Вдогонку им понесся полный ненависти и отчаяния крик:
— Будь ты проклят! Не будет тебе счастья без меня, обещаю!!!
Молодой человек даже не замедлил шага, а его слуга начал дрожать. Проклятье умирающей аристократки дико его испугало.
Он предпринял последнюю попытку уговорить хозяина:
— Господин, Оракул покарает нас, если мы оставим её так…
— Замолчи, — шикнул на него аристократ. — Она пожинает то, что посеяла. Она выбрала смерть, когда должна была выбирать жизнь. Она выбрала злую жестокость, когда должна была выбирать милосердие. Если небо покарало её, в этом нет нашей вины. Мы не сможем ей помочь. Мы не сможем помочь никому. Уйдём, пока зараза не распространилась дальше.
С этими словами он покинул поместье и снова забрался на холм. По лицу его нельзя было понять ничего: он казался бесстрастным и ледяным. Слуга с ужасом подумал, что сердце молодого господина — в прошлом доброго и милосердного — превратилось в настоящий лёд.
На самом деле он не знал, как всё рвется у него внутри, потому что впервые в жизни Юрий Александрович поступал против совести. Но спасать чудовище он не намерен. Сколько ещё людей она погубит, если останется жива? Нет. Пусть будет так, как решили небеса…
* * *
Наше время и наш мир…
Я сняла очки и устало протёрла глаза.
Боже, уже почти полночь, а я всё ещё на работе. Поднялась со стула, поморщилась от боли в спине. Всё-таки, когда тебе вот-вот стукнет пятьдесят, тело уже превращается в какой-то кисель. Я просидела за этим столом часов шесть подряд — неудивительно, что всё затекло.
Во всем виновато моё увлечение медициной.
Окинула взглядом кабинет — настоящее логово доктора медицинских наук. С самого детства моей страстью были исследования. Мне непременно хотелось изучать хоть что-нибудь, разбираться, искать. Потом я поступила в медицинский и… влюбилась. В саму идею — создать нечто особенное, создать то, что спасёт другие жизни. Это и определило мою дальнейшую судьбу.
Личная жизнь не сложилась, хотя замужем побывать успела. Своего мужа очень любила. Мы познакомились ещё студентами в медицинском университете, поженились. Но детей так и не получилось. А потом он, лет через десять, ушёл — к молоденькой студентке. Она ему уже двоих родила. Это был удар. Это была боль.
Но мои любимые исследования помогли забыть и об этом. Я поняла, что не создана для личной жизни, для этих романтических отношений, которые теперь считаю полной чушью. Лучше уж сосредоточиться на том, как сделать этот мир хоть немного лучше.
Схватила со спинки стула сумку. Да уж, она со мной уже лет десять. Пора бы поменять, но я так к ней привыкла.
Распечатала картонную коробку и начала вынимать оттуда целые пачки таблеток, складывая их в сумку. У этих лекарств срок годности заканчивался через месяц.
Обычно я забирала такие препараты домой. Их списывали заранее, поэтому они годились только на утилизацию. Раздавала соседям — конечно, объясняла, как правильно их принимать. Отдавала неимущим. Понимала, что это, может быть, не совсем правильно, но лекарства сейчас непомерно дорогие. А у соседей беда: почти все заболели. Большая семья, человек пятнадцать — им эти антибиотики точно пригодятся.
Набив сумку таблетками под завязку, я едва её застегнула. Схватила куртку и поспешила вниз.
Сторож уже дремал. Я разбудила его, поздоровавшись.
— Елена Николаевна! — спохватился он, пытаясь улыбнуться и поправляя фуражку. — Всего доброго. Сегодня вы что-то задержались дольше обычного.
— Да, бывает, — ответила я. — Спокойной ночи.
Он смущённо пожелал мне того же и замкнул за мной дверь.
На улице было холодно. Поток машин хоть и поредел, но всё ещё был довольно плотным.
Я свернула на аллею, пошла вперёд и, как всегда, задумалась. Меня очень интересовали последние разработки одного учёного — Говоркова Павла Степановича. Он работал над новым типом клеточной терапии, которая, по слухам, могла восстанавливать даже погибшие ткани. Я с нетерпением ждала его следующей публикации.
Свернула за угол, остановилась перед пешеходным переходом. Взглянула на светофор и, когда зажёгся зелёный, пошла.
Да, знаю. Мама с детства вдалбливала: даже если горит зелёный, обязательно посмотри налево и направо. Но я не посмотрела. Слишком глубоко погрузилась в размышления о чужих исследованиях.
Визг тормозов. Удар. Боль. Провал — в пустоту.
Господи, что это??? Как такое вообще возможно??? Я так много в жизни не успела…
Не знаю, сколько я пробыла в этой пустоте, но очнулась от ужасной ломоты в теле. Было холодно. Так холодно, что я задрожала, начала клацать зубами и попыталась открыть глаза.
Когда открыла, то уставилась на странный потолок с лепниной.
«Где я?.. В больнице?» — подумала удивленно, но обнаружила, что лежу не на койке, как положено, а на полу рядом с кроватью. Мне стоило огромных усилий сесть.
Огляделась — и обомлела. Комната напоминала спальню какого-то аристократа позапрошлого века: высокие окна с тяжёлыми шторами, резная мебель, фарфоровые кувшины, камин с потухшими углями.
— Я что, сплю? — пробормотала недоуменно. — У меня галлюцинации?
С трудом поднялась, но, взглянув на свои руки, застыла. Тонкие пальцы, идеально гладкая кожа — совсем не такая, как у меня была. Я заметалась по комнате, как птица в клетке. Увидев зеркало, шагнула к нему… и ахнула.
Передо мной стояла я — но совсем другая. Очень молодая, лет двадцати, не больше.
Длинные золотистые волосы, густые и тяжёлые, опускались до пояса. Глаза покрасневшие, на щеке — ссадина, но лицо идеально красивое, прямо-таки кукольное. Нет, я погорячилась. НАСТОЛЬКО красивой я никогда не была…
А платье… Боже, что это за платье? Изумрудно-зелёное, с белоснежными кружевами — как у аристократических барышень XIX века.
— Я сплю. Точно сплю! — прошептала я, уже готовая рассмеяться. — Надо же, какими яркими бывают сны…
Но в этот момент дверь резко распахнулась, и на пороге появилась бледная, растрёпанная молодая девушка.
— Госпожа! — закричала она отчаянно. — Мы умрем! Все умирают!!!
Я замерла. Кто-то умирает? Я должна помочь! Я ведь кандидат медицинских наук!
Инстинкты спасителя человечества заработали на полную катушку…
* * *
Дорогие читатели! Представляю вам свою новинку! Героиня не просто медик — она фанатка медицины. А еще она в теле настоящей злодейки. Что она накуролесит в этом мире? Оставайтесь со мной и узнаете)))
Глава 2 Моя сумка!
В спешке я даже не замечала, по каким коридорам бегу. Однако вскоре споткнулась взглядом о лежащее неподалёку тело. Это был немолодой мужчина в сером