Бугг-Шаш не был глупым. Он сразу почувствовал мои намерения. Пока Яна пыталась уснуть в темной спальне, я слышала и видела, как он бурлит в оккупированной комнате. Щупальца беспрестанно двигались и перекручивались. Я начала потихоньку доставать кости из-под ванной. Монстр немного замедлился и стал взволнованно наблюдать за мной. По крайней мере, я оценивала его дрожание и вибрации как волнение.
В спальне что-то творилось, я почувствовала это вибриссами. Бросив ритуал, я поспешила к Яне. На стене над ее головой образовалось гигантское маслянистое пятно. Как Бугг-Шаш проник через стены в спальню, миновав меня?! Из пятна медленно сочился призрак прошлого. Но в этот раз он был не такой, как обычно. Чернота длинными липкими нитями тянулась от стены и спускалась к полу. Руки фантома тянулись к голове Яны, и та во сне испытывала боль. Неужели Бугг-Шаш может управлять призраками?!
Я могучим прыжком атаковала пришельца. Тот безмолвно взмахнул руками и швырнул меня через кровать. Его живот надулся пузырем и лопнул. Он отделился от стены и рухнул на Яну, лишенный ног, заливая кровать своей масляной жижей. Я взлетела на одеяло и принялась драть когтями тьму, которая поглотила моего человека.
– Черт возьми! – закричала Яна не своим голосом.
Она резко села на кровати и посмотрела на меня. Она выглядела совершенно чужой, будто другой человек. Я инстинктивно съежилась и отступила назад.
– Пошла вон, тупица! – выплюнула она со злобой и сильно пнула меня. Я отлетела в стену, не понимая, что происходит.
Не на кого было рассчитывать, кроме себя. Я приподнялась и в отчаянном рывке прыгнула на выключатель, стараясь держаться подальше от Яны. Зажегся свет. Щупальца вокруг вспучились и втянулись обратно в стену. А половинка призрака изогнулась, затвердела и испарилась. Впрочем, грязное пятно на стене никуда не делось.
– Ртуть… – услышала я слабый голос Яны.
Она сидела на кровати, потерянная и несчастная. Но я не спешила к ней. На самом деле я отвернулась и убежала, не в силах забыть ее злобный крик.
– Ртуть, постой, – плаксиво позвала она. – Прости меня!
Но я уже была под ванной. Яна долго плакала, звала меня, скребла пальцами по кафелю и заглядывала в отверстие. Даже гремела кормом. Но я свернулась в дальнем углу, чтобы ничего этого не слышать и просто не быть.
Глава седьмая, в которой предки смотрят на меня
Я не могу поверить, что Бугг-Шаш может управлять призраками! Такой информации нигде нет! Надеюсь, ты не обижаешься на Яну. Очевидно, она действовала не по своей воле. Люди слабы, демоны могут овладевать ими.
Что мне делать? Яна нашла кости и выбросила их. А эту ночь мы точно не переживем. Как только стемнеет, он выпустит этих черных призраков!
Спокойно, я думаю!
Яна ушла ранним утром. Она была сама не своя: вся посеревшая и скованная. Ее лицо изменилось и стало словно вырезанным из камня. Вся квартира превратилась в одну сплошную грязную яму. На стенах, на полу и на потолке зияли черные масляные пятна, в которых я угадывала растянувшиеся гримасы призраков.
Мне уже даже не было страшно. Я ходила по квартире, бесцельно проверяла все углы, уныло поглядывая, как на зеленых светящихся часах меняются цифры. Скоро они сложатся в рисунок, после которого наступит вечер.
Ртуть, ты тут?
Да.
Яна все-все выкинула?
Да.
А ты на каком этаже живешь?
На девятом.
А Яна окна закрывает?
Предлагаешь выброситься?
Хорошая идея, но нет)))) Ты можешь заманить птицу.
Что? Зачем?
Замани птицу и принеси ее в жертву. Я серьезно.
Как ты себе это представляешь?
Ну, не знаю. Примани их вкуснятиной, спрячься, а потом – цап-царап!
Ты же понимаешь, что это почти безнадежный план?
Ртуть, милая, я понимаю. Но время на исходе! Я пока вижу это единственным шансом.
Я просто закрыла ноутбук. Не потому, что мне не нравилась Эстер, просто уже не было сил. Солнце скоро сядет, и мы помрем. На меня могут обижаться сколько угодно.
Войдя на кухню, я недоверчиво посмотрела в окно. Действительно ли стоит попробовать? Все равно нечего делать, а так хоть скоротаю время до неминуемой смерти. Тупых птиц, как назло, не оказалось рядом. Я осмотрела всю округу, снуя по подоконнику. Под крышей не было никакого движения. Внезапно несколько серых пятен пролетели за стеклом мимо меня. Может, они заинтересуются, если я и правда принесу вкусняшку? Что вообще любят голуби?
Я напрягла память. Вроде бы Яна когда-то давно крошила батон на карниз за окном. Бесполезный хлеб для бесполезных летающих крыс. Яна хранила белые буханки в шкафу под очень тугой дверцей. Не знаю, сколько мне пришлось стоять на задних лапах, пока я пыталась подцепить ее когтями передних, но мои подушечки лап скользили по гладкой белой поверхности. Наконец я протиснула одну лапу внутрь. Затем по глупости стала совать в образовавшуюся щель морду, и дверца чуть не придушила меня!
Вот была бы потеха: Яна приходит, а из шкафа свисает серая колбаса. Я разглядела внутри шелестелку с хлебом и схватила ее зубами. Уперлась лапами, чтобы меня не раздавило окончательно, и стала тянуть. Голова-то вынырнула, но хлеб застрял, причем намертво. Тогда я стала ворошить шелестелку зубами и когтями, чтобы добраться до приманки. И вот белые куски посыпались на стол и пол.
Собрав ломтики безвкусного батона, я снесла их на подоконник и стала делать вид, что беззаботно играю с едой. Будто бы я смогла хоть когда-нибудь такое съесть. Но я знала, у птиц хорошее зрение. Иначе зачем их жирные, уродливые серые тушки