Она сказала, э-э-э, сейчас-сейчас, дай вспомнить. Ах да, вот!
«Дорога домой лежит в твоих руках.
В середине, в полях ты найдешь нужный путь.
Однако не забудь, что не одной нести тебе сей труд.
Тот, кого спасла ты, поможет преодолеть бремени грусть».
Как-то так. Вроде бы, — Француа смотрел на левый угол потолка, словно там были написаны строки из стиха.
— Опять загадки, господи! — буркнул Себастиан, выходя из ванной.
Он побрился и стал будто моложе на пару лет, и что уж греха таить — привлекательнее на процентов восемьдесят.
— Подкинуть тебе бритву? — предложил он брату, — а то еще немного и тебя спутают с диким зверем из Лонгстона или Сноуленда.
Ах, как удобно, наверное, иметь всякую полезную мелочь в карманах. Мне же сейчас не помешала бы зубная щетка!
Француа ничего не ответил на его реплику. Оно и понятно, у него было дико-плохое состояние и бритье сейчас стояло где-то в самом внизу его потребностей.
Я взяла лист буклета с тумбочки, карандаш и попросила его повторить слова ясновидящей.
Так, несколько раз перечитав его, я начала понимать суть сказанного.
— «Тот кого спасла я» — здесь однозначно говорится о тебе Себастиан, — сообщила я свои умозаключения. — Ты должен перейти в мой мир? Со мной? Э-э-э…
— Тебя это смущает? — подсел он на подушки рядом.
— А тебя нет? Ведь ты только что, можно сказать, вернулся к жизни. И тут навсегда исчезнуть из родного мира вместо со мной. Ты же понимаешь, что обратной дороги не будет? — пыталась вразумить я мужчину.
— Да, я в курсе, — ответил он.
— Ну, а как же Француа? — он в это время находился в уборной и скорее всего не слышал нашего тихого разговора, справляя нужду.
— Он справится. Я уверен, — пожал плечами Себастиан.
— Почему? Ты даже не спросил его.
Я действительно не хотела, чтобы Себастиан поступал опрометчиво лишь на чувстве влюбленности или что он там чувствовал сейчас ко мне.
— Я обещаю поговорить с ним, — кивнул он, задумавшись. — Но ты тоже должна понимать, что это мой выбор. А я выбираю тебя, Из.
Это были прекрасные слова, они грели мне душу, но в душе я надеялась, что брат вразумит своего слишком эмоционального родственника.
— Но я все еще не понимаю основную часть сего послания. Что значат «дорога домой лежит в твоих руках. В середине, в полях ты найдешь нужный путь». При чем тут мои руки и поля, еще и их середина?
Себастиан задумался. Спустя минуту мы одновременно остановились взглядом на моей дорожной сумке, откуда торчала…
— Книга заклинаний Аурелии! — вскрикнули мы оба.
Из ванной послышался приглушенный «бум». Может Француа там уснул, и мы его разбудили?