Юрий Александрович понимал, что она права. Что она пошла на риск лишь для того, чтобы продолжать великое дело милосердия. Но боль и страх всё ещё клокотали в груди.
Он стянул с неё тяжёлые сумки, обнял и прижал к себе.
— Больше никогда так не делай, слышишь? — прошептал аристократ дрогнувшим голосом. — Бери меня с собой. Я буду тебя защищать. Не позволяй мне больше никогда в жизни оставаться без тебя!
— Ладно, — прошептала Елена Николаевна, пряча лицо у мужа на груди. — Хорошо, обещаю. В следующий раз мы пойдём в мой мир вместе.
— Смотри, ты пообещала! — усмехнулся Юрий Александрович и облегчённо выдохнул. — Мы с тобой одно целое и никогда больше не должны разделяться.
— Хорошо-хорошо, — успокоила его Елена Николаевна. — Думаю, в моём мире тебе понравится.
— Мне понравится везде, где будешь ты, — ответил Юрий Александрович и поцеловал её в макушку…
КОНЕЦ
Экстра…
Обещание свое я исполнила. Когда в следующий раз закончились лекарства, я взяла мужа в свой мир.
Вошли в портал весьма осторожно, словно он мог испугаться нас так же, как мы — его. Юрий Александрович сначала держался уверенно, но это длилось ровно до того момента, пока пространство вокруг не наполнилось непривычным гулом, запахами и движением. Он замер, оглядываясь по сторонам, и я почувствовала, как его рука чуть сильнее сжала мою.
— Дорогая… — тихо произнёс он. — Почему здесь всё… шумит?
Я рассмеялась и потянула его за собой, стараясь идти по улицам города уверенно, будто не впервые привожу мужа в другой мир.
— Привыкай. Это ещё спокойный день. Машин совсем немного…
Он поднял голову, и его взгляд упёрся в высотки. Я буквально видела, как в его сознании рушится привычная картина мира.
— Мне кажется, — прошептал он, — что я умер и оказался в мире великанов. Эти странные дома… они ведь не крепости?
— Нет, — сквозь смех ответила я. — Просто люди моего мира любят экономят место. А может мечтают стать птицами, поэтому и забираются повыше!!!
Наблюдать за его ошеломлением было сплошным удовольствием.
В этот момент нас заметили. Компания знакомых остановилась буквально в нескольких шагах, уставившись на меня так, будто я сошла со страниц их фантазий. Да, это же девчонки из моей больнички. Мы с ними любили болтать о жизни в свободное от работы время.
— Ого, — протянула одна из девушек, Аня. — Ты что, помолодела лет на десять? Да и наряд… специфический.
Да, я же в платье а-ля 19 век!
— А это кто с тобой? — прищурилась Надька, критично разглядывая Юрия Александровича, одетого в нарядный камзол. Выглядел муж внушительно и сногсшибательно. Сапоги из кожи блестели, темные штаны плотно облегали мускулистые ноги, белоснежная рубашка выгодно оттеняла загорелое лицо.
Юрий Александрович мгновенно выпрямился, приняв тот самый безупречно серьёзный вид, от которого в моём мире обычно начинали нервничать и… очаровываться.
— Мой муж, — спокойно сказала я.
— Муж⁈ — хором выдохнули они. — Боже… настоящий принц.
— А почему вы так странно одеты? — добавила другая девушка, незнакомая мне. В носу у неё поблёскивало кольцо, которое привело моего супруга в недоумение.
Я махнула рукой.
— Считайте это нашим хобби.
Юрий Александрович рассматривал девушек с вежливым любопытством, словно пытался решить, какого они сословия. Обтягивающие лосины, пирсинг на лице, у одной из девчонок по шее вилась татушка. Наверное, он пытался понять, какой тайный культ они представляют. Когда девчонки, отшутившись и попрощавшись, ушли, он наклонился ко мне и ошеломлённо прошептал:
— Боже, дорогая… ты водишь такие опасные знакомства?
Я рассмеялась уже в голос.
— О нет! Они не опаснее юных служанок в нашем поместье. Это мода такая.
Он снова поднял взгляд на дома, на небо, рассечённое проводами и отражениями стекла, и медленно выдохнул.
— Чем дольше я здесь, тем сильнее мне кажется, что я попал в мир мифических существ. Здесь всё иначе!
И тут мимо нас пронеслись автомобили. Юрий Александрович вздрогнул, резко обернулся и уставился вслед движущимся машинам широко раскрытыми глазами.
— А где лошади? — воскликнул он. — Это магия?
— Нет, — ответила я, улыбаясь. — Двигатель внутреннего сгорания.
Он посмотрел на меня так, словно я только что произнесла заклинание высшего уровня.
— Но… — его глаза загорелись, — а у тебя есть карета внутреннего сгорания?
— Есть такси.
— Я хочу прокатиться! — заявил он с неожиданным воодушевлением.
Я рассмеялась и крепче сжала его руку.
— Тогда ловим такси, ваше высочество! Тебя ведь назвали принцем, ты помнишь? Добро пожаловать в мой мир…
Мы поймали такси почти сразу, и стоило машине тронуться, как Юрий Александрович буквально прилип к стеклу. Он не отрывал взгляда от улиц, от мелькающих огней, от людей, от других автомобилей, несущихся навстречу, и я видела, как в его глазах одновременно борются восторг и лёгкий ужас.
— Эта карета едет слишком быстро, — пробормотал он, но при этом даже не попытался отвернуться. — И без единой лошади… Невероятно.
Я только улыбалась, позволяя ему смотреть сколько угодно. Пусть впитывает. Пусть этот мир сам рассказывает о себе.
Когда мы вошли в подъезд моего дома, он насторожился ещё сильнее. Высокие потолки, бетон, эхо шагов — всё это явно не вызывало у него доверия. А когда двери лифта с металлическим лязгом сомкнулись за нами, он заметно вздрогнул, громко сглотнул и поёжился.
— Страшно? — замогильным голосом подвыла я, не удержавшись от шалости.
Юрий Александрович уставился на меня с таким изумлением, будто я только что призналась в тёмном колдовстве.
— Просто… тесно мне в этой движущейся комнатушке, — пробормотал он, настороженно поглядывая на потолок. — И она гудит. Мне это не нравится.
Лифт, к счастью, довольно быстро остановился, двери разъехались, и он явно выдохнул с облегчением, когда мы вышли на площадку.
Квартира ошеломила его по-своему. Он медленно прошёлся взглядом по комнатам, задерживаясь на каждой детали, на скромной мебели и бедной, по сравнению с привычной, обстановкой, и в его лице отразилось искреннее недоумение.
— Боже, дорогая… — произнёс он наконец. — Ты тут жила? Почему твои покои выглядят так… скромно?
Я притворно обиделась и упёрла руки в бока.
— В нашем мире жильё стоит весьма дорого, — заявила я. — А я, знаешь ли, не графиня!
Он смутился, поспешно извинился, а я, смеясь, увела его на кухню. Поставила чайник, мельком подумав о коммунальных и о том, что надо бы оплатить их, пока свет не отрезали, если я