Глава 22
Амалия
Егор сверлит меня задумчивым взглядом, затем его губы изгибаются в насмешливой улыбке.
— А что, если я не соглашусь на твои условия?
— Можно подумать, ты со всеми своими любовницами заводил серьёзные отношения. — Не удержалась от язвительного замечания. Внутри меня с каждой секундой разрасталось необъяснимое раздражение.
Ну зачем он так всё усложняет?
— С тобой меня не устроит обычная интрижка. Я хочу, чтобы ты стала моей во всех смыслах этого слова. Мне нужна ты вся, и вовсе не на пару ночей.
От этих слов меня на мгновение бросило в дрожь. Всего лишь на мгновение, но всё же.
В полумраке загорелая кожа мужчины, сидящего напротив, кажется совсем смуглой, особенно на контрасте с белой тканью рубашки. Лёгкий тёплый ветерок услужливо принёс ко мне терпкий древесный запах мужского парфюма. Судорожно втянула носом соблазнительный аромат, надеясь, что он не заметит, как меня ведёт от его присутствия.
— Ты слишком многого хочешь, я не могу тебе этого дать. — Произнесла я, приложив неимоверные усилия, чтобы голос звучал как можно ровнее и увереннее. — Либо бери то, что предлагаю, либо сегодня же съезжай из моего дома. Если это не сделаешь ты, уеду я. Ты же понимаешь, что я не блефую.
Всё равно с его появлением в доме, я не могу полноценно ни работать, ни отдыхать. Так может действительно вернуться в город? От греха подальше…
— Что ж, тогда получается, это наш прощальный ужин. — Невозмутимо произнёс Егор, не сводя с меня насмешливого взгляда. — Приятного аппетита.
Я попыталась скрыть своё разочарование за притворной улыбкой, похожей на оскал, когда официант, появившийся неизвестно откуда и поставил передо мной гастрономический шедевр, судя по запаху и виду.
Ну разве нормальный мужик откажется от ничего не значащего секса? Конечно, нет! Значит Егор точно какой-то неправильный.
На черта ему я? Сомневаюсь, что после смерти его жены он испытывал нехватку женского внимания. Так что ему мешает развлечься и со мной тоже?
В моей жизни сейчас так всё спокойно, размеренно, я не хочу кидаться в омут с головой и сходить с ума от любви, чтобы в конце концов разочароваться и быть растоптанной. А потом месяцами, а то и годами собирать себя по кусочкам. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на бесполезные страдания. Уж я это не понаслышке знаю.
Никто не знает, какой день в его жизни последний и проснётся ли он следующим утром.
— Раз ты так решил, значит прощальный. — Наконец выдавила из горла, сдавленного невидимым комком. — Приятного. — Почти злобно прошипела.
Ела я без особого аппетита. Названия изысканных блюд, приготовленных одним знаменитым шеф-поваром из московского ресторана, приглашённого специально для нашего «романтического» ужина, даже не оседали в моей голове.
А Егор так расстарался, чтобы меня поразить.
Я неохотно съедала небольшой кусочек очередного шедевра, делала бесцветный комплимент «восхитительному» вкусу блюда и изредка перебрасывалась ничего незначащими фразами с Егором, у которого насмешливая улыбка не сходила с лица даже во время еды.
Да, признаю, меня задел его отказ. Не люблю, когда всё идёт не так, как я хочу. Нет, я не капризная, просто… очень упрямая. И если не получается с первого раза пробую снова и снова, пока не добьюсь желаемого.
Но в этот раз даже не представляю, как добиться своего. Не силой же брать быка за рога. Мне ни разу не приходилось добиваться внимания мужчины. Костик сам за мной бегал, а после него у меня никого и не было.
Не сдержала мечтательную и слегка зловещую улыбку, когда представила, как я безжалостно сметаю все эти деликатесы на пол, ползу к Егору через весь стол…
Хотя… стол не такой уж и большой, чтоб по нему ползти. Ну ладно, тогда просто взбираюсь на колени ошалевшего таким напором мужчины и усердно «добиваюсь своего».
— И что тебя развеселило? Расскажешь?
— Да так, ничего. — Моментально осеклась, изо всех сил пряча улыбку. Правда до конца этого сделать так и не получилось.
— Едем обратно? — Заметив у меня отсутствие аппетита, Егор понял, что еда меня вовсе не впечатлила. Нехотя кивнула, стараясь делать вид, что не замечаю плотоядного взгляда, блуждающего по моему телу. Ведь хочет того же, что и я, ну чего выделывается? — Сегодня соберу вещи, завтра съеду.
Я равнодушно пожала плечами, молчаливо соглашаясь с его решением. М-да, вечер прошёл совсем не так, как я планировала.
Неторопливо встала, будто нарочно слегка оголив при этом бедро. Не только он может дразнить. Пусть видит от чего он так опрометчиво отказывается.
Проходя через зал, Егор даже не попытался ко мне приблизиться, но его пристальный взгляд прожигал открытую его взору спину. Всё-таки я выбрала удачное платье. Жаль, что результата я так и не добилась.
В лифт я прошла первая, и всё также не поворачиваясь лицом к Егору, вперила взгляд в прозрачную стенку лифта в надежде, что вид на ночной город отвлечёт меня от почти осязаемого испепеляющего взгляда. Но я просчиталась. На улице совсем темно и вместо ночного города я наткнулась на отражение по-хищному заострённых черт лица мужчины.
Его голодный взгляд медленно ползёт от поясницы к лопаткам, очерчивает изгиб шеи и через мгновение его горящие лихорадочным блеском глаза встречаются с моими.
Низ живота словно простреливает невидимой молнией.
Удивительно, что творит со мной всего лишь взгляд Егора. Что же будет, если он меня коснётся?
От этих мыслей горячая волна, зародившаяся внизу живота, обдала жаром каждую клеточку моего тела, оседая на вмиг покрасневших щеках. Моя грудь тяжело и часто вздымается, отчего ткань платья натягивается на моих скромных округлостях. Воздуха катастрофически не хватает.
Не смотря на бешено колотящееся сердце, которое, кажется, скоро пробьёт грудную клетку, сама я не в силах не то, чтобы пошевелиться, даже отвести взгляд от горящих безумным желанием глаз.
Наше столкновение глазами сродни мучительной пытке. Но я не нахожу в себе силы прекратить это. Мало того, у меня нет ни малейшего желания прерывать эту изощрённую, но такую сладкую муку.
Словно в замедленной съёмке, Егор плавно приближается, жар его тела постепенно окутывает меня в невидимый кокон. Исходящий от него запах заставляет жадно втягивать воздух носом.
Мы всё ещё плавимся в наших обоюдно голодных взглядах. Егор кладёт свою руку мне на живот и требовательно прижимает меня к своему горячему телу, которое