Это было невыносимо.
Вскочив, я выбежала на улицу, села перед бассейном и разрыдалась. Мой телефон разрывался в кармане худи, я не реагировала. Я знала, кто звонит. Ник не успокоится.
Вечер был в самом разгаре. Лампы вдоль дорожек горели мягким светом, и вода в бассейне тихо колыхалась, отражая их, словно разбросанные по поверхности огоньки. Иногда по ней пробегала лёгкая рябь — тёплый ветерок касался воды и уносил запах хвои из тёмного сада.
Резким движением я сняла худи и отбросила его на соседнее кресло вместе с телефоном. Мои руки стали обнажены, на мне остался короткий топ на бретелях. Было достаточно тепло, я не мёрзла.
Деревья вокруг стояли почти чёрными статуями. Огромный дом позади меня с поднятыми стенами казался пустым и чужим. Тёмные проёмы смотрели в ночь, как раскрытые пасти.
Я сидела на мягком пуфе, подтянув колени, слёзы сами катились по щекам. Я не стеснялась плакать вслух, как маленькая девочка. В этот момент мне было не просто страшно от собственных мыслей. Было бесконечно тоскливо.
Огромный дом. Чужая страна. Ночь. И я — совершенно одна.
Всхлипнув ещё раз, закрыла лицо ладонями и на мгновение стихла.
А потом почувствовала… прикосновение.
Это не ветер. Не воздух. Чья-то ладонь осторожно коснулась моего плеча.
Я замерла, не в силах шевельнуться. Слёзы застыли в глазах. Я сглотнула. Да я чётко ощущала это касание. Лёгкое и почти невесомое, но это было оно.
Медленно опустив руки, я повернула голову.
Райан стоял рядом. Его светлые волосы трепал ночной ветер, но как это возможно? Мне казалось, призраки настолько неосязаемы, что ветер проходит сквозь них. Или это иллюзия?
Я смотрела на него, не веря, что только что почувствовала его руку.
— Райан… — прошептала я.
— Твоя боль передаётся мне, София. Ты такая настоящая.
Я моргнула.
— Райан, твоя рука… я её чувствую. Сегодня ты смог сбросить вазу… Ты…
— Ты даёшь мне силу. Теперь я прихожу не только ради того, чтобы просить помощи. Я хочу охранять тебя…
Я снова заплакала.
— Почему, Райан? Почему ты умер, чёрт тебя возьми?
— Наверное, только так мы могли встретиться. — Финч приблизился. Ни запаха, ни дыхания. Только человеческие очертания. Мой взгляд упал на его губы. Призрак улыбнулся. — Я ждал такую женщину, как ты, всю свою жизнь. И я счастлив, что хотя бы увидел тебя.
— Замолчи, слышишь? — задыхаясь от рыданий, прошептала я. — Не смей мне это говорить.
— София…
— Ничего не говори. Пожалуйста. Пожалуйста! — крикнула в отчаянии и забежала в дом.
Села за пианино и начала играть громкий марш. Остервенело била по клавишам, стараясь не смотреть по сторонам.
Здесь только я и музыка. Я и музыка.
Я… и музыка.
Глава 29
Шли секунды, минуты… Ночь накрыла виллу своим покрывалом, но я до сих пор не закрыла стены. Прохлада врывалась в дом, а я сидела за пианино, наигрывая разные мелодии. В какой-то момент закрыла глаза и услышала мелодию, которую сыграю вот уже через каких-то два дня.
Пальцы коснулись клавиш. Я запела. Мелодия шла ровно, сердце пело вместе со мной.
Ты тот, кого я люблю.
Но я должна сказать прощай.
Спев эти строчки, я усилила мелодию. Это было больно, ведь текст Райана в точности описывал мои чувства. Я запела припев и в тот же момент ко мне присоединился голос. Лёгкий, мелодичный голос дополнял меня, создавая гармонию. Мы пели вместе, хоть и не совсем вместе: он — призрачный, а я — настоящая. Каждая нота вибрировала в воздухе. Наши зрители — деревья в открытых стенах дома, которые качали свои ветви в такт музыке.
На секунду я остановилась, замерла, и сердце будто остановилось. Райан смотрел на меня, как живой, а в глазах читалась мольба — продолжим.
Мелодия вернулась. Мы спели до конца.
Я поразилась тому, насколько звук его голоса так точно переплетался с моим. Только я знала, что этому дуэту не быть. Это всё равно, что воображать себе партнёра. Призрака никто не услышит, кроме меня.
Но пока мы пели, пока музыка жила между нами, это было волшебством. И на одну ночь — только на одну — весь мир принадлежал нам двоим.
— Думаю, ты готова, — заключил Райан, когда я замолчала и неподвижно сидела, глядя в одну точку.
— Спасибо, — хрипло ответила.
— Я знаю, о чём ты думаешь. И просто хочу, чтобы ты знала. Даже когда я уйду, не оставлю тебя. Потому что буду жить в твоей памяти. Мой дом, моя музыка будут сопровождать тебя. Если я скажу тебе «не волнуйся» или «не плач», ты ведь всё равно будешь волноваться и плакать. Это не остановить. Вот почему говорят, что мир жесток и несправедлив. София, просто оставайся живой.
Это не моё воображение. Райан был в самом деле настоящий. Он говорил вещи, которые я сама не стану говорить и, тем более, думать о них. Он уронил вазу в доме Ника. Он коснулся моего лица. Он призрак. Не выдумка. И я только что спела с ним дуэтом — сделала то, о чём мечтала.
Я снова потревожила Лесю в пять утра.
На этот раз она была очень возмущена.
— София? Ты знаешь, сколько у меня времени? Чёрт, мне на работу через два часа вставать.
Я забралась в кровать в пижаме и некоторое время наблюдала за силуэтом Райана в темноте. Образ призрака был светлее, чем очертания мебели, и он плавал туда-сюда. Я притворилась, что засыпаю, и через некоторое время он исчез. Тогда я и решилась на звонок подруге. Я просто не могла держать всё в себе.
— Мне надо, чтобы ты меня выслушала и назвала чокнутой. Больше не могу это скрывать, Леся. Я правда сумасшедшая.
— Что ты несёшь? — подруга начала просыпаться.
— Я выступаю через два дня на конкурсе. И знаешь, чью песню буду петь?
— Почему мне кажется, что это Райан Финч?
— Да. Но не его старые песни, а ту, которая никогда нигде не звучала.
Леся выглядела растерянной.
— Он сам мне её дал, — бросила я и замолчала, ожидая реакции.
— Райан Финч воскрес и дал тебе песню?
Я быстро встала и включила в комнате свет.
— Ты спрашивала, где я живу? Смотри. — Я принялась ходить по дому и показывать комнаты, затем вышла на улицу к бассейну, зажгла фонари и показала подруге весь шик, на который у меня никогда не хватило бы денег. — Это его вилла. Я живу