— И мы теперь знаем, — Кристина вытерла слёзы. — Нам не нужно больше ждать. Мы можем просто… жить.
— Жить, — кивнула Ольга. — Как они и хотели.
Мы вернулись в комнату, зажгли свечи, открыли новую бутылку шампанского. За окном уже светало, и снег падал крупными хлопьями, укрывая город белым одеялом. Я смотрела на ёлку, на огоньки, на лица подруг, которые больше не были печальными, и чувствовала, как внутри разливается тихая, глубокая радость.
Они живы. Они счастливы. И мы будем жить. За них. За себя. За всех, кто нас любит.
Я взяла телефон, открыла заметки. Нашла то давнее письмо, которое написала в тот день, когда мы запускали небесные фонарики. Прочитала его, улыбнулась и добавила в конце:
«Я знаю теперь. Вы живы. Вы счастливы. И мы отпускаем вас. Не потому, что перестали любить. А потому, что любим так сильно, что хотим, чтобы вы были там, где вам хорошо. А мы будем здесь. И будем жить. Всегда ваши».
Я сохранила заметку, убрала телефон. За окном всё шёл снег, и мне казалось, что в каждой снежинке — их смех, их голоса, их любовь.
— Даша, иди к нам! — позвала Инга. — Шампанское выдыхается!
Я улыбнулась, подошла к столу. Мы чокнулись, и шампанское снова побежало пузырьками, согревая изнутри.
— За них, — сказала я.
— За них, — ответили подруги.
Мы пили, смеялись, говорили о пустяках и о важном, и я знала, что этот новый год мы запомним навсегда. Не потому, что он был страшным или грустным. А потому, что он подарил нам чудо. Настоящее, пусть и необъяснимое. Чудо, которое позволило отпустить и жить дальше.
Утром, когда гости разошлись, я вышла на балкон. Город спал, укрытый снегом, и небо было чистым, звёздным. Я посмотрела на звёзды и прошептала:
— Спасибо. За всё. Я люблю вас.
И мне показалось, что одна звезда мигнула ярче. Или это просто ветер качнул ветку за окном? Я не знаю. Но я улыбнулась и пошла в комнату, где на столе меня ждала чашка остывшего чая и записка от Алексея: «Как вернёшься — разбуди. Скучаю».
Я взяла телефон, набрала ему сообщение: «Еду домой. Нас ждёт новый год».
И отправила.
Впереди была жизнь. Наша жизнь. И она только начиналась.