— Сынок! — воскликнул он, раскинув руки. — Вернулся!
Но вдруг, с громким радостным визгом, его обогнала шустрая девчонка лет четырнадцати и бросилась на шею Гоблы, крепко его обняв.
— Дядя Гобла! Я так ждала! — закричала она, уткнувшись носом в его плечо. — Я каждый день смотрела на вход в туннель и думала: «Вот сейчас он появится!»
— Нала? — удивлённо пробормотал Гобла, обнимая племянницу. — Как же ты выросла! Совсем невеста уже стала! Он отстранил её, разглядывая с улыбкой. — И коса — вон какая длинная!
— А ты всё такой же лохматый! — засмеялась она, отстраняясь и разглядывая его с восторгом. — Я тебе столько историй накопила — будешь слушать?
— Обязательно буду, — улыбнулся Гобла, погладив её по голове. — Только сначала надо с отцом поговорить.
Нала понимающе кивнула и выпустила любимого дядьку из объятий. Её заинтересованный взгляд скользнул по гостям, задержался на мрякуле, потом переметнулся к остальным. Наконец, её глаза остановились на высоком и плечистом подростке.
— Калин? — не веря своим глазам, спросила Нала и почему‑то тут же покраснела. Она отпрянула от Гоблы и нервно поправила свои одежды, словно вдруг осознала, что выглядит не так, как хотелось бы.
Ворн расплылся в улыбке.
— Привет, Нала.
Казалось бы, простые слова, и ничего такого, но девушка зарделась ярче мака и, потупив глазки в пол, тихо, с хрипотцой в голосе ответила:
— Привет…
Дед Карман подошёл ближе, обнял сына, поздоровался с гостями и, положив руку на плечо Ворна, тихо сказал:
— Рад, что ты цел. Мы уж думали… — Его голос дрогнул, но он быстро взял себя в руки. — Всё позади, да?
— Всё в порядке, отец, — перебил его Гобла, стараясь не показывать, как дрогнул и его голос. — Все живы‑здоровы. И даже с трофеями. — Он подмигнул Профу, который с неподдельным интересом рассматривал все вокруг.
Ворн молча кивнул Карману, подтверждая слова Гоблы.
— Ну что ж, — хлопнул в ладоши дед, — раз всё отлично, давайте‑ка к костру. Есть что отметить. А ты, Нала, беги скажи, чтобы накрывали на стол. У нас сегодня праздник!
Девочка, бросив короткий взгляд на Ворна, кивнула и чинно пошла в сторону женщин, но стоило ей скрыться за ближайшим жилищем, как раздался звонкий и радостный девичий возглас:
— У нас праздник! Гобла вернулся! Все к костру!
Вокруг тут же началось движение — люди откладывали дела, собирались группами, переговаривались, улыбаясь. Кто‑то уже нёс кувшины с водой и еду, кто‑то расставлял низкие скамейки, кто‑то развешивал разноцветные лоскуты ткани, превращая обычное место сбора в праздничное пространство. Дети забегали туда‑сюда, за детьми радостно насались щенки стрикунов и щенки снуфоф, путаясь под ногами. Дети радостно передавая поручения и помогали чем могли, старики одобрительно качали головами, а молодёжь перешёптывалась, разглядывая гостей.
Кирилл, наблюдая за этой суетой, тихо сказал Ворну:
— Никогда бы не подумал, что здесь может быть так… по‑домашнему. Словно и не в подземелье вовсе, а в обычном селении.
— А ты хламиду свою надень, и всё изменится, — едко подколол Ноэль, не упустив момента. Он ухмыльнулся, глядя, как Кирилл машинально оправил свою потрёпанную куртку.
Кирилл же только усмехнулся и покачал головой:
— Ладно, шутник. Смотри, только язык свой за зубами держи.
В этот момент к ним подошёл один из меченых — высокий, с шрамом через всё лицо. Его движения были плавными, уверенными, а взгляд — острым, но не враждебным.
— Добро пожаловать домой, родич, — произнёс он, протягивая руку Ворну.
Когда тот, с изумлением на лице, пожал её, Хузар притянул парня к себе резким рывком и коротко обнял, хлопнув по спине.
— Ну вот. А то как не родной. — Он хищно оскалился.
— Я — Хузар, помощник Алексия. Друзья Ворна да будут приняты по всем законам гостеприимства. Да не прольётся кровь.
— Да не прольётся кровь, — ответили Ворн и Кирилл одновременно. Остальные, чуть замешкавшись, но быстро сообразив, что к чему, повторили приветствие меченных.
Борг подошёл ближе к Ворну и, чуть склонившись к уху парня, тихо спросил:
— Ты ему родственник? Чего ещё я о тебе не знаю? — Он усмехнулся, но в глазах читалось искреннее любопытство.
— Долгая история, — ответил пар
Глава 31
Нала сидела в стороне, наблюдая с тоской, как соплеменники готовятся к дальнему походу. Её огорчало не столько отъезд десятка лучших бойцов, не даже то, что любимый дядька, едва вернувшись после долгого отсутствия, снова покидает дом — вместе с ним уходит и дедушка. Но больше всего её терзала мысль, что среди уходящих будет Ворн.
Уже битый час Нала упрашивала деда взять её в поход — ведь она лекарка, знает травы и владеет даром исцеления. Но все доводы разбивались о спокойную уверенность старика.
— Девочка моя, — мягко произнёс дед Карман, ласково погладив внучку по голове, — в отряде уже трое лекарей. А в поселении остаёшься только ты. Ты — единственный целитель и для нашего народа, и для меченных.
— Но, деда! — не сдавалась Нала. — У меченных есть Вьюж! Он тоже лекарь, и куда опытнее меня.
— Лекарь лекарю рознь, — усмехнулся дед, хитро прищурившись. — Не смотри на годы. Оценивай по таланту и опыту. Вьюж отлично справится, если нужно вправить кость или обработать рану от когтей и зубов. Но если вдруг кому‑то предстоит рожать, или начнётся желудочная хворь, или горячка, а то и вовсе — не дай боги — эпидемия? Кто тогда поможет?
Нала помрачнела, осознавая правоту его слов.
— Верно, дитя, — продолжил дед, — кроме тебя некому. Ты уже превосходишь меня в знании целебных трав и силе дара — и это в четырнадцать лет! Подумай, какой целительницей ты станешь, когда полностью раскроешь свой потенциал.
Девушка опустила взгляд, понимая неизбежность разлуки.
— Ты — наше самое ценное сокровище, — твёрдо сказал старик. — В поселении нет никого важнее тебя. А ты рвёшься на войну…
— Лучше бы я была обычной, — едва слышно прошептала Нала.
— Не говори глупостей, — дед покачал головой, вновь проводя рукой по её волосам. — Если судьба