В китайском языке (байхуа) существуют собственно числовые обозначения (числительные), которые употребляются при счете всех предметов, а также при абстрактном счете. Однако, во всех случаях, когда указывается на количество каких-либо конкретных предметов, между числительными и существительными вставляются так называемые счетные слова, или суффиксы-классификаторы (их в китайском языке более 40), которые указывают на вид исчисляемых предметов [178]. Таким образом, в отличие от рассмотренных выше случаев в китайском языке собственно количественные обозначения существуют и как самостоятельные слова (числительные); иначе говоря, хотя в китайском языке, как и в указанных выше языках, собственно количественные обозначения всегда должны были сопровождаться названиями предметов счета, это не имело результатом такое их слияние с этими последними, что они перестали выделяться в качестве самостоятельных слов, как это произошло, например, в нивхском языке. То же самое, по-видимому, следует сказать о японском и дунганском языках, в которых числительные при сочетании с существительными, как и в китайском языке, сопровождаются счетными словами [179].
В языках «первобытных» и непервобытных народов есть также индивидуализированные названия устойчивых в количественном отношении совокупностей предметов. Таковы, например, нивхские
· ар ‘связка юколы обычно из 25 парных юколин’,
· хуви ‘связка корма для собак обычно из 50 одинарных юколин (hapq)’,
· *фат ‘веревка саженной длины, к которой обычно привязывалось 50 – 60 крючков (к′иты)’
и некоторые другие; немецкие
· Mandel ‘копна из 15 – 16 снопов’,
· Stiege ‘20 штук’ (ср. англ. score),
· Schock ‘60 штук’ (первоначально копна из 60 снопов),
· Wall ‘80 штук’ (преимущественно в рыботорговле;
восходит к готск. wains ‘палка’, т.е. по числу рыб, носимых на одной жерди) и др. [180]; русские пара, дюжина (ср. англ. dozen ‘дюжина’) и аналогичные по своему значению слова во многих других языках [181]. Такого типа количественные обозначения, как и рассматриваемые выше числительные, также употребляются при счете только предметов определенного рода. Однако, в отличие от последних они не образуют последовательного числового ряда и обусловлены в своем возникновении иными причинами.
Следует прежде всего отметить, что, по-видимому, достаточно определенное количественное значение они получают только в тех языках, где уже существуют числительные как обозначения соответствующих количеств. Очевидно, что определенное числовое значение таких названий возникло на основе уже существующих числовых обозначений в связи с тем, что в торговле, обмене, производстве и т.п. фигурировали устойчивые в количественном отношении совокупности предметов. На это обстоятельство указывает уже Э. Тэйлор.
«При счете раков и мелкой рыбы, – пишет Э. Тэйлор, – они (летты. – В.П.) бросают их по три, и потому слово mettens „бросание“, получило значение 3; камбала же вяжется партиями в тридцать штук, и слово kahlis „веревка“, получило значение этого числа» [182].
Получив такое вполне определенное количественное значение, некоторые из таких индивидуализированных названий совокупностей предметов могли впоследствии даже вытеснить основное числовое обозначение. Такова, например, история возникновения в русском языке числительного сорок, вытеснившего первоначальное четыредесяти. Как отмечает Л.А. Булаховский,
«нет серьезных оснований сомневаться в том, что это первоначально имя существительное с материальным значением „рубаха“: в „сорок“ или „сорочек“ вкладывалось 40 шкур соболей на полную шубу» [183].
В тех же языках, где еще нет соответствующих числовых обозначений, такие индивидуализованные названия совокупностей предметов не могут иметь определенного числового значения и, по-видимому, в процессе торговли, обмена и т.п. устанавливалась лишь равночисленность ими обозначаемых совокупностей предметов с множествами-эквивалентами.
Возникновение в языке числительных, употребляющихся при абстрактном счете, переход от различных типов собирательной множественности к абстрактной дистрибутивной множественности в пределах грамматической категории числа [184], свидетельствуют о следующем этапе в развитии категории количества. На этом этапе средством установления равночисленности, или равномощности, становится уже число как таковое, и, следовательно, категория количества как бы освобождается от влияния категории качества и достигает высшей степени абстрактности [185].
В тех языках, где было образовано несколько систем числительных, первоначально употреблявшихся при счете только предметов определенного рода, это находит свое проявление в том, что одна из систем числительных начинает вытеснять остальные системы и употребляться как при счете таких предметов, для которых в этой функции ранее использовались особые системы числительных, так и при абстрактном счете. Так, например, в нивхском языке эту роль в настоящее время приняла на себя XXVI система числительных; нивхи среднего и младшего поколений из 26 систем числительных употребляют лишь некоторые (XXVI, XVIII, XIX, XXIV, XXV) [186].
В других языках, где вследствие различия в источниках происхождения числовых обозначений числительным была свойственна различная грамматическая природа, этот этап развития категории количества вызывает выравнивание их грамматических свойств и приводит к тому, что числительные теряют признаки тех частей речи, из которых они перешли в этот разряд слов. В частности, В.В. Виноградов отмечает, что благодаря освобождению от влияния категории предметности и вследствие влияния математического мышления числительные (по крайней мере с 4) ряда западноевропейских языков (латинского, греческого, французского, немецкого и английского) в настоящее время уже лишены морфологического разнообразия, в то время как в русском языке, где прослеживаются аналогичные тенденции, они еще не достигли этой ступени развития [187]. Таким образом, закономерности образования числительных, как особого лексического и грамматического разряда слов, получают свое объяснение в связи с намеченными здесь этапами развития категории количества как категории абстрактного обобщенного мышления.
Системы числительных в нивхском языке
| Порядковый номер системы | I | II | III |
|---|---|---|---|
| Числительные \ Предметы счета | Лодки (му) | Нарты (т′у) | Связки юколы (ар) |
| Один | н′им | н′ирш | н′ар |
| Два | мим | мирш | мэр |
| Три | т′эм | т′эрш | т′ар |
| Четыре | ным | нырш | ныр |
| Пять | т′ом | т′орш | т′ор |
| Шесть | нах | нах | наγ ар |
| Семь | намк | намк | намк ар |
| Восемь | минр | минр | минр ар |